Александр Михайлович Самсонов - Сталинградская битва

В течение 22 декабря продолжалась упорная борьба на северном берегу р. Мышкова. Противник атаковал в районах Громославка, Ивановка, Васильевка. Капкинский. Бои носили ожесточенный характер. Контрударами частей 2-й гвардейской армии северный берег р. Мышкова, от Нижне-Кумского до Васильевки, был очищен от гитлеровцев. Однако в Васильевке и Капкинском 6-я и 17-я танковые дивизии врага удерживали занятые позиции. Напряженные уличные бои велись здесь и весь следующий день. Борьба для противника с 23 декабря носила уже оборонительный характер. Генерал-полковник Гот и командир 57-го танкового корпуса генерал танковых войск Кирхнер признали, что "без подхода свежих сил успешно продолжать операцию невозможно"{108}. Войска 2-й гвардейской и 51-й армий прочно удерживали оборону. Наступление котельниковской группировки противника было окончательно остановлено.

Общее положение войск Манштейна стало тем более трудным, что еще в ходе наступления армейской группы "Гот" советские войска Юго-Западного фронта нанесли сокрушительный удар по врагу северо-западнее Сталинграда. Эта операция началась в то время, когда передовые отряды Гота вышли к р. Аксай-Есауловский. "В этой критической обстановке русское командование проявило глубокую стратегическую проницательность...- пишет Ф. Меллентин.- Вместо того чтобы сконцентрировать своп резервы для отражения удара Гота, оно предприняло новое наступление на Среднем Дону против несчастной 8-й итальянской армии; наступление велось крупными силами и на широком фронте вплоть до позиций оперативной группы Холлидт (которая сменила 3-ю румынскую армию) и 48-го танкового корпуса, оборонявшегося на реке Чир"{109}.

В связи с разгромом итальянских и немецких войск на Среднем Дону командованию группы армий "Дон" стало известно, что все соединения, направляющиеся на фронт, передаются группе армий "Б", 11-я танковая дивизия, выдвигавшаяся на котельниковское направление, возвращалась на нижнее течение р. Чир. В этот же район было приказано немедленно направить и 6-ю танковую дивизию 57-го танкового корпуса. Командование группы армий "Дон" решило временно перейти к обороне в ожидании прибытия моторизованной дивизии СС "Викинг" из 1-й танковой армии, действовавшей на кавказском направлении. По существу, наступление армейской группы "Гот" было сорвано. Одной из причин этого являлось то, что котельниковская группировка не была поддержана войсками, сосредоточенными в районе Тормосина. Так случилось потому, что Советское Верховное Главнокомандование своевременно разгадало замысел врага и приняло меры к его срыву.

Советские войска в оборонительных боях против немецко-фашистских войск Гота проявили возросшее боевое мастерство, стойкость и огромное мужество. Рассуждая о причинах неудач 6-й танковой дивизии в этих боях, Шейберт пишет: "Нашего противника в калмыцких степях нельзя оставить без внимания. Он дрался по-разному. Но в наступательном порыве, стойкости и беспощадности по отношению к себе ему отказать ни в коем случае нельзя. Этому мы должны были снова и снова учиться у него"{110}.

В боях на рубеже р. Мышкова активно и успешно действовала 8-я воздушная армия. Советские самолеты совершили свыше 750 боевых вылетов в районы южнее Громославки, Верхне-Кумского, Заготскот, Шестакова, Нижне-Кумского. Своими ударами по войскам противника воздушная армия во многом способствовала срыву вражеского наступления.

К 24 декабря сложились благоприятные условия для нанесения завершающего удара по армейской группе "Гот", по входившим в ее состав 4-й немецкой танковой и 4-й румынской армиям. Подготовка к этому удару велась еще в ходе оборонительного сражения, когда соотношение сил на котельниковском направлении, первоначально дававшее превосходство противнику, затем сложилось в пользу советских войск. Это было достигнуто за счет передачи Сталинградскому фронту 2-й гвардейской армии и ее усиления приданными ей 6-м механизированным и 7-м танковым корпусами. В соответствии с разработанным планом наступательной операции главный удар намечался в направлении на Котельниково силами четырех корпусов 2-й гвардейской армии (1-й и 13-й гвардейские стрелковые, 7-й танковый, 2-й гвардейский механизированный корпуса) и вспомогательный удар силами двух корпусов 51-й армии (13-го танкового и 3-го гвардейского механизированного корпусов){111} в общем направлении на Киселевку, Заветное, Дубовское. 51-я армия вначале должна была действовать только войсками своего правого фланга, содействуя 2-й гвардейской армии в окружении и уничтожении 17-й и 23-й танковых дивизий противника на северном берегу р. Аксай. Переход в наступление 13-го танкового и 3-го гвардейского механизированного корпусов намечался на 27 декабря.

Войска 2-й гвардейской армии были развернуты на рубеже р. Мышкова, от Шабалинского до Капкинского. Левее, на рубеже Гнилоаксайская - Обильное, заканчивала подготовку к наступлению 51-я армия, правее - 5-я ударная армия.

Командующий 2-й гвардейской армией генерал-лейтенант Р. Я. Малиновский решил главный удар нанести на участке Шабалинский, Ивановка в направлении на Кругляков. Окружение и уничтожение основных сил гитлеровцев во взаимодействии с войсками правого фланга 51-й армии намечалось провести в районе высот 146,9 и 157,0 до выхода на рубеж р. Аксай.

К началу наступления советские войска превосходили противника при следующем соотношении сил и средств: в людях-1,5:1 (149 тыс. и 99 тыс.), танках - 2:1 (635 и 310), артиллерии (орудия и минометы всех калибров) - 1,6 : 1 (1728 и 1101). В авиации превосходство было у противника: 1:1,7 (294 и 500 боевых самолетов). Следует отметить, что в числе советских самолетов 83 были По-2, используемые как ночные бомбардировщики. Кроме того, самолеты 8-й воздушной армии должны были действовать и на внутреннем фронте, так что соотношение сил авиации на внешнем фронте было 1:2 в пользу противника. В артиллерии советские войска имели преобладание в количестве противотанковых орудий и минометов, а в полевых орудиях калибра 75 мм и крупнее силы были равные (555 и 540 орудий).

Важно подчеркнуть, что советские войска на котельниковском направлении превосходили врага, как и раньше, общим для всей Красной Армии высоким боевым и морально-политическим духом. Воспитанию этих качеств во многом способствовала проводившаяся в войсках партийно-политическая работа. Коммунисты и комсомольцы в ходе оборонительных боев агитировали не только словом, но и личным примером. Воины понимали свою ответственность за судьбу Родины и свой долг перед страной и партией. Они готовы были доказать это и в наступательных боях. В суровых условиях фронтовой обстановки возрастало стремление воинов быть коммунистами.