Павел Батов - В походах и боях

Вместо эпилога

- Какая встреча, товарищ командующий! Вы, конечно, меня не помните, а я служил в шестьдесят пятой армии. - Передо мной стоял пожилой человек в штатском костюме. Но по выправке чувствовался солдат. Вокруг - в неистово светлом фойе нового Кремлевского Дворца съездов - группы делегатов XXII съезда партии. Только что делегаты съезда заслушали отчетный доклад Центрального Комитета. Все необычайно воодушевлены. И на лице товарища, подошедшего ко мне в перерыве, отражается волнение и гордость.

- ...Простите, но действительно не помню. Столько лет утекло, и каких! Давайте заново знакомиться!

- Малохатко Александр Сидорович...

- Вы у майора Бахметьева служили?.. Впрочем, извините, теперь он генерал-майор... Самый доблестный был у нас ваш полк.

- Прекрасный полк, у меня с ним связаны самые дорогие воспоминания. Помните, как рванули за Десну? А форсирование Днепра...

Мы стояли и разговаривали. На душе было очень хорошо. Подчас единичный факт помогает увидеть большое. Есть закономерность в том, что бывший солдат Великой Отечественной войны теперь является делегатом съезда, принимающего программу построения коммунистического общества.

Да, в этом - большая логика жизни и правды. Он в самые тяжелые дни с гранатой и автоматом бил злейшего врага социалистического Отечества. На утлой лодчонке одним из первых перемахнул Днепр. Был ранен на плацдарме. И снова был впереди. И теперь он тоже впереди, ведет людей к трудовым победам. Товарищ Малохатко ныне работает первым секретарем Фастовского райкома партии.

Собралась целая группа делегатов XXII съезда - бывших солдат и командиров 65-й армии. Вот делегат коммунистов Казахстана Сергей Иванович Андреев, агитатор 895-го полка 193-й Днепровской дивизии, а теперь председатель краевого совета профсоюзов. Рядом с ним - высокий товарищ в форме железнодорожника, с открытой улыбкой на худощавом лице - машинист-инструктор депо Ярославль Серафим Александрович Носов. Было время - водил старший сержант свой бронетранспортер в лихие атаки, которыми отличался у нас 53-й особый разведбатальон. Теперь он учит молодежь трудиться и жить по-коммунистически.

- Я уж вижу, что Павел Иванович собрал тут целую делегацию бывшей 65-й, с этими словами к нам присоединился Дмитрий Федорович Алексеев, ныне командующий одним из военных округов. Подошел первый секретарь Астраханского обкома партии Василий Иванович Антонов, бывший комиссар прославленной 14-й инженерно-саперной бригады... Солдаты армии. Солдаты партии.

Еще одна встреча была на съезде - с Петром Михайловичем Бурдюковым. Я привел его к нашим ветеранам и представил:

- Кто помнит прорыв с Курской дуги? Вот тогда товарищ Бурдюков ввел в бой двести пятьдесят первый танковый полк. Узнаете? Смотрите, как вырос за это время. Как дела идут? Как оружие? Довольны?

Бурдюков, пожимая боевым друзьям руки, ответил:

- На оружие не жалуемся. С каждым годом мы все сильнее. Не следует об этом забывать тем, кто грозит нам новой войной. А уж мы постараемся, чтобы грозное оружие всегда было наготове. Между прочим, вы, друзья, большие должники перед армией. Ветераны, живая история, а ничего не пишете. Ждем ваших книг. Они нам вот как нужны. Людей надо воспитывать на героизме и опыте войны. И кому, как не вам, заняться этим - столько видели, столько вынесли... Вот вы, на вел Иванович, написали бы про свою армию, про ее людей.

Что можно было ответить?.. Дописываю последние строки воспоминаний и думаю: если эти страницы помогут новому поколению окунуться в героику прошлого, почувствовать накал событий и увидеть немеркнущие традиции, то буду счастлив. Но эта книга - не история армии. На поприще истории, как и на бранном поле, успеха может достичь лишь коллектив.

Примечания

{1}ЦГАСА, ф.197. oп.3, д.593.

{2}Генерал Алексей Николаевич Первушин, будучи командующим 44-й общевойсковой армией, высококвалифицированно организовал и осуществил десант своих войск в Феодосию. В боях за Феодосию и расширение плацдарма получил тяжелейшее ранение.

{3}Отправка этого батальона была нецелесообразной: ненужное распыление и без того ограниченных сил. Более месяца батальон вынужден был бездействовать в Скадовске, а затем, лишенный связи с командованием, вел ожесточенный бой в полуокружении, в том числе пять героических дней на Тендровской косе. Ошибка была замечена поздно. В разгар борьбы за Перекопские позиции 29 сентября маршал Шапошников запрашивал: "Вернулся ли батальон с Тендры и задействован ли он?" Но только 7 октября остатки этого батальона в количестве 180 человек влились в свою дивизию.

{4}51-я армия создавалась на правах фронта с оперативным подчинением ей Черноморского флота.

{5}Между прочим, мемуары Манштейна пестрят фамилиями офицеров и генералов с аристократической приставкой "фон". Гитлеровский генерал с нежностью рассказывает о своих именитых сослуживцах, обладавших "страстной любовью к солдатской профессии". Читатель, скажем, узнает о погибшем при варварской оккупации гитлеровцами Польши полковнике фон Дитфурте, вместе с которым и с "принцем Оскаром Прусским" воспитывался Манштейн в кадетском училище и которого затем "супруга кайзера избрала для воспитания младшего сына". Или о раненном пулей польского патриота "брате жены" ротмистре фон Леш, у которого имение в Силезии, а жена - графиня Цедлитц, и т. д. и т. п. Манштейн поэтизирует военную касту, пестованную столетиями, хвалит ее непревзойденные качества, которыми, по его словам, не сумел воспользоваться авантюрный и ограниченный ум Гитлера. Стрельба с дальним прицелом. Но ведь главный факт в том, что всю эту "голубую кровь" мастеров захватнических войн неоднократно били простые люди заводов и полей, таланты которых, в том числе и военный, разбужены и развиты величайшей из революций.

{6}В архиве имеется донесение Южного фронта в Ставку за подписью тт. Рябышева и Запорожца, проливающее свет на события в районе Каховка - Берислав 31 августа - 2 сентября 1941 года. Оно составлено в крайне повышенном тоне генералу Черевиченко и его начальнику штаба генералу П. И. Водину досталось основательно. Но не ради этого обращаюсь к документу. Важен факт: "Ничем не оправданный отвод с берега у Каховки батальонов 296-й дивизии и несвоевременная замена их батальонами 176-й дивизии дали противнику возможность безнаказанно форсировать Днепр". Грубая ошибка, которой воспользовалось вражеское командование. Но Манштейн описывает это по-своему: "11-я армия в начале сентября форсировала нижнее течение Днепра у Берислава; это был подвиг, в котором особо отличилась Нижнесаксонская 22 пд".

{7}Манштейн пишет неправду, будто кавкорпус румынской армии остался за Днепром.