Андрей Кравцов - Русская Австралия

Перед дальневосточниками открывался широкий выбор стран для эмиграции, о чем свидетельствуют данные о стоимости проезда с Дальнего Востока. Она была практически одинаковая в США, Канаду и Австралию. Проезд на Гавайские острова стоил дороже из-за отсутствия пароходной конкуренции. Но в 1909–1910 гг. именно туда был направлен основной поток эмигрантов, так как действовал закон о бесплатной доставке переселенцев. С 1911 г. наибольшее количество эмигрантов устремилось в Австралию. Так что из 43 рабочих, как сообщал журнал «На чужбине», выехавших 25 июня 1911 г. из Дальнего в японский порт Кобе, где производилась посадка на океанские пароходы, только двое поехали в Сан-Франциско, а все остальные — в Австралию. Материалы журнала дают возможность проследить, какими путями дальневосточники добирались до пятого континента. Билеты прямого сообщения Харбин (Дальний) — Австралия продавало Международное общество пароходных сообщений, которое имело особое соглашение на провоз пассажиров между всеми портами Тихого океана и Дальним и открыло свои конторы в Москве, Харбине, Дальнем и Брисбене (Австралия). В его рекламе сообщалось, что оно продает билеты дешевле всех других агентств и предоставляет другие услуги — бесплатного переводчика, обмен денег и дешевые гостиницы в Дальнем, Кобе и Модзи (30 коп. в сутки). Переезд через океан эмигранты осуществляли из Кобе или Нагасаки на судах японских пароходств, одним из которых было «Ниппон Юсен Кайша», выполнявшее перевозку почты для императорского японского правительства. Его суда ходили в Австралию раз в месяц.

Непосредственную вербовку эмигрантов и организацию их переезда брали на себя эмиграционные конторы в Харбине и Дальнем. Деятельность их агентов, стремившихся поживиться за счет обмена валюты и комиссионных, неоднократно являлась объектом критики со стороны газеты «Далекая окраина». Сведения о социально-экономическом положении российских эмигрантов в Австралии предоставляли их письма, публиковавшиеся на страницах газет. Они свидетельствуют, что большинство вновь прибывших были заняты тяжелым малоквалифицированным трудом на строительстве железных дорог и рубке леса, на медных рудниках и золотых приисках, грузчиками в порту или шахтерами, на фермах и сахарных плантациях. Некоторые с помощью ссуды покупали землю и пытались завести собственное хозяйство, не вникая в местные условия и особенности климата. «Это главная ошибка большинства наших эмигрантов, за которую они жестоко платят», — сообщал в своем письме эмигрант из Владивостока Нестор Калашников, проживший в Австралии три с половиной года. Он советовал тем, кто желает стать фермерами, проработать несколько лет в чужих хозяйствах, а затем уже, приобретя опыт и знания, начинать свое дело. Кроме указанных трудностей были и другие: незнание языка, невозможность по этой причине и из-за недостаточного развития промышленности страны найти работупо специальности, что особенно значимо было для квалифицированных рабочих и интеллигенции, тропическая лихорадка, отсутствие духовной жизни и привычной обстановки и другие сложности. В результате многие русские, как это можно судить по письмам, прожив несколько лет в Австралии, были разочарованы в своих ожиданиях и мечтали вернуться на родину. Но эти же письма свидетельствуют о том, что, несмотря на тяжелый труд и лишения, новая страна внушала оптимизм. Прежде всего рабочего человека привлекал высокий, по сравнению с Россией, заработок, достойный уровень жизни, защита профсоюзами прав людей труда, демократизм австралийской общественной жизни, отсутствие сословного, национального и религиозного неравенства, уважительное отношение людей друг к другу независимо от их имущественного положения. В то же время русские в Австралии завоевали репутацию добросовестных и неприхотливых работников, особая заинтересованность в которых проявлялась в Квинсленде, ставшем в начале XX в. главным центром российской иммиграции на континенте. «По сообщению М. В. Гадалова, счетовода из Красноярска, приехавшего с семьей в 1910 г., заведующий иммиграционным бюро штата даже собирался просить премьер-министра Квинсленда предоставить русским бесплатный проезд из Нагасаки до Брисбена. Планировалось также создание русской колонии на Северной Территории на полуострове Арнемленд», пишет Г. И. Каневская.

Николай Николаевич Миклухо-Маклай (1846–1888), русский этнограф, антрополог, биолог и путешественник

Еще в 1876 г. был разработан грандиозный план переселения 40 тысяч русских меннонитов в малозаселенную и слабоосвоенную Северную Территорию Австралии. План был представлен австралийскому правительству аббатом Франциском Баньоном, являвшимся посредником между сектой меннонитов и правительством, но он так и не был осуществлен. Не суждено было претвориться в жизнь и другому плану создания русской колонии (на сей раз — в Новой Гвинее), который появился десятилетие спустя в 1886 г. по инициативе Н. Н. Миклухо-Маклая, с каковым он и отправился в Россию, где был удостоен специальной аудиенции императора Александра III. После прибытия в Новую Гвинею в сентябре 1871 г. Миклухо-Маклай прожил на ее восточном берегу полтора года и за это время исследовал берег между островом Дампиер и мысом Короля Вильгельма, преодолев территорию в 200 миль в ширину и 40 миль в глубь острова. Среди враждебно настроенных к белым папуасов он приобрел исключительно дружеское к себе отношение благодаря своим чистым намерениям и личным качествам доброты и чувства справедливости. Исследованная им область была названа в его честь Берегом Миклухо-Маклая. В 1874 г. Миклухо-Маклай исследовал также побережье Папуа-Ковяй и, удалившись в глубь него, открыл озеро Камака-Валлар. Позже он произвел исследования в заливе Астроляби на южном берегу Новой Гвинеи. Когда 22 июня 1883 г. в Сиднее состоялось открытие Географического Общества Австралазии, в которое Н. Н. Миклухо-Маклай был избран первым почетным членом, председатель общества Мюрип-Мэсли так представил его собранию: «Исследования русского натуралиста Николая Миклухо-Маклая в Новой Гвинее являются наиболее ценными по сравнению со всеми предыдущими». Еще в 1881 г. Миклухо-Маклай перебрался в Сидней и поселился у залива Уотсон-Бей. Здесь он, при поддержке сэра Джона Робертсона и Линнеанского общества, устроил зоологическую станцию для работы над результатами своих исследований. В 1884 г. состоялась его свадьба с дочерью сэра Джона Робертсона Маргаритой.

Позднее он выступил с проектом переустройства Берега Маклая. По его замыслу предполагалось, прежде всего, поднять материальный и культурный уровень папуасов, не меняя их собственных обычаев, позволить им установить самоуправление, при котором сам автор предполагал стать защитником и представителем их интересов перед всем миром. В ту пору берега Новой Гвинеи были захвачены Германией, на что он послал решительный протест канцлеру Бисмарку от имени папуасов Берега Маклая. Кроме того, он обратился к правительству Великобритании и императору Александру III с просьбой вмешаться в это дело. Но ни Россия, ни Англия не пошли дальше выражения протеста германскому правительству. И вот тогда он выступил с инициативой русского поселения в еще не занятом немцами Алексеевском порту. Русский царь распорядился создать комиссию для рассмотрения данного предложения. Российская печать широко откликнулась на этот проект, и уже к концу того же 1886 г. поступило около 1900 прошений от желающих переселиться в предполагаемую колонию. По проекту Миклухо-Маклая каждый переселенец должен был ехать за свой счет, будущую же колонию предполагалось построить на коммунальных началах. Н. Н. Миклухо-Маклай энергично принялся за дальнейшее проведение в жизнь своего начинания: он отыскал старую шхуну и добился устного обещания морского министра на ассигнование в случае успешного утверждения его проекта необходимых средств на поправку судна. Чтобы добыть денежные средства, Миклухо-Маклай намеревался также издать свои сочинения и дневники. Однако проект был обречен на неудачу: комиссия вынесла отрицательное решение. Но, несмотря на это, Миклухо-Маклай продолжал добиваться достижения своей цели. Он писал различным министрам в надежде на то, что ему окажут помощь и помогут получить царское согласие. Но все его старания оказались тщетными.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});