Владимир Чиков - Крот в аквариуме

— Да бросьте вы, мистер Мори, притворяться, все вы понимаете! Объясняю еще раз: не трогайте никого из названных мною нелегалов до окончания моей командировки в Нью-Йорк. Иначе мне каюк. Неужели это не понятно?

— Понятно-понятно, — подхватил Джон, на самом деле ничего не поняв.

Затем он подошел к Топхэту и, положив на его плечо руку, неожиданно воскликнул:

— Не беспокойтесь, мистер Поляков, все будет о'кей! Я согласен, что только с такими людьми, как вы, мы можем победить все советские «измы» — большевизм, социализм и коммунизм. Поэтому мы будем непременно оберегать вас «как самый драгоценный камень, название которому брильянт»[13]. Вы только не рассказывайте жене о нашем сотрудничестве. Если она узнает об этом от вас, то, не дай бог, начнет уговаривать вас отказаться от контактов с нами.

Поляков мысленно прикидывал, что можно было бы сказать ему на это, и решил успокоить его:

— Вы тоже не беспокойтесь. С женой я разберусь сам.

— О'кей! — радостно подхватил Мори. — Теперь прошу сообщить фамилии офицеров, которые поддерживали с названными вами нелегалами личную или безличную связь.

— Записывайте, — охотно согласился Поляков. — Федоров Василий Андреевич. Старчак Виктор Иванович. Зыков Георгий Степанович. Егоров Иван Дмитриевич и Жемчужников Юрий Степанович. А теперь у меня к вам вопрос…

— Не уводите меня в сторону. Сейчас я задаю вопросы, а вы — отвечаете. Потом мы поменяемся ролями. Договорились?

Поляков кивнул.

— Тогда мой следующий вопрос: кто является здесь главным организатором разведывательной работы против США?

Поляков на несколько секунд задумался: выдавать или не выдавать американцам главного резидента, Леонида Бекренева?[14] С Бекреневым у него сложились хорошие отношения, и именно тот рекомендовал его на должность своего заместителя по нелегальной разведке. Казалось бы, с какой стати выдавать теперь человека, который делал для него только добро. Но сработала присущая Полякову сатанинская зависть: «Слишком ты правильный и успешный, Леонид Константинович! И слишком много добра ты делал людям. Надо тебя остановить, не мне же одному барахтаться в дерьме». И Топхэт-Поляков сказал:

— Главным организатором здесь является полковник Бекренев.

— Его можно как-то скомпрометировать и склонить к сотрудничеству с нами?

— Вряд ли. Бекренев — это кремень-человек.

— А почему я должен верить вам? Может, вы умышленно отводите нас от него?

— Хотите верьте, хотите нет, но вы обожжетесь на нем, если даже и найдете подходы к нему…

— Ладно. Тогда у меня другой вопрос. В ФБР из вашего посольства обратились за разрешением на поездку в район Балтимора двух сотрудников советского представительства в Военно-штабном комитете при ООН. Вам что-нибудь известно о них? И если да, то с какой целью они рвутся туда?

Поляков на секунду замешкался: краем уха он слышал в кабинете главного резидента о необходимости проведения операции по связи с супругами Саниными на побережье Атлантического океана.

— Могу лишь подтвердить, что туда должны поехать два наших офицера для проведения агентурной встречи с нелегалами Саниными. Эту встречу должны провести Старчак Виктор Иванович и еще кто-то, фамилия мне не известна. Знаю также, что оба разведчика должны выехать в Балтимор со своими женами для прикрытия предстоящей встречи. А поскольку ваш покорный слуга не был причастен к разработке и проведению этой операции, то вы при планировании ответной акции должны учитывать это обстоятельство. Иначе вы можете завалить меня, — предупредил Поляков.

— Хорошо, мы учтем это. А вам Санины известны?

— Да, я занимался их подготовкой к предстоящей работе в Соединенных Штатах Америки.

— А почему ж вы не назвали их мне раньше?

— Назвать вам супругов Саниных я просто-напросто забыл.

— Тогда объясните, почему вы не участвовали в разработке и проведении операции по связи? Может, вас уже заподозрили в чем-то?

— Все дело в том, что я сам отказался от разработки этой операции…

— Почему? — удивился американец.

— Потому что она планировалась вышестоящим руководством с грубейшими, на мой взгляд, нарушениями принципов агентурной связи.

— И в чем же выражались эти нарушения? — заинтересовался Джон.

— Согласно этим принципам, не рекомендуется направлять на встречу с нелегалом сразу двух разведчиков, и тем более с женами. Это во-первых. А во-вторых, в странах с жестким контрразведывательным режимом, с таким как в Америке, проводить личные встречи с нелегалами не разрешается. Вопросы еще есть ко мне?

— Есть, конечно. Вы, мистер Поляков, обладаете весьма важной для нас секретной информацией. И вот то, что вы уже сообщили нам, это только надводная часть айсберга. Вы согласны с этим?

Поляков задумался. Потом ответил:

— Да, я знаю многое, но не все.

— Тогда расскажите поподробнее о нелегале Норде и о том, кто поддерживал с ним связь.

— О Норде я располагаю скудными сведениями. Знаю, что он был выведен в США, устроился на работу в Нью-Йорке, а через некоторое время на него наехала налоговая инспекция. Спустя полгода он обнаружил за собой активную слежку. Поняв, что находится под колпаком ФБР, Норд доложил об этом в Центр. Оттуда пришло указание о немедленном отъезде из США. Удалось ли ему вырваться отсюда, не могу сказать. Ищите, может он еще здесь. А связь с ним поддерживал Василий Федоров.

Дальнейший диалог в форме вопросов Мори и ответов Топхэта продолжался около двух часов. За это время советский разведчик снабдил ФБР подробными сведениями о ранее названных им нелегалах.

Джон, убедившись в искренности Топхэта, самодовольно улыбнулся и стал на все лады нахваливать его. Это понравилось Полякову, и он начал выдавать американцу сногсшибательную информацию:

— о содержании кодовых книжек и шифровальных таблиц, системе хранения шифродокументов и правилах работы с ними;

— об организационной структуре ГРУ; о существующих формах связи Центра с загранаппаратами; о методах работы с агентурой; о недавно проведенной реорганизации ГРУ;

— о порядке подбора лиц для работы в нелегальной разведке, а также о системе подготовки разведчиков-нелегалов и маршрутах их вывода на нелегальное положение за границу;

— о перспективном плане ГРУ по созданию новых нелегальных загранточек в Америке;

— об агентах, находившихся на связи у офицеров резидентуры Галкина А.И., Галагана А.И., Мартынова М.Г.

Джон Мори поблагодарил Топхэта и, словно вспомнив что-то, спросил: