Василий Петров - Прошлое с нами (Книга первая)

— Стой!.. По пехоте, левее ноль тридцать... шрапнелью... трубка на картечь... четыре снаряда... беглый...

Бежал Безуглый, размахивая руками: «Стой!.. Там Васильев!»

Шрапнель с установкой трубки на картечь укроет круглыми свинцовыми пулями пространство впереди стволов, и нигде не останется живого места. Погиб Васильев... И тянуть нельзя, автоматчики направляются в обход позиции! Свистят, щелкают пули. Укрытий нет, и люди жмутся к орудийным щитам. Безуглый переминался на место.

Чем бы закончилась эта опасная пауза, трудно сказать,если бы я не увидел Васильева. Уже в стороне. Он уводил орудийных номеров из плоскости стрельбы.

— Огонь!

На третьей минуте ОП заволок дым. Стучат затворы, ударяются со звоном стреляные гильзы. Пыль. 2-е орудие сползает назад, к буссоли.

— Куда? Не стрелять! Второе, стой! — кричал Безуглый.

Сошники не удерживали станины. За 2-м орудием показалось 1-е.

— Стой! Крепить сошники!

Очереди автоматов, пулеметов перемещались влево. На склоне — разрывы мин.

— Огонь!

В облаках пыли остановился автомобиль. Прибыл командир батареи.

— Отбой! ОП за мостом, по дороге из Пирожков на Барановку... хмельник... готовность... шестнадцать ноль... Третье орудие, прикрыть снятие!.. Смотрите, немцы обойдут слева... торопитесь! — не слушая, Варавин захлопнул дверку и уехал.

Вопреки правилу

— 3-е орудие, задержать автоматчиков! Васильев... старший.

Приказание отдано, сколько он продержится, подумал я. Позиции обнаружены, пехота с фронта и слева. Едва ли снимется Васильев. Может, повезет? С Васильевым остался политрук Савченко.

Немецкая батарея не прекращает методический обстрел района ОП. Рвались снаряды, очередь за очередью. Огневые взводы уходили, тягач прыгал на рытвинах. Я оглянулся, склон не узнать: до самого гребня разбегались веером оставленные шрапнелью черные полосы.

Я потерял из виду 3-е орудие. Дым, разрывы. Вроде наши... Похоже, стреляло орудие Васильева.

За обочиной тягач — на развороте с искореженной 122-мм пушкой, рядом пылает машина. Отходившая пехота рассеялась. Мой тягач обогнали на рысях обозные повозки. Такое количество... пять, десять, двадцать.

Полосатые склоны скрылись из глаз. Впереди хаты. Село Пирожки. Слева — заросли. Там занимала ОП 6-я батарея. Рвались снаряды. Немцы обстреливают восточную окраину села.

Я нашел хмельник. За селом Пирожки речка преградила путь. Надо держать к мосту. Цел ли он?

Позади, в сторону Малина, местность пологая. Впадины, бугры. Поле боя. Разрывы снарядов, мин, пыль поднимается тучами.

По гребню километрах в 3-х шла батарея. Короткие стволы. Гаубицы, тягачи СТЗ-НАТИ-5. Замыкающее орудие остановилось. По-видимому, попал снаряд. Нет, не похоже. Расчет суетился, мелькнуло пламя. Прямое попадание! Нет... снова вспышка, другая. Орудие вело огонь... не снялось с крюка? Невиданно! Выстрелы следовали один за другим.

Мой тягач повернул к мосту. В полукилометре хмельник. Как там позади, на бугре? Я оглянулся. Гаубица катилась за тягачом в клубах пыли.

С востока к селу Пирожки подступают заросли. Взметнулся факел орудийного выстрела, еще и еще. Похоже, ОП, 107-мм орудия. Стая «юнкерсов» изменила курс. Начиналась бомбежка. Немецкая артиллерия ведет обстрел Пирожков. У крайних хат окапывался взвод пехотинцев.

Мостик цел. Хмельник — квадрат с длиной стороны 600— 800 метров, разделен рядами высоких столбов. От одного к другому натянута проволока. Под каждым столбом — куст хмеля. Вьется длинными лианами хмель, ползет вверх, разветвляется. Издали хмельник напоминает поставленный на плоскость зеленый куб. Орудия съехало с дороги и, набрав дистанцию, двинулись вдоль хмельника.

— Стой... к бою!

Подготовка к открытию огня закончена. Тягачи укрылись в хмельнике, разгружаются снаряды.

Орудия держали под обстрелом южную окраину Пирожков, а также подступы к селу с запада.

Появились телефонисты — связь готова. «По пехоте!.. Батареей... один снаряд, огонь!» В другом конце хмельника ведут стрельбу гаубицы. Позади за бугром — пушечная батарея. Со всех сторон не умолкает грохот. Противник теснил пехоту к Пирожкам, продвигался вдоль дороги. 6-я батарея вела огонь по целям, удаленным на 6—8 километров. Пушечные батареи стреляют на такие дальности п в редких случаях. Сегодня, по-видимому, наступил один из них: пехота отходила и, кажется, очень поспешно.

— Стой! Огневым взводам перерыв! — передал командир батареи.

К буссоли пришел Безуглый.

— По-моему, немцы уже заняли гороховое поле. Как-то там Васильев? Пора бы ему прибыть... Вы знаете? Гаубица с крюка стреляла. Первый раз вижу. Интересно, какого полка? Там гаубичные батареи, я пошлю узнать, может быть, она?

Солнце клонилось к закату. Увитые широкими темно-зелеными листьями, столбы отбрасывали резкую тень. В хмельнике духота. Разорвалась бризантная граната. Начался обстрел. На позиции ни одного ровика.

— Командиры орудий... укрытие впереди... канава,— крикнул Безуглый и бросился на землю. Взметнулась пыль. Бризантная граната разорвалась над головой Безуглого. Погиб?.. Нет, жив, прыгнул в канаву. Противник обстреливал барановскую дорогу, село, хмельник, бугор позади, лес.

— Смотрите! — приподнялся Безуглый.

За хатами показалось орудие. Лейтенант Васильев! Бежали три-четыре орудийных номера. Тягач остановился. Из кабины вылезли Савченко, Васильев. У одного лицо пунцовое, у другого — серое. 3-е орудие непригодно к стрельбе, дальше, кажется, и транспортировать нельзя. Кое-как его оттащили в укрытие к отделению тяги. Васильев присел под столбом.

— Ушли...— замполит стал рассказывать о том, что произошло после снятия огневых взводов.— Автоматчики... орудие открыло огонь. Мины рвались под стволом... расчет взялся за карабины... выручила какая-то батарея... перенесла огонь на поле с полосами... Да... оборона рухнула. Далеко до НП? Нужно отправить раненых... у вас тут как?

Вернулся посыльный. Гаубица, стрелявшая с крюка, принадлежит 2-й батарее 217-го ГАП.

...Прошло много лет. Однажды на занятиях, которые я проводил в горной местности, зашла речь о стрельбе по движущейся цели. Большинство офицеров придерживалось того мнения, что прицепные артиллерийские орудия в условиях высокой подвижности войск непригодны для решения этой задачи. На перерыве подполковник Титаренко, мой старый сослуживец по 595-му ИПТАП РГК [53], отвечая своему оппоненту, указал на автомобиль, который мчался по шоссе, и подал команду: «Танки справа!»

Расчеты бросились к орудиям, но, прежде чем командиры доложили о готовности, автомобиль скрылся.