Виталий Павлов - "Сезам, откройся!"

Британская разведка уверена, что посольство Виши снабжает германский подводный флот информацией о британских конвоях, сопровождающих торговые суда, доставляющие в Европу военную технику. Она хочет знать, что в действительности делается в этом посольстве. Поэтому требует от «Синтии» форсировать работу с Брюсом, тем более что у последнего возникли затруднения. Правительство Виши решило в целях экономии сократить дипломатические штаты, и посол объявил ему, что его должность подпадает под это сокращение. Если он настаивает, то может остаться на работе, но только на полставки. Брюс считает это невозможным, у него семья, он привык к светской жизни. Брюс говорит с «Синтией», признается ей в настоящей любви и приглашает ее поехать с ним во Францию.

«Синтия» советуется со своим британским шефом, они решают предложить Брюсу финансовую поддержку от имени американской разведки. «Синтия» признается Чарльзу в связи с американцами, работе на их разведку. Он боится за судьбу своей любимой, говорит, что не хочет, чтобы ее тело «выбросили в реку Потомак» агенты Виши, отговаривает от продолжения сотрудничества с разведкой. «Синтия» в ответ говорит, что тоже полюбила его и просит его согласиться на связь с американской разведкой, это единственный путь остаться вместе. Ведь он ненавидит предателя Лаваля, является патриотом своего народа, который любит и она. Одним словом, «Синтия» проводит вербовочную беседу с Чарльзом. Он колеблется и не принимает никакого решения несколько дней.

«Синтия» понимает, что если бы он знал, что она работает не на американцев, а на британскую спецслужбу и от имени последних предложила ему сотрудничество, он бы немедленно отказался.

Как бы специально для того, чтобы подтолкнуть Брюса к согласию, на его служебный стол попадает телеграмма Дарлана с требованием информации от посольства обо всех британских судах, находившихся в американских портах. Брюс вне себя, шпионить для нацистов — это не дело французов, говорит он «Синтии». Не колеблясь более, он показывает ей текст поступившей телеграммы и содержание ответа военноморского атташе, указывающего, что крейсер «Репалз» находится в Филадельфии, авианосец «Иллюстриоз» в Норфолке и много крейсеров в Нью-Йорке. Прекрасный подарок немецким подлодкам, если американские спецслужбы не будут извещены вовремя, чтобы защитить свои суда.

Теперь для Брюса жребий брошен. С этого момента «Синтия» не только снимает копии со всей корреспонденции посольства Виши, но и получает ежедневный доклад о деятельности французских дипломатов.

Подарок «Синтии» для британской разведки неоценим, но одновременно возрастает опасность провала. ФБР, узнав, что «Синтия» часто бывает в обществе Брюса, может принять ее за немецкую шпионку, а выручать ее будет нелегко из-за плохих отношений британской разведки с этой контрразведывательной службой США.

«Синтия» принимает меры конспирации, снимает номер в той же гостинице, где проживает с семьей Брюс.

В декабре, после Перл-Харбора, США вступают в войну, но Виши сохраняет свое посольство в Вашингтоне, пока немцы не оккупировали свободную зону Франции.

С началом 1942 года Черчилль начинает думать о высадке союзных войск в Северной Африке. Для облегчения этой операции союзникам нужен военно-морской шифр Виши. Новое задание для «Синтии». Она говорит своему шефу в разведке:

«Это невозможно, но так как я обожаю невозможное, я это сделаю».

Она объясняет задание Брюсу, тот заявляет, что она сошла с ума. Шифровальные документы, говорит он, секретные и строго охраняются. Кроме того, они находятся в сейфе, шифровальную комбинацию от замка которого знают только посол и шифровальщик. Он не может даже ногой своей ступить в бюро шифров, где находится сейф.

«Синтия» интересуется шифровальщиком Бенуа, но, по словам Брюса, он уже пожилой человек и через несколько недель уйдет на пенсию. Кроме того, хотя он не любит немцев, он не предаст своего давнего шефа — посла.

Верная себе «Синтия» идет в открытую к Бенуа, который на ее просьбу о помощи со слезами на глазах ответил, что ничего не понимает в войне, но не предаст посла. «Синтия» убеждается, что соблазнить его невозможно, но просит сохранить разговор в тайне. Надеется, что Бенуа не выдаст ее.

Она и Брюс напряженно ожидают развязки, но ничего страшного не происходит.

Приближается смена шифровальщиков, и «Синтия» решается, ничего не говоря ни Брюсу, ни своему шефу в разведке, на новый, крайне авантюрный шаг: попытаться соблазнить нового шифровальщика графа Л. Она знает, что о нем говорят как о любителе красивых женщин. Его семьи пока нет в Вашингтоне, и она договаривается с ним о встрече, на которой говорит с ним без обиняков, предлагая передать шифры за «любую награду». Граф отвечает, что о шифрах должен подумать, а вот «награду» хочет вполне определенную. «Синтия» ставит категорическое условие: сначала шифры, а затем — «награда».

Через пару дней граф обманом получает от «Синтии» «награду», а шифра не передает и обещает о требовании «Синтии» рассказать послу. Уходя от «Синтии», он на подходе к ее номеру сталкивается с Брюсом. Брюс, который не столько был возмущен фактом измены, сколько тем, с кем «Синтия» ему изменила, очень встревожен. Они в тревоге обсуждают создавшуюся ситуацию, поскольку оба оказались в большой опасности: если граф сдержит угрозу, доложит послу не только о «Синтии», но и о связи с ней Брюса, будет негодовать на такое безумное поведение «Синтии» и шеф разведки.

Действительно, на другой день посол пригласил к себе Брюса, требуя объяснить свое поведение. К этому «Синтия» и Брюс были готовы. Брюс охарактеризовал графа Л. как плейбоя, который допустил возмутительные домогательства, но получил резкий отпор. Теперь, учитывая, что отец «Синтии» является видным и влиятельным морским офицером, могут возникнуть неприятности с американцами, портить отношения с которыми Виши никак нельзя.

Поскольку этих доводов оказалось недостаточно для недоверчивого посла, Брюс добавил, что граф вообще ведет себя недостойно, болтлив и распускает в дипкорпусе слухи о якобы связи посла с баронессой Зуйлен. Этим посол был заметно испуган, он боялся, что этот слух может дойти до его ревнивой жены, тем более что в его основе лежал действительный факт. В тот же день посол объявил графу Л. о том, что его услуги посольству больше не нужны.

Таким образом реальная угроза была преодолена, и «Синтия» спокойно проинформировала о случившемся своего шефа в разведке.

К этому времени Лондон все настойчивее требовал шифр. Поскольку Брюс уже перешел рубикон, приняв решение во всем помогать «Синтии», обсуждался вопрос только об одном оставшемся пути добычи шифра: операции ТФП в посольское бюро шифров, с чем согласился и шеф «Синтии».