Алина Зиолковская - 50 знаменитых любовниц

Всю свою жизнь легендарная Мадемуазель стеснялась своего убогого детства. Она боялась, что журналисты могут узнать о ее внебрачном происхождении, о смерти матери от астмы и истощения, о том, что отец ее попросту бросил, сдав в двенадцатилетнем возрасте в приют. Габриэль даже придумала свою собственную легенду об уютном и чистом доме двух строгих тетушек, которых в реальности не существовало. Еще в приюте она начала сочинять историю своей жизни: «Я не сирота. Мой отец поехал в Америку. Он скоро приедет и купит большой дом».

После семилетнего пребывания в Обазине — сиротском приюте для девочек Габриэль была переведена в пансион Святой Богородицы в городе Мулен. Здесь она провела еще два года взаперти, а когда ей исполнилось двадцать лет, монахини подыскали ей работу в трикотажном магазине по соседству с пансионом. Габриэль быстро заслужила уважение новых хозяев и заказчиков — она мастерски шила женскую и детскую одежду.

Именно тому времени Шанель обязана своим знаменитым прозвищем, под которым она стала известна всему миру. В свободное от работы время молодая швея пела в «Ротонде» — кафешантане, где развлекались офицеры 10-го полка конных егерей. Компания в нем собралась отборнейшая: одновременно Сен-Жерменское предместье и цвет местного общества. В репертуаре Габриэль был очень модный в кавалерийской среде шлягер: «Кто видал Коко у Трокадеро?» Отсюда и берет свое начало легендарное имя — «Коко Шанель». Правда, сама Мадемуазель не любила вспоминать о своей певческой карьере и объясняла это прозвище по-своему: «Мой отец обожал меня и называл цыпленочком (по-французски — коко)».

Вообще мотив презрения к собственному происхождению, к нищете, окружавшей ее в детстве, преследовал Шанель на протяжении всей ее жизни. Этот комплекс стал одним из основополагающих в ее бурной деятельности, в ее стремлении любыми путями добиться успеха и признания. Ей хотелось спастись от унижений и забыть детство без ласки и любви, пустоту и одиночество.

Уже в двадцать лет она приходит к выводу, что главное в жизни — это деньги. И поэтому, когда в 1905 г. на ее пути повстречался молодой буржуа, офицер пехотного полка Этьенн Бальсан, несший с собой праздную и роскошную жизнь, Коко бросилась ему на шею. В ее глазах он был настоящим мужчиной, имел деньги и умел ими распоряжаться.

Этьенн, вышедший вскорости в отставку, купил замок неподалеку от Компьеня, в Руайо, и решил заниматься разведением лошадей и принимать участие в скачках. Поселившись в замке, Коко пользовалась всеми преимуществами новой жизни: валялась в постели до полудня, пила кофе с молоком и читала дешевые романы. Но Бальсан не считал Коко той женщиной, на которую стоит тратить свои деньги, и Шанель это прекрасно ощущала: она жила в маленькой и неуютной комнате замка, любовник не помогал ей завязывать знакомства, Коко приходилось самой ходить за покупками в деревенскую лавочку и довольствоваться только тем, что там продавалось.

Весной 1908 г. Коко познакомилась с приятелем Этьенна — Артуром Кейпелом, по прозвищу Бой — молодым англичанином с черными прямыми волосами и матовым цветом лица. Артур предложил приглянувшейся ему мадемуазель Коко открыть шляпный магазин и обещал финансовую поддержку. Впоследствии он стал ее партнером в делах и личной жизни.

Однако именно Этьенну Бальсану она обязана началом своей карьеры. Этьенн давно хотел занять поднадоевшую ему подружку каким-либо делом, чтобы под благовидным предлогом убрать ее из своего замка. Сначала Коко поселилась в Париже в его холостяцкой квартире на первом этаже дома № 160 по бульвару Мальзерб, где он с подружками обычно «занимался глупостями». Здесь Шанель и стала делать и продавать свои шляпы. Забавно, что все бывшие любовницы Этьенна стали первыми покупательницами шляпок Мадемуазель. Они же расширили круг ее клиенток за счет своих подруг. Дела пошли в гору, и вскоре эта холостяцкая квартирка стала слишком тесной.

В конце 1910 г. Коко окончательно порвала с Этьенном Бальсаном и стала открыто жить с Боем Кейпелом. Взяв предложенные деньги у своего нового любовника, она перебралась в дом № 21 по улице Камбон и открыла там свое ателье со смелой вывеской «Моды Шанель». Скоро эта улица станет известна всему миру и будет связана с ее именем в течение полувека.

Это было лучшее время в жизни Мадемуазель — она любила и была любима. Нет ни малейшего сомнения, что она страстно хотела выйти замуж за Боя. Счастье, респектабельность, уважение общества — вот что вместе с состоянием принес бы ей этот брак. Но Артур никогда не говорил на эту тему, хотя от всех своих подружек всегда возвращался к «маленькой Коко». Начиная с 1913 г. Шанель перестала надеяться. Теперь она испытывала только стремление к независимости.

Для того чтобы освободиться от окружающего мира, от мужчин и от любви, оставалось одно средство — работа. Она впряглась в нее с ожесточением и азартом. После упущенной возможности добиться счастья у нее было много неизрасходованных сил. В 1913 г. Коко открывает свой бутик в Довиле, быстро набирая себе постоянную клиентуру, и по-прежнему продолжает встречаться с Боем.

Несмотря на то что их связь не прекращалась, у ее любовника были другие планы. В 1918 г. во время пребывания в Англии Артур познакомился с младшей дочерью барона Риббсдейла Дианой и вскоре сделал ей предложение. Вернувшись в Париж, Бой никак не решался сообщить эту новость Габриэль. Он находил тысячу причин, чтобы оттянуть момент признания. В конце концов, не выдержав, Шанель решила облегчить ему задачу и начала этот неприятный разговор сама.

Через некоторое время дела потребовали от Артура более частых посещений Парижа. И хотя он официально был помолвлен с Дианой, продолжал приезжать к Габриэль, как и прежде. Короче говоря, она теряла Боя и не теряла его. Тогда в ее доме появились мужчины, и они были богаче, красивее и знатнее, чем самые именитые молодые женщины, с которыми знался теперь Бой. Она притупляла свое горе любовниками, как другие заглушали бы его вином.

В конце декабря 1919 г. Париж облетело известие о гибели Артура Кейпела в автомобильной катастрофе. Один из друзей взялся сообщить об этом Шанель. Тогда впервые она не смогла скрыть то, что чувствует, — ее лицо исказила гримаса, в которой выражалась неподдельная скорбь. Она сразу же выехала к месту аварии, но опоздала. Тело уже увезли, все было кончено: после восемнадцати часов пути она так и не увидела любимого.

На следующее утро Габриэль одна приехала к месту катастрофы. Обуглившаяся машина Боя стояла у обочины. Коко обошла машину, прикладывая к ней руки, затем села на дорожный столб и зарыдала. Шанель умела плакать, но только тогда, когда ее никто не видел.