Джон Рональд Руэл Толкиен - Письма

231 Из письма к Джейн Нив 4 октября 1961

[Тетя Толкина Джейн Нив, которой на тот момент исполнилось девяносто, написала ему, спрашивая: «А не опубликовать ли тебе маленькую книжечку про Тома Бомбадила?»]

По-моему, насчет Тома Бомбадила это вы замечательно придумали; не то чтобы я был склонен писать про него что-нибудь новенькое. Но, сдается мне, из первоначального стихотворения (напечатанного в «Оксфорд мэгэзин» задолго до «Властелина Колец») получилась бы прелестная книжица, — вам бы такая понравилась, если бы каждый стих проиллюстрировала Полин Бэйнс. Если вы исходного варианта «Тома Бомбадила» вообще не видели, я попытаюсь его отыскать и снять для вас копию.

232 Из письма к Джойс Ривз 4 ноября 1961

Люблю ж я толковых, здравомыслящих незамужних тетушек. Благословенны те, у кого они есть или кто с ними знаком. Хотя, как мне подсказывает опыт, встречаются они чаще, нежели тетушки Саки [1].

Тетя-профессионал — это, пожалуй, явление недавнего времени; но мне повезло иметь дело с одним из ранних примеров: с одной из первых женщин, получивших ученую степень по естественным наукам. Сейчас ей девяносто, но еще несколько лет назад она ездила заниматься ботаникой в Швейцарию. Это в ее обществе (в составе смешанного отряда примерно той же численности, что отряд в «Хоббите») я исходил пешком с тяжелым рюкзаком за плечами большую часть Швейцарии и немало горных перевалов. На подходе к Алечу мы едва не погибли: под солнцем снег подтаял и вниз по склону покатились камни. Гигантская глыба пронеслась как раз между мной и следующим в цепочке. Это и «громовая битва» — скверная ночь, когда мы сбились с пути и заночевали в хлеву, — описано в «Хоббите». Как давно все это было.....

Мне произведение очень понравилось [2]; надеюсь, вы простите мне мою болтливость. Боюсь, мои замечания слегка отдают тем легендарным немецким профессором, который написал внушительный том про Das Komische /*Комическое (нем.)*/. После того, всякий раз, когда ему рассказывали какой-нибудь анекдот, он на мгновение задумывался, а затем кивал, говоря: «Да, есть такая шутка».

1. Т. е. в рассказах «Саки» (Г. X. Манро).

2. Произведение под названием «Вурру», опубликованное Джойс Ривз под псевдонимом Джойс Гард («Голланкц», 1961). Один экземпляр она выслала Толкину.

233 Из письма к Рейнеру Анвину 15 ноября 1961

[«Аллен энд Анвин» согласилось с предложением Толкина составить небольшой сборничек стихов под названием «Приключения Тома Бомбадила».]

Я тут произвел поиски, насколько время позволяло, и снял копии со всех стихотворений, которые возможно было бы опубликовать впервые или (в слегка «приглаженном» виде) вновь представить на суд публики. Урожай невелик; во-первых, потому, что с «Томом Бомбадилом» на самом деле мало что сочетается. Кроме «Тома Бомбадила» (экземпляр этого стихотворения у вас есть), я высылаю «Приключение» и «Жителя Луны»; их можно поставить вместе. Насчет остальных я в общем сомневаюсь; даже не знаю, представляют ли они хоть какую-то ценность, сами по себе или в комплекте. Если, однако, вам покажется, что какие-то из них сгодятся в книгу и способны привлечь Полин Бэйнс как иллюстратора, я буду очень рад.

234 К Джейн Нив

[Толкин выслал тете несколько стихотворений, которые собирался включить в новую книгу.]

22 ноября 1961

Сэндфилд-Роуд 76, Хедингтон, Оксфорд

Дражайшая моя тетушка!

Стихотворения получил обратно; спасибо большое. Не беспокойтесь, что причинили мне неудобства. Я получил немалое удовольствие, выкапывая эти полузабытые древности и приводя их в пристойный вид. Тем более что полагалось мне заниматься совсем другими делами, не в пример скучнее. Как бы то ни было, в вас они аудиторию обрели. Боюсь, что печатная публикация крайне маловероятна.

И не берите вы в голову «молодежь»! «Ребенок» как таковой меня не интересует, современный или любой другой, и, уж разумеется, я совершенно не намерен идти ему/ей навстречу — ни полпути, ни даже четверть пути. В любом случае поступать так — ошибка; это либо бессмысленно (в случае бестолковых), либо пагубно (когда навязывается одаренным). Такую ошибку я совершил лишь однажды, к неизбывному моему сожалению и (рад сказать) к вящему неодобрению умных детей: в начале «Хоббита». Но в ту пору я об этом вопросе не задумывался: я тогда еще не избавился от современных заблуждений насчет «волшебных сказок» и детей.

Однако ж мне пришлось об этом поразмыслить перед тем, как я прочел в Сент-Эндрюз «Эндрю-Лэнговскую» лекцию о «Волшебных сказках»; и должен сказать, что результаты всецело пошли на пользу «Властелину Колец», каковой и стал демонстрацией на практике выражаемых мною взглядов. Книга не была написана «для детей» или для кого бы то ни было отдельно взятого; книга писалась ради себя самой. (Если какие-то ее части или элементы и кажутся «ребячливыми», так это потому, что ребячлив я сам и люблю такого рода вещи по сей день.) Кажется, дети и впрямь с удовольствием читают или слушают эту книгу, даже совсем маленькие, и я очень рад это слышать, хотя по большей части она им, должно быть, непонятна и, в любом случае, битком набита словами, которые они вряд ли поймут — если под этим подразумевается «опознать как нечто уже известное». От души надеюсь, книга обогатит их словарный запас.

Что до plenilune и argent [1], эти слова красивы еще до того, как становятся понятны — хотел бы я вновь иметь удовольствие снова повстречаться с ними впервые! — а откуда бы их и узнать, пока не повстречаешься? И, уж конечно, первая встреча должна произойти в живом контексте, а не в словаре, словно с засушенными цветами в гербарии!

Дети — это не особый класс и не особая разновидность; они — разнородное скопление незрелых личностей, весьма разных, как это у личностей водится, в том, что касается кругозора и своей способности кругозор расширять, если их к тому поощряют. Как только вы ограничиваете словарь, исходя из своего представления о том, что им доступно и что нет, вы на самом деле просто-напросто лишаете одаренных детей шанса словарь расширить.

А значение красивых слов никак нельзя сделать «очевидным», потому что ни для кого оно не очевидно: и менее всего для взрослых, которые перестали прислушиваться к звучанию, потому что считают, будто знают значение. Они полагают, что argent «означает» серебро. Но это не так. И argent, и «серебро» имеют отношение к x или хим. Ag, но в каждом случае х облекается в совершенно иное фонетическое воплощение: х + у или х + z; и у них-то значение вовсе не одно и то же, не только потому, что они звучат по-разному и вызывают разный отклик, но еще и потому, что на самом деле, когда речь заходит об Ag, используются они по-разному. Лучше, сдается мне, по крайней мере для начала, услышать «argent» просто как звук (z без х) в поэтическом контексте, нежели считать, будто «это слово всего-навсего означает «серебро»». Есть некоторый шанс, что оно вам понравится само по себе, а позже вы научитесь ценить заключенные в нем геральдические обертона, в придачу к его собственному необычному звучанию, которым «серебро» не обладает.