Максим Брежнев - Министр Щелоков

В июне 1983 года Н. А. Щелокова вывели из состава ЦК КПСС. На этом же пленуме из ЦК вывели и бывшего секретаря Краснодарского крайкома С. Ф. Медунова, при котором край входил в десятку наиболее развитых регионов СССР. После голосования об исключении, Медунов встал и под гробовую тишину уверенно вышел из зала.

Щелоков на пленум не пришел.

Однако в судебном смысле Медунов не слишком сильно пострадал. А вот на отстаивавшего свою невиновность Щелокова давили все новыми обвинениями. Андропов, ненавидевший его, и это сказано без всякого преувеличения, просто-напросто сводил с ним счеты.

Пройдет время, и в 1990 году Прокуратура СССР вынуждена будет подтвердить, что С. Ф. Медунов был чист перед законом. Горбачев ничего не мог сделать. После такого конфуза без огласки Медунова оправдают, вернут награды и партбилет.

В одном из последних интервью он так скажет о причинах организованной против него травли: «Реальность заключалось в том, чтобы найти несколько ярких и сильных фигур из высокого руководства, обвинить их в тяжких преступлениях и принародно сломать. Вспомните, речь шла тогда о чистоте партийных рядов. Надо, дескать, партию освободить от высокостоящих взяточников и лихоимцев, и все будет хорошо. Необходимо было взбудоражить страну, и героями дня становятся следователи, прокуроры, этакие бескорыстные подвижники закона, которые снимают пелену с глаз народа. Еще ничего не доказано, а на все государство распространяются оглушительные сенсации — сочинское дело, узбекское, краснодарское, дело фирмы «Океан», взяточники в МВД и так далее. И это было. В известной степени, взяточники и лихоимцы существовали всегда и в любом государстве, я уж не говорю о нынешней ситуации. Но здесь причинные связи сразу стали вычерчиваться на большие должностные высоты, на людей, которые в течение долгого времени находились в центре общественного внимания. Сейчас уже ясно, что и не они в конечном итоге интересовали главных вдохновителей и организаторов всей этой широкомасштабной и многоходовой операции. На прицел было взято само существование огромного и могучего государства. Кого сейчас интересует что Медунов не брал взяток и не имеет отношения к преступлениям, в которых его обвиняли. Дело сделано…»[240]

Уволен из ЦК ВЛКСМ Игорь Щелоков, дано негласное указание не принимать его на работу.

Не выдерживает Светлана Владимировна. Все происходящее наложилась на глубокую депрессию, в которой она пребывала. 19 февраля 1983 года она покончила с жизнью, по-видимому, рассчитывая, что после этого репрессии против ее семьи прекратятся.

Из показаний сестры-хозяйки следствию. «С семьей Щелокова Н.А. я знакома с 1971 года, с этого времени выполняю в их доме работы по хозяйству, готовлю им еду… Отношения у Николая Анисимовича с женой были исключительно хорошими, доброжелательными…

19 февраля, в субботу, я, как обычно, приехала к ним на дачу в половине девятого утра, чтобы приготовить завтрак. Покормила их в одиннадцать часов, оба поели с аппетитом, оделись и пошли на прогулку. Ничего необычного в поведении и разговорах Щелоковых я не заметила, разве что Светлана Владимировна была очень грустной. Однако таким ее состояние наблюдалось все последнее время — переезд с министерской дачи на другую, прекращение встреч и связей с постоянным кругом друзей и знакомых она переживала болезненно…

Вернулись они с прогулки примерно в половине первого, разделись и прошли в столовую, где о чем-то говорили между собой. Я с Тамарой (сестрой-хозяйкой госдачи — М. Б.) сразу ушли на кухню готовить им чай и закрыли за собой дверь. Этим мы занимались минут пятнадцать, и вдруг услышали крик Николая Анисимовича. Мы выбежали в коридор и увидели его, спускавшегося по лестнице со второго этажа. Он был взволнован, растерян и кричал: «Моя девочка застрелилась!»

При этом в Москве пустили слух, что Светлана Владимировна стреляла в Андропова, когда ехала с ним в лифте, и ранила генсека. После этого покончила с собой.

В своем последнем интервью бывший председатель КГБ Владимир Крючков, соратник Андропова, называет эти разговоры «полной чушью». Хотя не объясняет, почему Андропов не стал пресекать эту ложь. Говоря об этом, Крючков приводит и другой слух о члене Политбюро, сопернике Горбачева Г. В. Романове. Якобы он для свадьбы дочери привез на дачу сервиз Екатерины II.

— …Я говорил Горбачеву: «Михаил Сергеевич, надо болтовню про Романова опровергнуть!» А он мне: «А-а-а… пускай оправдывается…» Наверное, Горбачеву так было выгодно.

Кому было выгодно придумать стрельбу в Андропова экс-председатель КГБ так и не пояснил, уйдя от ответа, сказав лишь: «Если на небе гаснут звезды, значит, это кому-нибудь нужно…»[241]

В эти дни министра посещал его руководитель приемной Б. К. Голиков: «По словам Николая Анисимовича, следователи обращались с ним грубо и неуважительно.

Он мне говорил:

— Я не занимался хозяйственными вопросами в доме и, когда мне задают эти вопросы, я в них путаюсь.

У Светланы Владимировны на каждое приобретение был чек или талон, если что-то серьезное покупали, то чек подшивался в папку.

После ее смерти, когда приехали следователи из прокуратуры, причем не проверяли, кто приехал, пропали все эти документы. Абсолютно все! По-видимому, когда вызывали Щелокова на допросы, как раз смотрели в эту папку и спрашивали, откуда ковер, например. Он отвечал: «Я не знаю откуда эта вещь, я не занимался этим…»

Но он не был подавленным, даже шутил: «Понимаешь, какое дело, наверное, нашли топор под лавкой»[242].

Для МВД после ухода Щелокова наступили тяжелые времена. Моментально создано обслуживание и проведение спецмероприятий в МВД органами КГБ. Началась борьба с «щелоковщиной». Андропов распорядился укрепить кадровый состав органов офицерами КГБ. В помощь новому министру был прислан В. Я. Лежепеков на должность заместителя министра по кадрам. При личной беседе с ним Андропов сказал: «Тебе нужно пойти туда и поработать вместе с Федорчуком так, как работал со мной. Там развелось много гнили — нужно почистить».

— Мне, как начальнику Главка, довольно часто приходилось сталкиваться с Василием Яковлевичем, видеть с каким предубеждением он относился к людям, — рассказывает Н. Е. Цыганник. — В таких случаях казалось, что у него притупились такие христианские качества, как сострадание, соучастие, доброта и необходимая для кадровика способность с вниманием и уважением относиться к подчиненному[243].

За то время, пока министром был Федорчук, было уволено, по некоторым данным, свыше 100000 (!) профессионалов МВД. (Все учебные заведения МВД выпускали в год 25–28 000 специалистов). В основном сотрудников уголовного розыска и следствия. Ломались не просто карьеры, а судьбы тысяч преданных делу людей, настоящих профессионалов, работников в самом расцвете сил.