Альфред Шлиффен - Германская военная мысль

Конечный результат апрельской кампании был таков: австрийцы понесли тяжелые потери, но не были уничтожены. Четыре недели спустя они вновь столкнулись с победителем и отбросили его у Асперна за Дунай. Так как Наполеон пренебрег предоставленной ему возможностью дать бой на уничтожение, то он не смог «в два-три дня разрешить германские дела». Потребовалась кампания продолжительностью в несколько месяцев, потребовалась война, которая не ограничилась одной долиной Дуная, а распространилась на Тироль, Италию, Польшу, Северную Германию и Нидерланды, чтобы наконец путем истощения всех сил достигнуть результата, которого можно было достигнуть одним ударом.

Еще несколько раз Наполеон делал такого же рода попытки дать бой на уничтожение. У Смоленска его метод потерпел крушение вследствие длины его походной колонны, на развертывание которой потребовалось слишком много времени. В день Дрезденского сражения он малодушно отказался от гениально намеченного плана. При Монмирайле еще раз воскрес дух победителя при Маренго. Но в общем Наполеон отказался от обхода одного из флангов, отрезывания линии отступления и ведения боя с перевернутым фронтом. Отныне он шел прямо к цели. Это приводило к фронтальным атакам и к попыткам прорыва. Два боя – Бородино и Ханау – могут быть отнесены к его победоносным, чисто фронтальным, сражениям. Своему успеху в них он обязан главным образом артиллерии. Независимо от потерь, которые он причинил противнику и понес сам, о действительном успехе, влияющем на ход кампании, речь может идти только в сражении при Ханау. Здесь Наполеону удалось ценою жертвы в 19 000 чел. отвести 60 000 чел. за Рейн и тем спасти их. Под Бородиным он оттеснил Кутузова на один километр, но на следующий день русский генерал мог продолжать планомерное отступление, и сам Наполеон мог возобновить на свою погибель беспрепятственное, как и до этого, продвижение вглубь страны.

Однако не все позднейшие сражения Наполеона носили чисто фронтальный характер. Превосходство сил, которым располагал император, и обусловленные этим более длинный фронт и более сильные фланги дали ему возможность выполнить под Ваграмом охват и привели к такому успеху, которого никогда не удалось бы достигнуть одним массовым фронтальным наступлением на австрийцев. Нечто подобное произошло бы и при Грос-Гершене, если бы 3 мая союзники остались выжидать на левом берегу реки Эльстер. Но такие успехи представляются слишком ничтожными. При Ваграме была скорее не победа, а истощение обеих сторон, которое и привело к заключению мира. В стремлении к лучшему Наполеон все-таки был приведен к отвергнутому им под Регенсбургом способу «соединения разделенных до этого частей на поле сражения». В этом не было ничего нового. Уже в 1760 г. Фридрих Великий пришел к этой «подпорке» ( Aushilfe ) [234] .

2 ноября [235] Даун с 52 000 австрийцев и могущественной артиллерией занял позицию севернее Зюптица и западнее Цинны (схема 25). Кряж высот шириной в 800 м, полого спускавшийся в южном направлении к Рер-Грабену и в северном – к Домицийской роще и к долине реки Эльбы, считался, по прежнему опыту, неприступным с фронта. Для прикрытия линии отступления, примыкавшей к флангу, юго-западнее Торгау был выставлен особый корпус Ласси. 44-тысячная армия прусского короля бивакировала у Ланген-Рейхснбаха; он решил 3 ноября оставить Цитена с 18 000 чел. для атаки противника с фронта, сам же хотел с 26 000 чел. тремя колоннами обойти позицию через Домицийскую рощу и атаковать ее с тыла. Прусские колонны, задерживаемые тяжелой артиллерией, медленно продвигались по глубокому песку. Миновал уже полдень короткого ноябрьского дня, когда авангард вышел у Нейдена на открытое место. Казалось, было уже слишком поздно, чтобы развернувшимися влево колоннами продолжать движение по дорогам в глубоких лощинах к Цинне и там повернуть их вправо. Король полагал, что у него осталось время только для того, чтобы по мере подхода бригад немедленно эшелонами, одну за другой, вести их в атаку. Разъединенные атаки были одна за другой отбиты с большими потерями. Вечером армия отошла за ручей Штрин-Бах. Цитен, озабоченный своим правым флангом, хотел прежде всего оттеснить Ласси. Но к этому противнику, находившемуся за Рер-Грабеном, не было подступов. Вследствие этого Цитен после полуторачасовой канонады отошел под прикрытием своей кавалерии влево и сначала атаковал одной бригадой Зюптиц, а затем другой бригадой высоту северо-западнее этого селения Зюптиц был взят и высота уже занята, когда атакующая бригада картечным огнем была вынуждена к отступлению. Всякая возможность успеха, казалось бы, отпала. Но и австрийцы пострадали сильно и особенно были приведены в замешательство тем, что обороняющийся на северном склоне частью поражался с тыла артиллерийским огнем Цитена, а обороняющийся на южном склоне поражался с тыла артиллерийским огнем короля. С наступлением темноты Даун счел за лучшее отвести войска западного крыла из охваченного района на Цинну. Это движение было замечено генералом Зальдерном и использовано им по собственной инициативе для возобновления атаки. Цитен приказал следовать этому примеру и остальным войскам. С другого фронта генералы и штаб-офицеры также самостоятельно двинули отдельные части, которые ударили во фланг и тыл сражающихся против Цитена австрийцев. Всего собралось наконец 25 батальонов, которые все более оттесняли противника назад, в направлении на Цинну. На следующее утро Даун находился уже в отступлении из Торгау на Дрезден. Австрийцы не были уничтожены, но на продолжительное время потеряли боеспособность. Так же, как и они, исчезают и остальные противники короля – имперская армия и русские. Поле свободно. И важнее всего то, что в Вене приходят к убеждению, что с этим противником никогда не удастся покончить. Таким блестящим успехом король обязан офицерам, самостоятельный порыв которых к победе не угашался никакой неудачей, боевому подъему, с которым шли в бой солдаты, главным же образом – наступлению с двух сторон, огню с фронта и с тыла, против которых и храбрейший не может устоять продолжительное время.

Русский генерал Беннигсен тоже делал попытки соединить на поле сражения несколько разъединенных частей своей армии.

В первых числах июня 1807 г. силы Наполеона располагались (схема 26): корпуса Бернадота и Сульта за рекой Пассарга, Даву – южнее Алленштейна – Остероде, прочая армия – позади вплоть до Вислы и за ней; корпус Нея как авангард, выдвинутый на реке Алле, находился в районе Гутштадт, Альткирх, Шарник, Квец, Кнопен. Французский император намеревался развернуть свою армию и затем атаковать русских и пруссаков, «главный корпус» которых под командованием Беннигсена стоял у Гейльсберга (авангард Лаунау), а «вспомогательный корпус» Лестока – у Гейлигенбейля. Беннигсен хотел предупредить атаку противника и уничтожить отделившийся корпус Нея. 5 июня были высланы вперед: Рембов с дивизией из вспомогательного корпуса – к предмостному укреплению Шпанден, чтобы связать здесь Бернадота, а Дохтуров с двумя дивизиями – к предмостному укреплению Лемиттен – связать Сульта. Рембов был отбит, а Дохтуров занял предмостное укрепление Лемиттен; оба понесли большие потери, но вполне выполнили свое назначение – приковать к себе внимание маршалов. Так как Даву стоял слишком далеко, чтобы принять участие в операции, то операция на уничтожение Нея могла выполняться беспрепятственно. С этой целью три дивизии Сакена с сильной кавалерией должны были 5 июня начать продвижение через Арнсдорф на Вольфсдорф; за ним следовала гвардия, Багратион с авангардом от Лаунау через Гронау на Альткирх, полдивизии Горчакова по правому берегу реки Алле на Гутштадт, казаки и полдивизии Платова через Бергфриде на Гейлигенталь. Когда Багратион достиг Альткирха, то не было еще никаких признаков остальных колонн. Он хотел их выждать, прежде чем перейти к атаке. Благодаря этому Ней выиграл время, чтобы соединить свои разбросанные части, и два часа спустя, когда [Остен-]Сакен появился у Вольфсдорфа, Ней начал отступление в порядке. Еще возможно было бы отрезать маршала, если бы колонны Сакена, имевшие большое превосходство в силах, продолжали марш через Варлак на Деппен или Гейлигенталь. Но Сакен придвинулся к Багратиону. Гвардия была уже раньше подтянута через Петерсдорф к Нейендорфу; сначала была вновь собрана вся армия, и только тогда начато движение на Квец. Платов тем временем набросился на отходящие французские обозы. Этим Ней не дал ввести себя в заблуждение. Он остановился у Анкендорфа и здесь выжидал атаки, на которую истощенный продолжительным маршем противник оказался уже не способным.