Леонид Ленч - Это было

Начинающий автор К-ский просит:

"Я не могу сам придумывать сюжеты для своих рассказов и пишу их по рассказам своих знакомых и друзей. Нужно ли посвящать обязательно такие рассказы человеку, который тебе дал сюжет? Вот в Вашей книге "Адская машина" есть несколько рассказов, которые Вы посвятили некоторым людям. Значит, эти сюжеты Вам рассказаны или я ошибаюсь? Пожалуйста, напишите, над чем Вы легче работаете, над сюжетом, который Вам рассказали, или над сюжетом, который Вы сами придумали".

Что касается чужих сюжетов, то я уже сказал о них. Если сюжет или ситуация подсказаны мне моим другом, то непременно он прочитает свое имя в посвящении. Я вообще очень люблю рассказы "документального" порядка, которые подсказаны самой жизнью. Я живу летом за городом. Люблю бродить по окрестным лесам. И вот порой нахожу маленькие, а иногда и крупные корни деревьев. Они похожи то на людей, то на мелких зверюшек. Есть художники, которые делают из подобных находок деревянные скульптурки. Иногда какой-нибудь жизненный случай, с которым сталкиваешься, выполняет для меня роль такого корня. Мне остается только, как говорят, отсечь все лишнее.

Но когда же получается юмористический рассказ лучше: когда он почти целиком "идет в руки" или когда писатель-юморист его "выдумывает"?

На такой вопрос довольно опасно отвечать! Опасно потому, что, если я скажу, что рассказы приятнее выдумывать, то я тем самым как бы благословлю начинающих юмористов высасывать из пальца свои сочинения...

В каждом юмористическом рассказе должна присутствовать комическая фантазия, какое-то преувеличение. Но в основе его, на мой взгляд, должен лежать правдивый жизненный материал, точнее, жизненное наблюдение, импульс, идущий от жизни. Любой гротеск, по-моему, должен опираться на гранитный фундамент реальности: иначе он "не дойдет".

Тот же корень, похожий на человека или зверя, после обработки становится скульптурой, то есть художественным произведением. Самородок юмора может стать рассказом, а может и не стать. Все зависит от того, кто и как его "обработал" Если читатель в обработанном писателем юмористическом кусочке жизни, "грубом и бедном", увидит нечто большее, чем кусочек жизни, — это будет означать, что юморист выполнил свою задачу писателя-реалиста: показал в капле воды мир океана.

Вот любопытные строки из письма А-ва, молодого литератора, серьезно, видимо, раздумывающего над тайнами юмористической литературы:

"Вы нашли тональность, написали первый абзац юмористического рассказа. И вдруг почувствовали, что тут нет улыбки, нет внутреннего юмора. Что делать? Педалировать юмор? Или выбросить все в корзину?"

Между работой над текстом рассказа и педалированием юмора существует большая разница. Юмор должен быть естественным, и педалировать юмор, по-моему, нельзя. Если природа наградила вас тенором, — вы, как бы ни старались, басом не запоете. Нарочитого усмешения литературный рассказ не терпит.

Начинающая юмористка Регина С. пишет:

"Мне мои товарищи и те из родных, кому я показываю свои произведения, говорят, что я пишу пародии, а не рассказы. Но, по-моему, пародийный рассказ имеет право на существование... Очень плохо у меня с жаргоном... Ведь мне негде услышать всякие такие интересные словечки, которые знают писатели мужского рода... А я чувствую, что жаргонные слова очень бы украсили мои вещи. Да вот где их наберешь?.. Как Вы относитесь к рассказам от первого лица?"

Попробую ответить.

Юмористический рассказ от первого лица таит в себе известные опасности. Опасность заключается в том, что рассказ от своего имени (я, мы) настораживает читателя, он воспринимает такие рассказы как показание свидетеля, очевидца. В таких рассказах надо, как мне кажется, даже самые невероятные гротескные (юмористические или драматические) события описывать с полной реалистической их детализацией - убедительно и достоверно. Я не люблю Кафку, но он, надо ему отдать должное, умел это делать.

О пародии в рассказе.

Лично для меня пародия никогда не представляла целевого интереса, и она нечастый гость в моих рассказах. Я предпочитаю рассказы реальные, а не пародийные описания. Меня прельщают комические характеры людей, их психология, их отношения, очень часто вызывающие со стороны смех, улыбку, о которых они даже и не догадываются. Если я прибегаю к пародии, то она возникает у меня обычно в рассказах на темы литературы и искусства.

Жаргонные словечки, местные комические словообразования - законный хлеб юмориста. По-моему, однако, не надо злоупотреблять всем этим добром, потому что очень часто жаргон огрубляет словесную ткань юмористического рассказа. Он необходим там. где надо показать характер человека. По-моему, речь простого человека "от земли" следует передавать через его синтаксис, а не через перенасыщение языковыми вывертами.

В юмористическом рассказе диалог должен быть похож на игру мастеров "маленькой ракетки", когда комическая реплика перелетает от одного персонажа к другому подобно стремительным мячикам пинг-понга.

Лет десять тому назад я выступал с рассказом о своей работе перед студентами Литературного института имени Горького. Один из студентов прислал мне довольно желчную записочку. Вот она:

"Вы говорите, что юмористический рассказ - это стихотворение в прозе. Вы имеете в виду стихотворение в прозе великого русского писателя Тургенева или что-то другое? Разъясните. И вообще как насчет национального русского юмористического рассказа? Кого Вы считаете русским юмористом: Гоголя, Лейкина, Чехова, Зощенко, Ильфа-Петрова?"

Да, юмористический рассказ требует ювелирной работы над словом. Писатель-юморист должен в совершенстве знать свой родной язык, его пластику и его музыкальность.

Я немного понимаю по-украински и люблю слушать юмористические новеллы Остапа Вишни на его родном языке. Веселая музыка этих новелл, многоцветный словарь Вишни звучат именно как стихотворение в прозе.

Теперь о естественности юмора, о его национальном характере.

Юмор, по-моему, это особенность жизнеощущения у человека. Замечено, что юмористы - очень разные люди. Есть среди них и открытые весельчаки, есть и мрачные (внешне) люди, сдержанные, даже суховатые. Но у каждого сидит в глазу осколок некоего таинственного зеркала, подобный тому, который заставил андерсеновского мальчика видеть мир по-своему. Но ведь писателю-юмористу нужно заставить и других людей глядеть на мир его глазами! Если он неестествен в проявлениях своего юмора, если он только притворяется весельчаком - он не добьется успеха. Нет ничего хуже надуманного, натужного юмора. Откровенно комический рассказ надо садиться писать только тогда, когда тебя самого смешит твоя придумка, в противном случае тебя постигнет неудача. Знаю это по собственному опыту.