Виталий Павлов - "Сезам, откройся!"

Для меня появление этой книги на Западе является еще одним аргументом в пользу того, чтобы ознакомить нашу да и мировую общественность с тем, что осуществлялось в области ТФП внешней разведкой, так как и книга Леруа-Фэнвилля не свободна от тенденциозных намеков в адрес наших спецслужб. Но при том автор вынужден был признать, что советские дипломатические почты оказались недоступными для ТФП возглавлявшейся им «Службы 7» из-за высокопрофессиональной защиты их от таких посягательств.

Приведя это отступление и учитывая, что речь в настоящих воспоминаниях пойдет главным образом об операциях ТФП, происходивших на территории Польши, мне представляется целесообразным посвятить эту главу тем условиям, которые определяли специфическую ситуацию нашего участия в проводимых совместно с поляками операциях. Она определялась сложившимися сотрудничеством и взаимодействием КГБ со спецслужбами бывших социалистических стран Восточной Европы — членов ОВД.

Прежде всего стоит посмотреть на это взаимодействие с точки зрения динамики его развития.

Первые ростки сотрудничества между специальными органами безопасности возникли в ходе появления, как говорят поляки, «братства по оружию», в процессе оказания советским правительством помощи в создании национальных освободительных вооруженных сил и совместных боевых действий по освобождению стран Восточной Европы от гитлеровских оккупантов.

Продвижение Советской Армии по территории этих государств и создание там административных властей потребовало и организации органов безопасности.

В помощь местным властям выделялись специалисты, советники по вопросам безопасности, первоначально из состава советских армейских спецорганов, а затем стали направляться сотрудники внутренних органов и внешней разведки КГБ (тогда НКВД), предпочтительно из числа знающих соответствующий язык. Если говорить о советниках для Польши, то в кадрах наших органов безопасности нашлось значительное число лиц, знавших польский язык.

Институт советников, образовавшийся еще в ходе войны, совершенствовался и расширялся вплоть до первых послевоенных лет. В условиях сталинско-бериевского режима этот институт превратился в послушный инструмент навязывания братским органам государственной безопасности тех же методов произвола и насилия, что действовали до смерти Сталина и разоблачения Берии и у нас.

В этих условиях органам безопасности стран народной демократии диктовались условия жесткого следования указаниям КГБ в подавлении действительной и кажущейся оппозиции, беспощадного преследования любых отклонений от предписывавшейся Сталиным линии поведения внутри страны и во взаимоотношениях с Западом.

Разоблачение культа Сталина на XX съезде КПСС в 1956 году и последовавшие события в Польше и Венгрии резко изменили положение и в самих органах безопасности стран Восточной Европы. Институт советников был ликвидирован, сотрудничество и взаимодействие специальных служб этих государств с КГБ стало строиться на принципах равноправия, строгого соблюдения суверенитета и невмешательства во внутренние дела.

В основу взаимных отношений спецслужб с этого периода неизменно клались принципы взаимодействия правящих партий с КПСС, оформляемых специальными соглашениями на более или менее длительные сроки. В ходе текущего сотрудничества согласованные позиции взаимодействия оформлялись протоколами, в которых каждые четыре-пять лет подводились итоги совместных действий и намечались главные задачи на предстоящий период времени.

По мере развития международной обстановки и ситуации в каждой отдельной стране уровень сотрудничества КГБ со спецслужбами стран Восточной Европы постепенно дифференцировался. Так, после событий 1968 года в Чехословакии взаимодействие со спецслужбами Румынии резко сократилось, по линии контрразведывательных мероприятий прекратилось совсем, а сотрудничество разведывательных служб фактически свелось к формальному периодическому обмену разведывательной информацией, к тому же не первостепенной значимости.

Сузилось сотрудничество с венгерскими службами после событий 1956 года, что было понятно и обусловливалось необходимостью очистки этих служб от кадров, замешанных в событиях, и восстановления потерянных позиций как в обществе, так и вовне, особенно на Западе, где венгерская разведка понесла большие потери из-за предательства и бегства ряда прежних ее руководителей. Постепенно взаимодействие по разведывательной линии нормализовалось, однако больше уже не было таким активным, как прежде.

Аналогичные изменения в области сотрудничества с КГБ произошли и в Чехословакии после событий 1968 года. Однако чешская разведка довольно быстро оправилась и восстановила прежний высокий уровень взаимодействия с нашей внешней разведкой.

Примерно на одном уровне откровенного сотрудничества и отсутствия особых проблем сохранялись отношения КГБ с болгарскими спецслужбами. При этом отдельные руководители болгарских спецслужб проявили склонность считать свои подразделения филиалами соответствующих служб КГБ. Естественно, эти настроения не поддерживались нашей стороной, как не соответствующие принципам, согласованным в соответствующих соглашениях, и могущие повредить нормальным взаимоотношениям наших суверенных государств.

Несколько по-иному развивались наши сотрудничество и взаимодействие с польскими спецслужбами. После событий 1956 года в Польше и прихода к руководству партией и государством В. Гомулки возник период определенного осложнения и сужения рамок взаимодействия. Потребовался ряд лет для нормализации отношений и восстановления уровня откровенности и готовности сотрудничать во всех областях.

Этот уровень был достигнут к моменту моего прибытия в страну в 1973 году, и в дальнейшем взаимовыгодное сотрудничество по всем линиям обеспечения государственной безопасности наших стран неуклонно развивалось.

Особый характер сотрудничества и взаимодействия КГБ обеспечивался со спецслужбами ГДР. Это объяснялось как самой ситуацией в этой стране, так и широкими потенциальными возможностями, которые имелись в ГДР, особенно для решения задач внешней разведки.

В силу своего положения ГДР, являясь, по существу, передовым плацдармом в отношениях с Западной Германией и бывшими союзниками, ставших противниками в «холодной войне», представляла большой интерес для взаимодействия наших контрразведок в их противодействии агентурно-подрывному проникновению враждебных разведок. Гэдэеровская разведка имела большие возможности проникать на Запад и добывать там нужную Организации Варшавского Договора, и СССР в частности, разведывательную информацию. Все годы, вплоть до воссоединения с Западной Германией, разведка ГДР являлась важным источником такой информации, внося ощутимый вклад в укрепление позиции всего социалистического содружества в его противостоянии агрессивному союзу Запада — НАТО.