Александр Рар - Владимир Путин: «Немец» в Кремле

Ознакомительный фрагмент

Вскоре Путин и его сослуживцы получили новые задания. Горбачев поручил им позаботиться о создании за рубежом более привлекательного образа Советского Союза, ибо СССР формально отказался от агрессивной политики и коммунистической идеологии. Горбачев и КГБ надеялись тогда, что после модернизации их государство станет одним из гарантов стабильности в мировой политике и будет принято в «Общеевропейский дом». Теперь для привлечения к сотрудничеству жителей западных стран применялись совершенно другие аргументы. Многие из видных представителей политической и деловой элиты в странах НАТО, не скрывавших своих симпатий к провозглашенной Горбачевым «перестройке», охотно контактировали с советской разведкой. На Западе с надеждой восприняли весть о проходящих на Востоке переменах. Страх перед некогда грозным КГБ практически исчез.

Советскому Союзу требовалось преодолеть свое отставание не только в таких областях человеческих знаний, как микроэлектроника и вычислительная техника, но и в сфере информационных технологий. Без этого реорганизация экономических и социально-политических институтов была невозможна. Самым простым и дешевым способом получения новейших результатов научно-технических исследований был шпионаж. В Дрездене находился довольно известный завод по производству компьютерной техники «Роботрон», не только снабжавший своими изделиями все страны Восточного блока, но и поддерживавший контакты с концернами «Сименс» и «Ай-Би-Эм». В книге «От первого лица» Путин откровенно рассказывает, как его коллеги из отдела, занимавшиеся научно-техническим шпионажем, купили за несколько миллионов долларов разработанный на Западе сверхсекретный проект, относящийся к сфере высоких технологий. Руководство в Москве осыпало организаторов и исполнителей операции орденами. Но затем выяснилось, что в этой области СССР значительно отстает от западных держав и не имеет возможностей для осуществления данного проекта, который остался лежать в сейфе. Если имелся в виду план создания истребителя «Еврофайтер», то тогда вполне понятно, почему новый российский президент питает такую симпатию к научным разработкам в системе военно-промышленного комплекса.

Чем же на самом деле занимался Путин в Восточной Германии? Был ли он причастен к закулисным политическим интригам, о которых ничего не знали его коллеги из Министерства государственной безопасности ГДР? Почему сослуживцы прозвали его «Штази»? Путин, приехавший в ГДР в звании капитана, непрерывно поднимался по служебной лестнице и в итоге вернулся в Советский Союз в чине подполковника, сделав неплохую по тогдашним меркам карьеру. В 1987 году Путин вместе со многими другими сотрудниками представительства КГБ был награжден золотой медалью «За выдающиеся заслуги перед Национальной Народной армией ГДР», но этой награды советских офицеров удостоили исключительно в честь семидесятилетия Октябрьской революции. 7 февраля 1988 года Путин был награжден бронзовой медалью «За заслуги» Министерства государственной безопасности ГДР, хотя никаких особых заслуг за ним не числилось. И совсем непонятно, почему Президиум Верховного Совета СССР наградил его «Знаком почета».

Один высокопоставленный американский дипломат довольно скептически отозвался о Путине: «Мы еще слишком мало знаем этого человека и вынуждены тратить много времени и сил на освещение некоторых темных моментов в его биографии». Совершенно неясно, какую роль он сыграл в развале ГДР. Как он расценивал перемены, происходившие в стране пребывания революционные? Откуда он наблюдал за падением Берлинской стены? Как воспринял демонстрацию, прошедшую в Дрездене практически у дома, где размещалась их группа? И не был ли он, по мнению многих, участником инициированного Горбачевым заговора, целью которого было смещение Эриха Хонеккера с высших партийных и государственных постов?

Как стало известно уже в наши дни, руководство КГБ в Москве еще в 1987 году предвидело крах ГДР. Сразу же после прихода к власти Горбачева советская разведка активизировала свои контакты с представителями интеллектуальной элиты в государствах Восточного блока с целью распространить там идеи перестройки. В июне 1987 года тогдашний начальник Первого Главного управления Крючков тайно посетил Дрезден и Восточный Берлин, чтобы выяснить истинное положение дел в Восточной Германии. В доме известного физика Манфреда фон Арденне он откровенно поддержал идею демократизации общественного строя в ГДР и предложил обсудить возможность замены Эриха Хонеккера более молодым, «прогрессивно мыслящим» секретарем ЦК Эгоном Кренцем или заурядным первым секретарем Дрезденского окружкома СЕПГ Гансом Модровым. В Москве понимали, что осуществлению ее планов мешает только присутствие Хонеккера и группы его единомышленников в высших эшелонах власти. Поэтому КГБ приступило к проведению одной из самых секретных операций под кодовым названием «Луч» с использованием специально подготовленных офицеров.

Теперь Путин по вполне понятным причинам категорически отрицает свою причастность к этой акции, о которой долго ничего не знали ни высшее руководство СЕПГ, ни генералы «Штази». Кому в России наших дней хочется, чтобы его имя связывали с Горбачевым и крахом Варшавского договора? Но если Путин действительно входил в эту группу, то от него требовался теперь переход от вербовки западногерманских инженеров и бизнесменов к использованию в интересах Москвы оппозиционно настроенных членов партий, входивших в «Демократический блок»[5], известных служителей церкви и, разумеется, сотрудников восточногерманских спецслужб. Ведь речь шла — ни много ни мало — о подготовке государственного переворота в дружественной стране. В интервью «Зэксише цайтунг» в марте 2000 года бывший подполковник «Штази» Петер Аккерман утверждал, что в январе 1990 года Путин лично пытался привлечь его к сотрудничеству с КГБ. Какую цель ставила перед собой эта мощная организация, подрывая основы коммунистического строя в ГДР? Вряд ли она добивалась воссоединения двух немецких государств. Путин и его сослуживцы наверняка не могли предвидеть такой вариант развития общественно-политического процесса на подведомственной им территории. Высшее политическое руководство СССР во главе с Горбачевым требовало от них только отстранения от власти группы закоренелых сталинистов и содействия процессу преобразования ГДР в социалистическое государство нового образца.

Аналогичные операции КГБ, вероятно, проводило также и в других государствах Восточного блока. В данном случае никто даже гипотетически не представлял себе возможности распада Варшавского договора. В наши дни как-то не принято вспоминать, что «бархатная революция» в Чехословакии победила не без помощи советской разведки. Что же касается событий в ГДР, то Андреас Беме и Рольф-Георг Рейт подробно исследовали степень участия в них группы «Луч» в опубликованной в 1999 году книге «Заговор».