Виталий Павлов - "Сезам, откройся!"

Из опыта АНБ, да и нашего собственного, а также других западных служб перехвата и дешифровки хорошо известно, что решить эту задачу — чтение иностранных шифров — усилиями дешифровальных служб невозможно. Поэтому все основные мировые спецслужбы занимаются добычей шифров через агентуру и путем проведения операций ТФП в тщательно охраняемые объекты их хранения и работы с ними.

Эта часть разведывательной работы относится к наиболее законспирированной и наименее афишируемой, в том числе и у нас, во внешней разведке. Но все же сведения об отдельных успешных операциях ТФП время от времени появляются в прессе. Например, в начале 80-х годов американский журнал «Ньюсуик» откликнулся пространной статьей на книгу Бамфорда, в которой упоминал о проделанной ФБР по заказу АНБ операции ТФП во французское посольство в Вашингтоне и добыче французских шифров. Кстати, «Ньюсуик» отмечает, что Бамфорд сам однажды работал клерком в группе военно-морской безопасности, которая курировала многие радиоперехватывающие посты АНБ, а также являлся иформатором Сенатского комитета конгресса США по разведке в течение расследования практики подслушивания американских граждан. Это объясняет довольно заметную профессиональную компетентность автора в области разведки, о которой он пишет (Мартин Д. Раскрывая секреты АНБ. Ньюсуик. 1982, 6 сентября).

Интересно, что по моим наблюдениям и по свидетельству западных официальных и разведывательных источников, западные сверхзасекреченные учреждения типа АНБ доводят до абсурда системы пропускных режимов и ограничений допуска в них. Это весьма красочно проиллюстрировал тот же Бамфорд.

Различные многоцветные бляхи и жетоны, развешанные на груди, на шее или прикрепленные на лацкане пиджака, означают степень допуска, статус их владельца, зону здания, куда разрешен доступ. Плюс к тому нанесенные на них прорези для электронного опознавания личности и так далее, и тому подобное. Автор приводит анекдотический пример, как один сотрудник использовал цветную пачку сигарет, прицепив ее на грудь, и смог беспрепятственно пройти все пункты контроля внутри здания. Та же свистопляска имеет место с постоянной сменой кодовых обозначений степени секретности важных документов.

Читая эти описания строгих ограничений допуска даже внутри АНБ, я вспомнил, как простой курьер — сержант Данлоп — свободно бродил по всем закоулкам этого «сверхсекретного» объекта и собирал нужные для ГРУ разведывательные сведения и материалы.

Или вот очень развеселившие многих читателей в Англии сообщения о новом здании британской разведки МИ-6, переоборудование которого обошлось в 45,5 миллиона фунтов стерлингов. Вокруг этого нового штаба разведки, как сообщал лондонский «Тайм» в августе 1993 года, рьяные охранники МИ-6 соорудили два рва — один наполнили водой и частично замаскировали под фонтаны, другой — сухой. Ну прямо как феодальная крепость. Проведена экранировка помещений, чтобы защитить чувствительные компьютерные системы, содержащие данные о разведывательных и контрразведывательных операциях, от электронного шпионажа. Для доступа во внутренние помещения планируется, помимо пропусков, применять систему идентификации по отпечаткам пальцев, голосу и чертам лица. Принимаются и другие меры защиты.

Спрашивается: неужели руководители МИ-6 полагают, что, отгораживая себя феодальными крепостными укреплениями, они гарантируют сохранность своих секретов?

Опыт показывает, что на любое новое средство защиты почти одновременно придумываются новые средства их преодоления. Так что и этот «Замок на Темзе», как его окрестил «Тайм», как и любая другая крепость, может быть атакована негласно и все его водяные и сухие рвы преодолены.

Думаю, что при всех современных и будущих, еще более изощренных средствах защиты и нападения главным всегда остается человеческий фактор. Именно при помощи его были достигнуты нужные результаты в операциях, о которых еще пойдет речь.

Вернемся к главным объектам интереса внешней разведки с позиций добычи криптологической информации — АНБ в США и ШПС в Англии.

Проникновение в АНБ, хотя и было делом сложным, но как показали результаты в период начала 60-х годов по середину 80-х, вполне реальным.

С помощью своих агентов-сотрудников АНБ Митчела и Мартина, Пелтона и Гамильтона, внешняя разведка получила богатые материалы о деятельности этой спецслужбы, оказавшие большое влияние на организацию успешного перехвата и дешифровки специальной службой КГБ западных коммуникаций, в том числе и тех, что использовались АНБ.

Кроме того, сотрудничество указанных агентов облегчило дальнейшие операции ТФП внешней разведки в АНБ и аналогичные ей другие западные спецслужбы.

Совсем недавно еще одна американская спецслужба, занимавшаяся перехватом, на этот раз космическим, выступила из покрова таинственности на поверхность, причем вынужденно.

В августе 1994 года в средствах массовой информации США вспыхнула широкая кампания возмущения огромными тратами денег налогоплательщиков на сооружение центра для Национального разведывательного офиса (НРО), который под совместным руководством сразу двух спецслужб — АНБ и ЦРУ — ведет космический перехват линий коммуникаций. Скандал возник вокруг строительства под Вашингтоном начиная с 1990 года нового комплекса НРО, стоимостью в 300 миллионов долларов. Толчком к тому, что об этой сверхсекретной спецслужбе заговорили вслух, явилось убийство в ноябре 1993 года на стройке охранника. В связи с началом следствия все и всплыло на поверхность. Большой стоимостью нового комплекса возмутились и в конгрессе США, обманутые неверной, заведомо заниженной почти в два раза сметой стоимости, на которую были санкционированы ассигнования. Конгрессмены направили гневное письмо тогдашнему директору ЦРУ Джеймсу Вулси и министру обороны США Уильяму Перри, которые совместно ведают НРО. Как следует из сообщений американской прессы, НРО был создан в 1960 году, он строит и запускает спутники-шпионы, которые способны регистрировать на земле мельчайшие объекты, вплоть до номера автомашины, осуществляют перехват линий коммуникаций по заказам АНБ и ЦРУ. Объем разведывательных операций из космоса характеризуется огромным бюджетом в 6 миллиардов долларов из общего разведывательного бюджета в 28 миллиардов долларов. Например, ЦРУ отпускается в два раза меньше средств.

НРО оставался до сих пор глубокой тайной для всех, кроме министерства обороны, АНБ и ЦРУ. Даже в конгрессе, санкционировавшем огромные суммы на содержание этой спецслужбы, о ней был осведомлен лишь узкий круг конгрессменов.