П. И. Бирюков - Греческий мудрец Диоген

– Неужели же я в самом деде ничего не могу для тебя сделать, Диоген?

– Мне ничего не нужно. Но ведь ты знаешь, сколько под твоею властью есть страдающих и угнетенных. Если хочешь сделать мне приятное, облегчи, на сколько можешь, их бедственную участь.

– Ты счастлив, Диоген, что ничего не желаешь, но прими хотя мою дружбу!

– Прости меня, Александр, но я не могу не сказать тебе того, что думаю. Царь не может быть другом р не может иметь друзей.

– Диоген, если бы я побыл дольше с тобою, то чувствую, что я остался бы жить с тобою в твоем шалаше. Но для мира довольно одного Диогена.

– Этого я не знаю, но знаю, наверное, что мир погиб между двух Александров.

– Ты прав, старик, прощай!

И они навсегда расстались.

Старость и смерть Диогена

Так и состарился Диоген на своем учительстве, и стал чувствовать приближение смерти. Он никогда не боялся её и с твердостью духа ожидал её пришествия.

Иногда ученики его разговаривали с ним о смерти и спрашивали его, не боится ли он её прихода. На это Диоген отвечал им: «Как же можно бояться смерти, когда никто никогда не видал её?»

Другие ученики, споря с ним о смерти, называли ее злом, Диоген возражал им:

– Ведь никто никогда из живых людей её не знал, почему же вы ее называете злом?

Спокойно переносил Диоген и угрозы людей, хотевших убить его.

Так, раз правитель города Афин за смелое слово, сказанное Диогеном, размахнулся на него и крикнул: «Я убью тебя!»

Диоген спокойно отвечал ему: «Убить ты меня можешь, только этим ты никого не удивишь, потому что скорпион или какая-нибудь гадина и даже ядовитое растение могут сделать то же самое».

Когда Диоген состарился, и силы его стали слабее, один из учеников его, не понявший, как следует, его учения, стал его уговаривать бросить свою бездомную жизнь и хотя под старость успокоить себя в доме своего приятеля. Диоген с грустью отвечал ученику: «Я почти добежал до цели, неужели теперь, когда уже осталось так мало, ты хочешь, чтобы я остановился и погубил работу всей моей жизни?»

Видя его нищету и бездомность, кто-то спросил его:

– Подумал ли ты о том, кто тебя похоронит?

Диоген отвечал ему:

– Тот, кому понадобится моя квартира.

Раз Диоген услыхал, что один человек печалится о том, что ему не придется умереть на своей родине.

Диоген с усмешкой сказал ему:

– Глупый, не все ли тебе равно, в какой яме будет гнить твое тело?

Смотря, как убирали тело покойника, натирали пахучими мазями и обкуривали разными духами, он говорил:

– Странные люди! при жизни, когда нужно пользоваться здоровым телом, они изнуряют его невоздержанием в разных похотях, а когда умрут, и тело им станет ни на что негодно, они стараются сберечь его навсегда.

Его спрашивали, что делать с его телом, когда он умрет? Он отвечал:

– Положите около меня палку, чтоб я мог отгонять от себя хищных зверей.

– Да, ведь, ты ничего не будешь чувствовать, возражали ему. Как же ты будешь действовать падкой?

– Так зачем же вы меня спрашиваете? Если я не буду чувствовать, «то не все ли мне равно, что будет с моим телом. Пускай его съедят собаки, по крайней мере, моя смерть принесет им пользу, а если они не удостоят меня такой почести, то погребение мое будут совершать солнце, ветер и дождь. Любой царь позавидует такому почету.

Диоген дожил до глубокой старости, когда он умер, ему было 90 лет.

Раз утром ученики Диогеновы пришли, по обыкновению, к его жилищу. Он лежал завернутый в свой плащ и как будто спал. Ученики удивились, что Диоген спит так долго, чего с ним никогда не бывало. Они подождали немного, наконец, решились сдернуть с него плащ, и к большой горести своей нашли учителя мертвым. Они так верили в силу его духа, что между ними сложился рассказ, что Диоген умер добровольно, т. е. только потому, что перестал хотеть жить.

Тело его похоронили в городе Коринфе и поставили ему бронзовый памятник, а на нем сделали надпись:

«Время точит и камень, и бронзу, но слова твои, Диоген, будут жить вечно! Ты учил людей благу, которого они сами могут достигнуть, и показал им средства спокойно и радостно жить».

Ученики Диогена

Учение Диогена слушали почти все жители тех городов и селений, где жил или проходил Диоген, и всем, кто понимал его, оно было на пользу, и жизнь тех людей менялась хоть немного к лучшему.

Однако, не все ученики поддержали славу своего учителя.

У самого Диогена, как и у всех людей, были слабости. Так, иногда он очень грубо обращался с людьми.

Рассказывают, например, что раз он пришел в дом одного богача. Комнаты его были устланы дорогими коврами; стены увешаны картинами, оружием и разными драгоценностями. Войдя в комнату, Диоген кашлянул и захотел сплюнуть. Он оглянулся вокруг и не мог найти такого места, куда бы можно было плюнуть. Везде все блестело и лоснилось, так что жаль было пачкать. Тогда Диоген обернулся к хозяину и плюнул ему в бороду.

– Что ты делаешь? – вскричал хозяин.

– Я не нашел более грязного места, – ответил Диоген.

Хозяин волей-неволей перенес ту грубость. Диогена так уважали, что и такие выходки проходили ему безнаказанно.

Но другим его ученикам этого не позволяли. Диоген любил простоту, а плохо понявшие его ученики вместо простоты переняли от него только грубость, да неряшливость, да еще от себя прибавили, и вышло ни на что не похоже. Таким образом, сами Диогеновы ученики и последователи наиболее повредили его учению в глазах людей. Такова судьба многих великих учений.

Самого Диогена еще при жизни его прозвали собакой. Сначала просто знатные люди говорили про него, что он живет как собака. Потом стали смеяться и спрашивать его:

– Почему тебя называют собакой?

Он шутя отвечал:

– Оттого, что я лаю на праздных и огрызаюсь на злых.

Так за ним и осталось это прозвище. «Собака по-гречески, а потом и учеников Диогена стали называть циниками.

Те из учеников Диогена, которые не поняли, как следует его учения, своею грубостью и неряшливостью в делах и словах заслужили общее презрение, так что слово циник стало, потом бранным и сохранилось таким до нашего времени. Циник – значит теперь, что ты бесстыдник; но дурная молва о циниках не может затмить заслуг Диогена.

Выли и такие из слушателей Диогена, которые не только хорошо поняли его, но захотели, и жить так точно, как жил сам Диоген, во всем следовать его учению и потом своею жизнью, и словом учить людей тому же. Из таких последователей более замечательны следующие:

Мочим, уроженец города Сиракузы, жил у одного банкира в Коринфе. Ксениад, у которого жил Диоген, был знаком с Монимом и, навещая его, часто много рассказывал ему про жизнь и учение Диогена. Монима так поразило это учение, что он бросил банк и своего хозяина и стал ходить к Диогену учиться его мудрости. Хозяин Монима всем рассказывал, что его помощник сошел с ума. И его знакомые поверили этому, когда банкир сказал, что Моним не берет у него денег и говорит, что они ему не нужны.