Геннадий Корж - Леонид Кучма

Ознакомительный фрагмент

Едва став премьер-министром, именно Марчук добился от президента назначения первым вице-премьером Павла Лазаренко. Кучма вспоминает: «Марчук хотел закрыть опытным «хозяйственником» Лазаренко свои собственные прорехи в знании экономики и прикрыть отсутствие собственного хозяйственного опыта… Марчук в конце концов убедил меня дать Лазаренко пост первого вице-премьера. И надо сказать, что на фоне многих министров - да, по большому счету, и самого Евгения Кирилловича - Павел Иванович, как хозяйственник, имел совсем неплохой вид. Надо все-таки отдать ему должное: хватка, хитрость, выдержка. Лазаренко, кроме опыта и трудоспособности, имел в сравнении с Марчуком еще одно качество: он умел принимать решения и претворять их в жизнь».

А Леонид Кравчук считает привлечение Лазаренко к работе в правительстве огромной ошибкой Марчука.

Но вот что Кучма писал о Марчуке-премьере: «Я уверен, что Марчук вполне мог бы работать на посту премьера. Но только не в нашей стране и не в переходный период, когда главе правительства нужны не только внешние данные и общая эрудиция, но и знание и понимание экономической ситуации, умение решать вопросы, ежедневно возникающие в условиях продолжающегося кризиса. В некоей благополучной стране, где хозяйственные механизмы уже сто лет как настроены и законодательно закреплены, где от премьера, образно говоря, требуется не выезжать каждый день на ремонт испорченной канализации, а просто сидеть в удобном кабинете и время от времени краном регулировать напор воды - пожалуйста! Ради бога!

Но Украина пока что - не такое государство. А экономика - не литература и живопись, и даже не госбезопасность».

Под знаком борьбы с парламентом

Годы правления Кучмы прошли под знаком постоянного соперничества с парламентом. По каким бы частным вопросам ни разворачивалась эта полемика, в ее основе лежало одно - борьба за власть. Вот как однажды сам Кучма сформулировал эти отношения: «Я тоже сторонник сильной президентской власти, но для этого в стране должны быть созданы соответствующие условия. Кроме прочего важно, чтобы лидер государства имел время не только декларировать намерения, но и реализовывать их на практике. Мы говорим о немецком чуде, но забываем, что наш добрый друг Коль у власти был семнадцать лет, Миттеран правил Францией, по-моему, четырнадцать лет, а Тэтчер Англией - двенадцать.

С другой стороны, для меня совершенно очевидно: какими неограниченными полномочиями ни наделяй президента, не продвинуться ни на шаг в построении демократического государства, если нет баланса между исполнительной и законодательной властями. Когда парламент, правительство, президентская администрация увлечены бесконечным перетягиванием каната, нечего и мечтать об успехах в экономике.

…Считаю абсолютно недопустимым лишать президента права на роспуск парламента. Конечно, распускать надо не из прихоти или дурного настроения, а за дело, вернее, бездействие. Допустим, депутаты не в состоянии объединиться в коалиционное большинство и сформировать правительство. Или, скажем, вместо конструктивной работы парламент сессию за сессией занимается политической трескотней и демагогией. Какой тогда прок терпеть этих пустых говорунов?

Конечно, с позиции сегодняшнего дня я к некоторым проблемам относился бы совсем по-другому. Я считаю: очень плохо, что с самого начала не появилась Конституция, которая закладывала бы нормальные механизмы деятельности и ответственности государственной власти. Парламент работал сам по себе, правительство - само по себе. Мы все эти годы работали в условиях жестокого противостояния парламента и даже порой правительства президенту. В России, как известно, эта проблема была разрешена расстрелом Белого дома, потому что двух центров власти не может быть.

Я скажу так: если бы мы заложили принцип формирования правительства коалиционным большинством в парламенте, заложили принцип взаимной ответственности, мы бы сегодня были намного дальше в своем развитии и ситуация в Украине была бы совсем другая. Пока мы не создали ответственной законодательной власти. Конечно, проще сидеть в парламенте и ни за что не отвечать, следить себе за работой правительства.

Механизм взаимной ответственности властей должен быть тот, что существует в Европе. Проходят парламентские выборы. Победившие партии формируют коалиционное правительство. Одна коалиция развалилась - пожалуйста, ищите другую. Но не может правительство работать без политической поддержки парламента. Или - если не так - пусть будет чисто президентская республика.

Конечно, на переходном этапе нужно сильное президентское правление. Мы пытались провести референдум в 2000 году, но парламент заблокировал два изменения: что он формирует правительство вместе с президентом и что президент получает право роспуска парламента. К сожалению, в проект записали ряд других вопросов, которые депутатами не воспринимались. Это была, наверное, наша ошибка - и реформа провалилась»

Президент прав, когда говорит, что исполнительная и законодательная ветви должны уравновешивать друг друга. Если взять последнюю, то очевидно, что парламент раздирали политические страсти. Политические группировки депутатов уравновешивали друг друга, да и каждый из 450 парламентариев решал в первую очередь собственные проблемы. Так что силы, достаточной для баланса между ветвями, из парламента не получалось.

Тем не менее в ходе перманентной борьбы с парламентом Кучма сумел достичь очень важного: он наполнил реальным содержанием должность президента, чуждую для нашего прежнего политического опыта. И именно президент в Украине остается гарантом дальнейших демократических преобразований.

Значительную роль в постсоветской Украине (а значит, и в парламенте) неизменно играли коммунисты (хотя их влияние, подобно шагреневой коже, неумолимо уменьшается). Возможно, именно поэтому в интервью польской телекомпании TVP в 2001 году Кучма так охарактеризовал ситуацию в Украине во время переходного периода: «При социализме мы жили, как звери в зоопарке: государство обеспечивало еду, воду, электроэнергию. Однажды открылись клетки, и мы разбежались по лесу - выживет сильнейший». А кто в Украине был и остается сильнейшим? Коммунисты-прагматики, сам себе ответил тогда Кучма.

Это интересно. Действительно, огромное большинство населения у нас охвачено левыми идеями - в той или иной степени. Аналитики, например, утверждают, что и новая власть - классический носитель левой идеологии.

В изданной в 1998 году книге «О самом главном» Леонид Кучма писал: «Да, моральную и идеологическую победу одержали народно-демократические силы (которые, стоит заметить, во многих делах не пошли далее утверждения важной для них национальной символики, не взялись за строительство не просто государственности, но государственности принципиально новой и жизнеспособной), однако фактически победа досталась мудрейшей и наиболее опытной части административно-бюрократической системы. И заплатили они за эту победу только сменой вывесок, идеологии и партийных билетов».