Александр Даниловский - «Отважный-1» уходит в море

Подпольщик пожал плечами и спросил:

— Почему же нельзя смотреть? Ведь партизанам капут?

В ответ фашист так ударил Штепу прикладом в спину, что тот еле устоял на ногах.

Иван Герасимович убежденно заявил, что не только подпольщики — все население станицы не верит фашистской брехне. Страшатся возмездия предатели, гитлеровские холуи.

На строительстве оборонительных сооружений.

Был такой случай. В ночное время атаману Зубкову почудилось, будто партизаны ломятся к нему в окно. Он схватил автомат и дал очередь. Прибежала охрана. Выяснилось, что телок отвязался и почесал спину о ставню.

В заключение рассказа Иван Герасимович рассказал, что захватчики вынуждены оборудовать для своих вояк новое кладбище и крестов на нем прибавлялось с каждым днем. Видать, крепко немцам доставалось под Ростовом. А комендант все больше зверел. Только и слышно было: «Расстреляю! Уничтожу!..»

После товарищеского ужина моряки дружно пели песни. Начальник штаба аккомпанировал им на пианино. Вот они запели свою, фронтовую:

Тяжелой походкой, за ротою рота,Выходит за город морская пехота.К потертым бушлатам пришиты петлицы.Широкие плечи. Суровые лица…

Иван Герасимович наклонился ко мне, шептал:

— Грозная песня.

А хор продолжал петь:

…Как ветер морской и волна штормовая.И, может быть, шуму знакомому рада,Вступает в сраженье морская бригада.Мелькают бушлаты в зеленом просторе.— За Черное море!— За русское горе!— В атаку! Полундра!Душа нараспашку —Дерется братва в полосатых тельняшках…

Вместе со всеми пели командир и комиссар. Пела большая дружная семья фронтовиков.

Наступило время возвращаться нам на базу. В ленинской комнате остался только командный состав. Куников знакомил нас с боевой обстановкой. Враг стремился любой ценой прорваться к Ростову. Перед отрядами моряков и партизан поставлена общая задача — усилить разведку, быть готовыми к новым активным действиям.

Перед расставанием Цезарь Львович распорядился подкрепить партизан боеприпасами. Мы отправились в отряд в бодром настроении, с мыслями о предстоящей борьбе с ненавистным врагом.

Ростовская операция

Глубокая осень 1941 года… После четырехнедельных боев на подступах к Ростову-на-Дону, где захватчики оставили более двухсот танков, 19 ноября они все-таки прорвались на северную окраину города, попытались захватить переправу через Дон в районе Аксая — не удалось. Тогда они направили удар в центр Ростова. Наши войска отошли на левый берег.

В городе, окутанном дымом пожаров, гитлеровцы грабили, убивали, насиловали. «Кровавой неделей» назвали эти дни ростовчане.

Из Ростова гитлеровское командование намеревалось осуществить поход на юг, завладеть нефтью Майкопа и Грозного, пробиться к Баку. Однако командование советских войск заблаговременно подготовилось к контрнаступлению. На дальних подступах к Ростову формировались и готовились к наступлению хорошо оснащенные соединения и части, которые затем были подтянуты к линии фронта и перешли в наступление.

Советские войска, приблизившись к рубежам у реки Тузлова, создали угрозу флангу и тылу немецких войск, захвативших Ростов. Главная сила врага — 1-я танковая армия перешла к обороне.

В это время моряки и партизаны разведывали силы противника, днем и ночью занимались боевой подготовкой. С нетерпением ждали приказа вступить в бой.

25 ноября командира отряда и меня пригласили в штаб к Куникову по срочному делу. Отправились мы ночью. Наш путь пролегал больше по займищу. В беззвездном небе гудели самолеты. Со стороны Ростова не смолкала артиллерийская канонада. С берега, занятого врагам, в направлении плавней время от времени взлетали ракеты. Они освещали темное небо, ледяную гладь Дона, протоков и ериков.

Моряки встретили нас, по обыкновению, радушно. Куников подробно рассказал о боевой обстановке на нашем участке фронта. По сведениям разведки железнодорожный мост у станции Синявка, взорванный партизанами, восстановлен. Станция по-прежнему имела большое значение для врага. Из Таганрога сюда прибывали эшелоны с военным снаряжением. После внезапного нападения партизан и моряков станция усиленно охранялась. Камышитовый завод противник превратил в главный опорный пункт обороны.

Куниковцам и партизанам поручалось нанести удар по оборонявшимся фашистским частям с фланга в районе Синявки. Одновременно с контрнаступлением советских войск на Ростовском участке фронта морякам предстояло разгромить ту часть гарнизона, которая охраняла станцию, подорвать железнодорожное полотно в направлении Таганрога, чтобы гитлеровцы не смогли увезти эшелоны с боевой техникой. Партизаны должны были наносить фашистам удар с фланга, с западной стороны села в районе камышитового завода, и оседлать дорогу из Ростова на Таганрог.

Со станции, расположенной на возвышенном месте, хорошо просматривались и простреливались донские займища. Все подходы к ней, по данным разведки, враг заминировал. Лед на реке еще не окреп.

Начальник штаба развернул карту и рядом положил карту-схему, составленную разведчиками-партизанами. Он быстро перенес на свою карту сведения о вражеских огневых точках и минных полях, расположенных вдоль железной дороги. Особо выделил маршрут движения через два с лишним десятка гирл и ериков, предложенный нами.

Главным подходом к станции являлось русло Мертвого Донца. Мы с Рыбальченко предупредили моряков, что лед на реке замерзает плохо, даже в сильные морозы кое-где остаются полыньи. Причина тому — подпочвенные теплые родники. Куников попросил выделить в отряд людей, хорошо знающих каверзные места.

Наконец решены все вопросы, связанные с предстоящей боевой, операцией. Цезарь Львович предложил посмотреть, как в отряде готовятся к нападению на синявский гарнизон.

Невдалеке от штаба в наскоро приспособленной мастерской кипела напряженная работа. Моряки сняли с боевых катеров вооружение и установили его на рыбачьих санях. Куников сам разработал удобные крепления для пулеметов, минометов и руководил установкой оружия.

— Вот бы приспособить к саням еще и пушку, — предложил кто-то.

— А ведь это мысль, — подхватил Цезарь. Львович. — Жаль времени в обрез, а то бы можно испытать наши малокалиберные пушки.

Начинало светать. Командиры приступили к занятиям. По глубокому снегу, в маскировочных халатах, матросы рассыпались в цепь, повели наступление. Они готовились к боевым действиям на льду и на суше днем и ночью, в любую погоду.