Марлена Зимна - Высоцкий, которого мы потеряли…

Из всех гостей, собравшихся в квартире Ежи Гофмана, Яцек лучше всего запомнил режиссёра Ежи Грузу и его молодую, очень красивую, жену. Но не меньший интерес будущего поэта вызвал полковник Войска польского, который по его словам весь концерт просидел у ног В. Высоцкого и постоянно приговаривал: "Володя, они Вас не понимают! Но я Вас очень хорошо понимаю!" Этим весьма оригинальным полковником был Збигнев Залуски (Zbigniew Zaluski /1926-1978/ — польский прозаик, публицист, сценарист, политик).

Когда в 1994-м году я впервые встретилась с Яцеком Качмарским в квартире моей подруги журналистки Польского радио Гражиньг Прэдэр (Grazyna Preder — автор книги-интервью с Яцеком Качмарским "Прощание с бардом" /"Pozegnanie barda"/), работавшей тогда над книгой-интервью с Яцеком, меня очень смутил мой издатель, которого я пригласила на встречу с Яцеком, заявивший, что в рамках презентации книги моих переводов произведении Владимира Высоцкого Яцек мог бы исполнить некоторые из них под гитару. Зардевшись, я тут же заметила, что Яцек знаменит своими совершенно гениальными вольными переводами произведении В. Высоцкого и нет совершенно никакой необходимости, чтобы он обращался к чужим переводам. Но удивительно скромный Яцек заметил: "Нет, что ты, что ты, почему же. Я бы мог спеть, конечно". Когда мы прощались на улице, под вечерним звёздным небом, я сама совершила бестактность, заметив, что мне было чрезвычайно приятно иметь дело с живым классиком. Мне показалось, что Яцек воспринял мои слова, как "с ещё живым классиком" и, вероятно, ему в свою очередь показалось, что я тороплю его в мир иной. Впрочем, он только скромно заметил: "Ой, не говори такие слова, пожалуйста".

Тогда ещё ничто не предвещало безвременной кончины Яцека. Ничто не предвещало её и в июле 2000-го года, когда наш музей организовал в Кошалине концерт с участием звёзд польской сцены, эстрады и экрана "Звёзды Высоцкому" ("Gwiazdy Wysockiemu"), приуроченный к двадцатой годовщине смерти поэта. Яцек жил тогда в Австралии. Мы пригласили его на концерт и попросили исполнить его вольный перевод "Охоты на волков" и "Эпитафию Владимиру Высоцкому". Когда я позвонила в Австралию и из-за меня Яцеку пришлось просидеть у телефона чуть ли не целый час, так как я очень долго возилась с записной книжкой, в которой никак не могла найти номер факса (мне нужно было срочно продиктовать его Яцеку), я изо всех сил извинялась за то, что наш разговор так невероятно затянулся. Яцек остроумно заметил: "Нет проблем. Мы же говорим за твой счет". На концерт поэт прилетел в прекрасной форме. Вздохнул с философской улыбкой, увидев длинноногую девушку из группы молодых певцов, по просьбе нашего музея сопровождавших гостей во время их пребывания в Кошалине. Каждый из гостей имел своего "ангела-хранителя", Яцеку досталась именно длинноногая и стройная молоденькая певица. Он окинул её взором с головы до ног и вздохнул при виде такой удивительной и невинной красоты. Впрочем, это был всего лишь невинный вздох. На самом деле у Яцека был тогда совсем другой ангел-хранитель — Алиция Дэльгас — любовь и муза поэта (Aliqa Delgas — ныне председатель Фонда им. Яцека Качмарского /Fundaqa im. Jacka Kaczmarskiego/).

Когда за кулисами артисты ели жареных цыплят, Яцек напомнил мне наш разговор шестилетней давности. Он отказался от очередной куриной ножки, заметив: "Помнишь, что я тебе сказал, когда мы первый раз встретились в Кошалине? Точнее, что сказал Владимир Высоцкий в Варшаве? Я-то его только процитировал". Ещё бы. Я прекрасно запомнила, как в 1994-м году, в квартире Гражины Прэдэр, съев пирожное, Яцек отказался от других сладостей и сказал: "Я хорошо запомнил, что сказал Владимир Высоцкий в квартире Ежи Гофмана, когда его угощали сладким. Он сказал, что бард не может быть толстым".

Тогда же Яцек вспомнил свою французскую знакомую, в особняке которой он ночевал вместе с супругой. Впрочем, спал тогда только Яцек, его жена не могла заснуть и отчасти виной тому оказался… Владимир Высоцкий. И не он один, а целое созвездие великих русских поэтов. "Эта женщина обожала руи кую поэзию, — вспоминал Яцек — в её доме везде висели портреты поэтов, в гостиной, в библиотеке, в спальне. А судьба русских поэтов зачастую была трагической, вот и висели на этих стенах гении, безвременно ушедшие из жизни, погибшие, наложившие на себя руки, убитые. Мандельштам, Гумилев, Маяковский, Есенин, Высоцкий, Галич, Цветаева. Они смотрели на нас отовсюду и под их пронзительным взглядом моя жена чувствовала себя как под дулом пистолета. Она жаловалась: "Ты знаешь, я не могу заснуть, когда они та-а-ак на меня смотрят…" В их взгляде ей виделось предвестье какой-то беды…"

Беда пришла к Яцеку в 2002-м году. Он тяжело заболел и больше не мог петь. Диагноз был страшным, особенно для поющего поэта. Рак гортани. Началась борьба за жизнь поэта. Друзья и близкие собирали деньги на операцию в клинике в Австрии. Выпускались диски (в том числе с песнями Владимира Высоцкого в вольном переводе Яцека Качмарского), прибыль от продажи которых давала надежду на то, что необходимые средства удастся собрать. Но борьбу с болезнью выиграть не удалось. Яцек Качмарски скончался 10-го апреля 2004 года в возрасте 47 лет.

От любви к… плагиату

Большой интерес и любовь к творчеству Владимира Высоцкого, проявляемые моими соотечественниками, обернулись в 1979 году совершенно неожиданным использованием произведений поэта. Впрочем, если избегать эвфемизмов, придётся говорить не о нетрадиционном использовании поэзии Владимира Высоцкого в польской литературе, а о самом настоящем плагиате. Плагиате, который, между прочим, был довольно быстро раскрыт.

Плагиат, как уже было сказано выше, имел место при жизни поэта, в 1979-м году. Увы, Владимиру Семёновичу не суждено было о нём узнать, так как написанный в 1979-м году рассказ, автор которого плагиатировал несколько песен Владимира Высоцкого, был опубликован в 1982 году.

Плагиатом являлось, кстати, уже его название — "Антисказка".

Рассказ был включён в том научно-фантастической литературы "Встреча в пространстве V. Антология молодых' 79" ("Spotkanie w przestworzach 1: Antologia mlodych' 79", Krajowa Agenqa Wydawnicza, Warszawa, 1982, 320 стр.). Книга была опубликована очень большим тиражом — 100.000 экз. Она должна была выйти в 1980-м году (когда написанные в 1979-м году рассказы молодых авторов научной фантастики были совсем ещё свежими), предисловие к ней было написано в январе 1980-го года, но в связи с развернувшимися в Польше событиями дело застопорилось (14-го августа началась забастовка на судоверфи имени Ленина в Гданьске, к концу августа волна забастовок охватила 28 из 49 областей /воеводств/ Польши, 13-го декабря 1981 года на территории Польши было введено военное положение) и сборник вышел в свет лишь в 1982-м году. В нём были опубликованы 24 рассказа 14 авторов. Одним из них был рассказ "Антисказка" ("Antybajka"). Его автор — Збигнев Дворак (Zbigniew Dworak, точнее, Tadeusz Zbigniew Dworak /1942-2013/ — польский учёный, астроном, физик, писатель, автор популярных научно-фантастических рассказов, его произведения переведены на эсперанто и на венгерский язык) не был дебютантом. К этому времени он был уже автором трёх книг. Его рассказ "Антисказка", опубликованный в книге "Встреча в пространстве 1: Антология молодых' 79", удостоился очень положительной рецензии в популярном еженедельнике "Odgtosy" (еженедельник "Odgtosy" /Lodz/ издавался с 1958-го по 1990-й гг., его тираж колебался в разные годы от 20.000 до 100.000 экз.). Но реакция на столь положительное восприятие откровенного плагиата не заставила себя долго ждать.