Анатолий Терещенко - Тайны серебряного века

Ознакомительный фрагмент

Вот интересные цифры.

Уровень промышленного производства сократился в 5 раз. Станочный парк и разного вида оборудование на заводах и фабриках давно не обновлялись. Дошло до того, что металлургическая промышленность давала стране металла столько, сколько его выплавляли при царе Петре Великом. Сельское производство сократилось на 40 процентов.

И все же большевистская власть выстояла, — народ ей поверил, особенно крестьяне, с появлением права селян на землю.

В конечном счете были и итоги, которые большевики записали в свой актив. Это разгром всех антисоветских, антибольшевистских сил, поражение войсковых формирований Белой армии и войск интервентов.

Сохранение, в том числе и силой оружия, значительной части территории бывшей Российской империи (могли потерять еще больше. — Авт.), подавление попыток ряда национальных регионов отделиться от Республики Советов.

Свержение национальных правительств на Украине, в Белоруссии и Молдавии, на Северном Кавказе, в Закавказье (Грузия, Армения, Азербайджан. — Авт.), в Средней Азии, а затем в Сибири и на Дальнем Востоке, установление там советской власти. Это фактически заложило основы созданного в 1922 году федеративного государства под громким названием — СССР, вскоре, если рассуждать историческими масштабами, через пару десятилетий ставшего сверхдержавой.

Победа в Гражданской войне создавала геополитические, социальные и идейно-политические условия для дальнейшего укрепления большевистского режима. Она означала победу коммунистической идеологии, диктатуры пролетариата, государственной формы собственности и смела те тенденции, которые вели Россию в сторону западного пути развития.

Колчаковцы

Верховный правитель России адмирал Александр Васильевич Колчак являлся незаурядной личностью: ученый, участник ряда полярных экспедиций, Русско-японской войны, обороны Порт-Артура, командир минной дивизии Балтийского флота, командующий Черноморским флотом, автор целого ряда научных статей и работ. И вот этого интересного человека потянуло в политику — он стал руководителем Белого движения как в общероссийском масштабе, так и непосредственно на востоке России.

После Февраля 1917 года и бунта моряков в Севастополе Колчак был вызван на доклад в Петроград Временным правительством. Адмирал четко обрисовал обстановку, обозначил причины происшедших событий с хаосом на флоте и нелицеприятно заявил, что непродуманная политика правительства привела к разложению флота.

Как ни странно, комиссия признала правильность многих его обобщений и призвала его вернуться к руководству флотом. Адмирал категорически отказался.

В Зимнем дворце 17 июня состоялась встреча А. В. Колчака с пригласившим его американским адмиралом Дж. Г. Гленноном. Колчаку было предложено принять участие в Дарданелльской операции американского флота. Он дал принципиальное согласие. План являлся секретным, и официально русский адмирал ехал как специалист по минному делу и борьбе с подводными лодками.

Отправить Колчака в США выгодно было в первую очередь Керенскому, видевшему в его лице своего соперника в борьбе за власть.

Но, прибыв в Вашингтон, он понял, что никакой операции в проливе Дарданеллы американцами не планируется. В одном из своих писем 12 октября 1917 года он напишет:

«Мое пребывание в Америке есть форма политической ссылки и вряд ли мое появление в России будет приятно некоторым лицам из состава настоящего правительства».

Конечно же он имел в виду Керенского и Львова. Потом череда перемещений: Россия — Петроград, Англия — Лондон, снова США — Вашингтон, Япония — Йокогама, Китай — Шанхай, Харбин, Пекин… Именно в Японии он узнал о свержении Временного правительства и захвате власти большевиками. В его душе поднялась буря негодования. Одни и те же мысли то и дело ходили по кругу:

«Быть русским, быть соотечественником Керенского, Ленина… Целый мир смотрит именно так: ведь Иуда Искариот на целые столетия символизировал евреев, а какую коллекцию подобных индивидуумов дала наша демократия, наш «народ-богоносец»…

Я оставил Америку накануне большевистского переворота и прибыл в Японию, где узнал об образовавшемся правительстве Ленина и о подготовке к Брестскому миру. Ни большевистского правительства, ни Брестского мира я признать не мог, но, как адмирал русского флота, я считал для себя сохраняющим всю силу наше союзное обязательство в отношении Германии. Единственная форма, в которой я мог продолжать свое служение Родине, оказавшейся в руках германских агентов и предателей, было участие в войне с Германией на стороне наших союзников. С этой целью я обратился через английского посла в Токио к английскому правительству с просьбой принять меня на службу, дабы я мог участвовать в войне и тем самым выполнить долг перед Родиной и союзниками».

Комментарии, как говорится излишни.

На службе у англичан Колчак получил назначение на Месопотамский флот. Однако политический вихрь так закрутил самолюбивого, с диктаторскими наклонностями адмирала, что он скоро оказался в Омске, где встретился с бывшим депутатом Думы, представителем Московского Национального центра, кадетом В. Н. Пепеляевым, который предложил ему пост военного и морского министра России. С этого трамплина он прыгнул на пьедестал правителя России.

В марте 1919 года войска Сибирской и Западной армий белогвардейцев развернули генеральное наступление в направлении на Самару и Казань. В апреле заняли весь Урал и приблизились к Волге. Однако получился облом. Вместо того чтобы идти на соединение с войсками Миллера на севере и Деникина на юге, наступление проходило по концентрически расходящимся направлениям.

Все трое «полководцев» остались внакладе. Каждый мнил себя главным спасителем России. Получилась затея по известной басне Крылова «Лебедь, рак и щука». Каждый тянул политическое одеяло на себя.

Части армий, подконтрольных Колчаку в Сибири, проводили жесточайшие карательные операции против большевиков и им сочувствующим из числа местного населения через казни.

Красные партизанские отряды не давали покоя колчаковцам.

А вот что касается крестьянства Сибири, оно не желало воевать. Не хотело идти ни в Красную, ни в Белую армии. Избегая мобилизаций, местные жители бежали в леса, организуя «зеленые» шайки. В ответ белые сжигали дома и целые села, вешали и расстреливали местных жителей.

Так, в Кустанае в апреле 1919 года белые за один день расстреляли около 700 человек. Усмирителям восстания Колчак адресовал такой приказ: