Федор Архипенко - Записки лётчика-истребителя

Перед наступлением по всему фронту в направлении на Воронеж немецкая авиация начала наносить удары по переднему краю нашей обороны. При этом немецкими истребителями блокировались советские аэродромы, в том числе и наш. Чаще прилетали три пары асов — появлялись они над аэродромом как по расписанию — в шесть утра и в полдень, а в это время немецкие бомбардировщики беспрепятственно бомбили наш передний край.

Мы же ничем не могли помочь: у нас к тому времени оставалось всего 5–6 исправных самолетов и 8 — 10 летчиков.

Помню, мы предупредили командование вновь прибывшего полка о визитах асов, но они не придали внимания нашим словам, примерно в 17.30 подняли четверку Як-1 и те начали барражировать на малой скорости и высоте около 1000 метров парадным строем, прямо над аэродромом. Ровно в 18.00 появилась шестерка истребителей Me-109. Один отваливает, делает маневр, заходит в хвост последнему из «яков», сбивает один, второй, третий самолет. Четвертый как-то вывернулся из-под удара, начали еще взлетать «яки» и на взлете была сбита еще пара Як-1.

Мы очень переживали потери вновь прилетевших летчиков. Но, увы! Это был один из примеров тактически неграмотного использования неплохих наших истребителей Як-1 и досадных потерь летчиков.

В мае — июне 1942 года генералом Красовским начала формироваться 2-я воздушная армия (ВА). Нашему 17-му авиаполку было приказано перелететь на аэродром Чернава, что возле города Ливны.

Часть летчиков улетела на боевых ЛаГГ-3, часть на У-2, а я остался на аэродроме, с расчетом что за мной вернется самолет. Вместе со мной оставался старший инженер полка майор инженерной службы Гребенников Николай Иванович впоследствии генерал — полковник инженерных войск.

К моему счастью, на аэродроме оставался самолет УТ-1 и я предложил Николаю Ивановичу: — «Давайте я улечу на аэродром под Елец (Чернаву)». Он поначалу не соглашался — разобьешься, ты ж никогда на нем не летал, но я соврал, сказав, что еще курсантом летал в Одессе на УТ-1, тогда как я летал в Одессе только на УТ-2 (двухместном).

Сел в самолет, присмотрелся к приборам, попробовал рули, самолет как самолет, решил — справлюсь. Парашюта не было, на сиденье уложили какие-то чехлы вместо парашюта, являющегося на тех машинах и сиденьем для летчика, с помощью главного инженера я запустил мотор — работает устойчиво. Ну, чему быть — того не миновать, дал команду убрать колодки и прямо со стоянки пошел на взлет. Взлетел и, памятуя, что машина УТ-1 очень «строгая», плавно развернулся и взял курс на север на аэродром Чернава.

Скоро нашел аэродром, рискованно пошел на посадку, подвел машину к земле на малом газу и, когда создал посадочное положение самолету, убрал газ, он мягко коснулся колесами земли. Когда зарулил, то все удивились — ты откуда свалился? Сел я с бреющего на окраине аэродрома и никто даже не заметил, как я приземлился.

На аэродроме оказался еще один самолет УТ-1 и командир полка подполковник Сапрыкин дал команду заправить обе машины и срочно лететь на аэродром Хоботово, что севернее города Мичуринска. Кого-то посадили во второй УТ-1, кажется, капитана Новикова А. И., и мы полетели в Мичуринск с тем, чтобы забрать там отремонтированные «лагги». Только взлетели, подошли к Дону, откуда-то появились два немецких истребителя и давай за нами гоняться. Спас нас тогда только высокий правый берег Дона, летели мы над самой водой и им было неудобно обстреливать нас. Когда истребители противника нас бросили, мы продолжили свой путь в Мичуринск, где нашли аэродром Хоботово. Там я облетал несколько самолетов, подобрал себе машину и улетел на запад в Чернаву.

С этого аэродрома я выполнял разные задачи, в основном на прикрытие бомбардировщиков и штурмовиков.

Нашему полку повезло, когда прибыл во 2 ВА толковый и смелый летающий командир — подполковник Евгений Савицкий, который начал формировать 205-ю иад, куда вошли 17-й иап, 508-й иап и впоследствии 438-й иап на английских «Харрикейнах». Вот бы тогда в авиацию побольше таких командиров и дела бы в воздухе шли отлично! Били бы мы тогда свору немецкую по всем правилам воинского искусства, тем самым помогая нашим наземным войскам.

Считаю, что и впоследствии личному составу 205-й иад тоже повезло, когда она вошла во 2 ВА Красовского, тоже талантливого генерала, требовательного и хорошего организатора, знакомого мне еще по Ростову.

Интересный случай произошел однажды, когда мы вылетели шестеркой на прикрытие Су-2, которые должны были нанести бомбовый удар по станции Курск.

Подлетая к городу Ливны вижу, как у моей машины из — под капота начали вылетать детали. Думаю: — «Что случилось?» Тут мотор перестал работать, винт не вращается. Я сразу пошел на вынужденную посадку. Это представить сейчас невозможно, но сел я прямо на рулежную бетонированную полосу аэродрома в Ливнах.

Когда я вылез из самолета и посмотрел на вздыбленный капот, то ужаснулся: редуктор мотора рассыпался в воздухе и его части разлетелись; потрогал винт за лопасти — винт упал, хорошо, что я стоял сбоку, а то мог при падении меня прихлопнуть. На аэродроме никого не было: немцы были уже километрах в 5 — 10. Мне опять повезло, подошли сразу две девушки из поста ВНОС. Они, оказывается, уже успели доложить в дивизию — Савицкому, что летчик жив, самолет цел, но без винта. Савицкий вызвал меня к телефону и я ему о случившемся доложил более подробно. На аэродроме были остатки батальона аэродромного обслуживания, мне выделили автомашину, поставили хвост самолета в кузов, закрепили и повез я свой истребитель на аэродром Чернава. Возле самого аэродрома меня, правда, перехватили и отправили уже в Липецк, на замену мотора. А спустя несколько дней поступил приказ перелететь в район Задонска, т. к. немцы уже подходили к Чернаве.

К перелету были готовы всего шесть самолетов. Авиационных техников и другой персонал было решено перевезти на самолете Ли-2. Взлетели, пристроились к Ли-2. На подходе к Задонску встретили группу немецких бомбардировщиков и истребителей, завязался воздушный бой.

Как мы ни пытались оградить Ли-2 от вражеских атак, все же один Me-109 прорвался к нему и дал очередь. Приземлился транспортник благополучно, и один из наших летчиков, Виктор Утенков, тоже произвел посадку вместе с ним. Из-за нехватки летчиков командир дивизии Е. Савицкий тоже участвовал в этом перелете и Me-109 угодил в его «лагг» так, что разбил лобовое стекло фонаря, и ему пришлось вернуться в Чернаву. Оставшись в воздухе наши 4 самолета встали в круг, и какое-то время мы были в замешательстве: не знали, что делать. Тут я вспомнил про липецкий аэродром, покачал самолет с крыла на крыло, они пристроились ко мне и так долетели мы до аэродрома «Б» в Липецке, где все сели с пустыми баками; на планировании у 2-х летчиков остановились в воздухе моторы.