Тамерлан - Книга побед. Чудеса судьбы истории Тимура

Этот смотр Тамерлана, сделанный так кстати и после тридцатилетних побед его, доказывает умение его пользоваться случаем, чтобы действовать на людей.

Между тем передовые разъезды донесли Тамерлану, что дорога к Токату шла лесами, что проходы через них очень узки, что турецкие войска появились в окрестностях этого города в значительных силах и что все переправы через р. Кизил-Ирмак заняты ими. Тамерлан, зная, что главные силы Баязида состояли из пехоты, между тем как у него они состояли из конницы, решил не открывать военных действий на такой местности, где он имел явные невыгоды.

Притом, желая отрезать Баязиду сообщения с Египтом, Сирией и Багдадом и выманить его на открытые равнины, а также желая перейти через р. Кизил-Ирмак в более удобном месте, которое не было бы охраняемо турецкими войсками, он двинулся к городу Кесарии, куда и прибыл в 6 дней. Собрав здесь большие запасы продовольствия, для выдачи войскам рационов, он направился к крепости Ангоре. Через четыре дня он прибыл к г. Киршегру, сделав в это время 120 верст.

Здесь, узнав, что пылкий Баязид с армиею своею идет к нему навстречу, осторожный Тамерлан, по обыкновению, приказал принять надлежащие меры от внезапных нападений; для получения же более точных и подробных сведений о намерениях и направлении неприятеля он послал 1000 наездников для захвата пленных и для наблюдения за движениями Баязида.

В то же время он созвал военный совет и по совещании объявил, что «для действий против неприятеля есть два мнения: одно – чтобы остаться на месте и дать войскам отдых и время оправиться от продолжительных трудов и постоянных переходов; другое – чтобы броситься в средину неприятельской земли, опустошать ее, лишать войска Баязида средств к продовольствованию, изнурять их частыми нападениями небольших отрядов, а между тем, отступая главными силами, заставить Баязида поспешно преследовать нас и тем утомлять его войска, и так как наша армия сильна в коннице, а его состоит большею частью из пехоты, то в войне такого рода мы всегда будем иметь перевес и можем уничтожить его войска одними действиями малой войны, не вступая в решительную битву».

Тамерлан отдал преимущество последнему мнению. Этот план ясно показывает, что татарский Аннибал, подобно карфагенскому, основывал свои расчеты и на свойствах противника, что он хорошо понял Баязида и не опасался найти в нем Фабия, знал, что может рассчитывать на запальчивость Баязида, который не будет в состоянии долго выдержать такого рода войны и неминуемо вовлечется в ошибки и даст сражение в таком месте, в котором конница Тамерлана будет иметь решительное превосходство над пехотой Баязида.

Впрочем, едва ли здесь могла пособить Баязиду и система Фабия, употребленная последним против Аннибала: избегать решительной битвы, занимать высоты, неприступные для конницы, окружать неприятеля двумя или тремя армиями, чтобы лишать его способов продовольствования и проч., потому что Тамерлан, имея значительное превосходство в силах, предварительно успел овладеть важнейшими пунктами, отрядить части сил для занятия и охранения вод и продовольственных запасов и всегда сам находил выгоду действовать подобным же образом против Баязида, с намерением выманить его на равнины.

Неистощимый в военных средствах и основательный в соображениях гений Тамерлана хорошо понял, что Баязиду весьма трудно будет продовольствовать многочисленную армию, составленную преимущественно из пехоты, которую Тамерлан намерен был везде окружать и беспокоить своей конницей; что принятым им способом войны он скоро истощит продовольственные запасы своего противника, частыми успехами ослабит его, лишит бодрости и заставит искать спасения в отступлении, во время которого, преследуя его стремительно, Тамерлану представится случай напасть с выгодой и одержать верх.

Чтобы достигнуть своей цели и стать на пути сообщения турецкой армии с Бруссой, столицей Баязида, Тамерлан двинулся к крепости Ангоре. Имея превосходную конницу, двигаясь открытою и довольно ровною местностью, простиравшейся от Малатии к Ангоре, Киютайе, Иконии, он мало рисковал, покидая свой путь сообщения, а между тем движением к Ангоре ставил своего противника в опасное положение.

Движение это он исполнил весьма искусно: чтобы совершить его быстро и чтобы армия его во время похода не нуждалась в воде, он предварительно послал конный отряд по избранному направлению к Ангоре, придав ему часть пехоты, для вырытия колодцев на тех местах, где по предположению надо было поить лошадей и где в воде был недостаток. Когда таким образом средства к беспрепятственному следованию были приготовлены, Тамерлан, оставив часть войска в занимаемом им лагере, чтобы этим лучше скрыть предпринятое им движение с главными силами, быстро двинулся к Ангоре, пройдя в 3 дня около 150 верст, – быстрота, судя по многочисленности его армии, необыкновенная!

Это – прыжки тигра, завидевшего свою добычу. По прибытии к Ангоре Тамерлан на другой день приступил к осаде ее, отвел воду из ручья, протекавшего через крепость, начал подкапывать стену и делать приготовления к штурму крепости.

Во время осадных работ ему донесли, что Баязид приближается, в намерении атаковать его с тыла. Хитрый Тамерлан, по-видимому, только этого и ждал. Имея превосходство в силах, ему нечего было опасаться сражения; надлежало только дать его на выгодной для него местности. Здесь, в случае неудачи, конница его могла отступить без большой потери и, маневрируя, выиграть вновь, если бы понадобилось, свою операционную линию; в случае же победы войска неприятеля неизбежно должны были погибнуть.

Не известно положительно, пришлось ли Тамерлану вести против Баязида малую войну, как он предполагал; но, вероятно, он заметил истощение сил Баязида, так что решился дать сражение.

Сняв немедленно осаду и сделав небольшой переход, Тамерлан остановился лагерем, имея небольшой ручей в тылу. Место его позиции неизвестно, но судя по тому, что после поражения из войск Баязида немногие спаслись бегством, надобно полагать, что Тамерлан заслонил от них и крепость Ангору, и путь отступления к Бруссе по гористой и лесистой дороге.

Бой начался нападением авангарда правого крыла Тамерлановой армии на левое крыло турецкой армии; но стоявшие здесь сербы мужественно отразили удар, и среднеазиатские войска были отброшены с большим уроном. Но в то же время нападение левого авангарда Тамерлановой армии имело большой успех. Правое крыло Баязидовой армии состояло из татар и других союзников турок, недовольных Баязидом; татары, увидев в Тамерлановой армии своих единоверцев, а некоторые и прежних своих начальников и подготовленные лазутчиками, перешли на сторону Тамерлана, а вместе с тем увлекли и часть других союзников турок; к довершению несчастия, начальник правого крыла турецкой армии Перислав был убит.