Роберт Иванов - Генерал в Белом доме

Из 62 млн американцев, участвовавших в 1956 г. в голосовании, за Эйзенхауэра проголосовали 35,5 млн человек, т. е. более 57% участвовавших в голосовании. За кандидата демократов Стивенсона – соответственно, 26 млн (42%) голосов. Соотношение сил в конгрессе фактически не изменилось. В сенате и республиканцы, и демократы полностью сохранили свои позиции. За республиканцами осталось 47 мест, за демократами – 49. В палате представителей республиканцы вместо 203 мест получили 201, демократы увеличили число занимаемых ими мест с 232 до 234. Значительно ослабли позиции республиканцев в местных органах власти.

Президентская кампания 1956 г. еще раз убедительно показала падение интереса избирателей к внешне эффектной, но бессодержательной избирательной дуэли двух партий. Из 104 млн избирателей в голосовании участвовали только 62 млн человек.

Каждая новая избирательная кампания вела к дальнейшему ослаблению позиций республиканцев в конгрессе. Эйзенхауэру пришлось констатировать: «Я оказался первым президентом в истории США, который вынужден был три раза подряд иметь дело с конгрессом, большинство в обеих палатах которого имела оппозиция».

Во время выборов 1956 г. республиканцы несколько укрепили свои позиции среди рабочих, но потеряли очень много голосов среди фермерства. Это явилось следствием тех больших трудностей, с которыми сталкивалась эта социальная группа в 50-х гг.

Уолтер Липпман писал о результатах избирательной кампании: «Корреспонденты, комментаторы и эксперты по изучению общественного мнения были в основном правы, проводя различие между Эйзенхауэром и его партией. Он получил колоссальный вотум доверия. Республиканская партия его не получила»[970].

Эйзенхауэр пользовался очень большим авторитетом у избирателей, и достигнутые им успехи в избирательных кампаниях 1952 и 1956 гг. были его личным достижением, а не успехом республиканской партии. И тем не менее он исключительно внимательно относился к конгрессу. Еженедельно составлявшийся для президента график встреч свидетельствовал о том, что «Эйзенхауэр часто и по обычным вопросам встречался с республиканскими и демократическими лидерами конгресса и активно участвовал в его работе». Придя в Белый дом, он с подчеркнутым вниманием относился не только к лидерам, но и к рядовым членам конгресса. Членов конгресса было 531. Все они небольшими группами побывали на приемах у президента в Белом доме. «Для большинства конгрессменов эти неформальные трапезы были первыми в их жизни встречами с президентом Соединенных Штатов за обеденным столом»[971].

Внимание, с которым президент относился к членам конгресса, играло немаловажную роль в том, что у Эйзенхауэра сложились хорошие рабочие отношения с высшим законодательным органом страны. Установить такое взаимопонимание было нелегким делом, тем более что только в первом после избирательной кампании 1952 г. конгрессе республиканцы имели незначительное большинство. Все последующие конгрессы были оппозиционными по отношению к президенту-республиканцу.

Эйзенхауэру удалось установить рекорд, достойный книги Гиннесса: за восемь лет своего президентства он 181 раз накладывал вето на законопроекты, принятые конгрессом. И всего два раза его вето было преодолено[972]. Постоянные консультации президента Эйзенхауэра с лидерами конгресса, особенно с оппозиционными руководителями высшего законодательного органа страны, – показательны. Политическая история всех стран свидетельствует о том, что взаимодействие между исполнительной и законодательной властью – надежнейшая гарантия успешного функционирования всей государственной машины.

Характерны примеры и прямо противоположного характера. Если бросить ретроспективный взгляд на политическую историю России после расчленения Советского Союза, то трудно припомнить, когда и по какому случаю президент России удостоил Государственную думу своим визитом. Более того, нередко со стороны главы исполнительной власти раздаются угрозы «врезать» Государственной думе, которая, по мнению президента, «ноль» и не способна выполнять свои функции.

Можно по-разному оценивать политическую историю России, но бесспорно, что отсутствие взаимопонимания между исполнительной и законодательной ветвями власти является одной из важных причин пробуксовки реформ и хронической политической нестабильности в государстве.

После победы Эйзенхауэра на выборах 1956 г. пресса отмечала, что Эйзенхауэр по состоянию здоровья и в силу своих личных склонностей не очень себя утруждает на поприще государственной деятельности. Спустя почти год после его второй инаугурации «Нью-Йорк таймс» сообщила, что из 1777 дней пребывания на посту президента Эйзенхауэр провел 683 дня, т. е. более полутора лет, на отдыхе, в отпуске или оправляясь от болезни[973]. Известный американский историк Т. А. Бейли заявлял: «Белый дом не является или не должен являться больницей, лечебницей или домом для престарелых ветеранов войны»[974].

С такой характеристикой трудно согласиться. Эйзенхауэр не относился к числу тех заурядных личностей, пребывание которых даже на самом высоком государственном посту не оставляет сколько-нибудь заметного следа в истории страны.

Эйзенхауэр всегда стремился лично участвовать в принятии решений по важнейшим государственным проблемам. Он значительно расширил и реорганизовал Национальный совет безопасности. «И даже более важно то, что Эйзенхауэр активно участвовал в дебатах, происходивших в Совете. В резком контрасте с Трумэном, который обычно воздерживался от работы в нем, Эйзенхауэр во время своего президентства участвовал в 90% заседаний Национального совета безопасности. Всего заседаний Совета было 366»[975]. А именно в этом Совете решались важнейшие проблемы внешней и внутренней политики страны.

И трудно согласиться с теми авторами, которые считают, что Эйзенхауэр рассматривал Белый дом, как синекуру и не слишком утруждал себя при исполнении многотрудных обязанностей президента страны.

Отмечая положительные моменты в биографии президента, необходимо сказать, что в его актив как военного и государственного деятеля надо зачислить то, что Эйзенхауэр сыграл важную роль в годы Второй мировой войны. Это способствовало укреплению его позиций среди избирателей, особенно среди ветеранов войны. Деятельность Эйзенхауэра в годы войны во многом способствовала тому, что его имя стало хорошо известно в мире. Это давало определенные преимущества при решении ряда внешнеполитических проблем, когда он стал президентом. Эйзенхауэр обладал положительными личными качествами. Ему нельзя было отказать в честности. По сравнению с необузданной коррупцией, процветавшей в администрациях Ричарда Никсона и Рональда Рейгана, возглавлявших республиканские правительства в последующие годы, Дуайт Эйзенхауэр выглядел вполне респектабельно.