Лазарь Бронтман - Дневники 1932-1947 гг

Зашел разговор об экспедиции Папанина. Валерий опять вернулся к своей идее северного перелета.

— Через несколько дней опять пойду к нему. Прошлый раз мне показали кукиш, сейчас может тоже покажут, а может…

Днем Громов мне сказал, что «АНТ-3Г» будто вылетел. Я позвонил в Кельн — выбыли, в Берлин — выбыли. Наконец застал в Кенигсберге. Говорил с Арнольдовым, Алексеевым,[27] Чекаловым.[28] Ребята были очень рады. Довольны, что связался.

— Приходи, обязательно, на аэродром.

25 декабря

Наконец прилетели. Корзинщиков[29] рассказал между прочим, что в Кельне ночью часовые на всех лопастях машины нарисовали свастику. Комоленков плюнул на тряпку и стер.

Утром беседовал с Полиной Осипенко.[30]

26 декабря

Был на награждении жен командиров часами. Дело было в ЦДКА, за столами — жены и фрукты, за центральным столом — Ворошилов…[зачеркнуты 5 фамилий] и др.

Ворошилов их приветствовал, затем маршалы обошли столы и раздали женщинам 450 золотых часов. После начались речи жен. Одна их них сказала (жена командира северной военной флотилии), что они сделают светлой вечную темноту полярной ночи. Ворошилов засмеялся:

— Ну какая там темнота. Мне довелось жить на севере. Там где я жил всегда северное сияние светило.

Жена казачьего командира рассказывала, что они научились отлично рубать.

Закрывая речи нарком сказал:

— В искусстве владения клинком я м.б. с вами еще поспорю, ну а вот в ораторском искусстве никак… (и продолжал речь… — см. Правду от 27.12.1936)

Кончилось заседание. Группа женщин столпилась вокруг наркома. Вдруг одна жена раскидала подруг и бросилась на шею Ворошилова. Могуче обхватила и целует. Он вырывается — она крепко держит его и кладет голову то на правое, то на левое плечо. Кругом смех, одобрение. Коля Кулешов поставил стул и не торопясь успел снять пять кадров, пока нарком сумел освободиться.

Фира Аранштам[31] рассказала забавный штрих. На награждении группа московских делегаток попросила Стасову, идущую в президиум, передать наркому, что жены его очень любят. Ворошилов ответил: «Я очень тронут. Но если они молодые, то это безнадежно, если старые — то это очень лестно, но я первый сторонник и друг безопасности».

27 декабря

Днем беседовал с Члитовским.[32] Оказывается он своим электромагнитным концентратором (см. Правду от 29.12) лечит опухоли и гонореи. Он забавно рассказывает, как Серго вызвал гл. инженера ЧУМП[33] Точинского и показывая сему кусок листового чугуна спросил:

— Что это?

— Чугун, — подсказал Члитовский.

— Нет, не чугун, — отвечал Точинский.

— Чугун, — повторил Члитовский.

— Нет, не чугун!

Вечером сидел с Левкой у Байдукова. Тот рассказывал о посещении Сталина в Сочи летом этого года. Валерий напился и заставил всех. Сталин со Ждановым играли на биллиарде против Байдукова и Корейкиса.[34] Первые две партии (в американку) выиграли первые и все время «подначивали». Затем три партии выиграл Байдук. Положил он кий и говорит партнерам: «Вам еще учиться у нас надо». Сталин засмеялся.

— Играет он очень своеобразно: не целится. Держит кий на весу, затем опускает его на левую руку и в тот же миг бьет. Получается впечатление, что играет одной рукой.

[Между прочим рассказывал об игре Сталина на биллиарде недавно Ровинский. Сталин как-то играл в Абхазии с Лакобой. Лакоба хитрый мужик и решил сдипломатничать — раз не положил верного шара, второй…

Сталин опустил кий на стол, посмотрел на него внимательно и спросил:

— Ты будешь играть, или не будешь играть?

Лакоба начал спешно класть.]

Ребята просились через Северный полюс. Сталин:

— Подождите. Не терпится. Там не изучено, неизвестно.

28 декабря

Вечером был на X-летии Пролетарской дивизии. В числе других юбиляра приветствовала делегация московских рабочих от имени которых выступал инженер Зис Зотов.

Буденный подозвал меня и попросил:

— Ты обязательно напиши, что отец Зотова был у меня в Первой Конной начальником полевого штаба, а вот его сын сейчас выступает как инженер. Всего у него, заметь себе, три сына: старший — начальник цеха, средний приват-доцент, а младший — инженер. А сам Зотов — сейчас у меня помощником инструктора кавалерии РККА.

Обязательно покажи, что советская власть с людьми делает.

— 29 декабря. Сегодня появилась моя первая вещь за подписью Л.Береговой. «Печь: прокат и штамповка чугуна»

1937 год

1 января

Встречали Новый Год у Прокофьева. Было человек 20. Напились изрядно. Закончили в 8 утра.

Перед отходом:

— Георгий, так я в этом году.

— Обязательно!

Был Мехлис.

9 января

Был Шевелев Рассказывал истории вопроса с подшипником:

В начале прошлого года у Хозяина собралось несколько человек: О.Ю.,[35] К.Е.,[36] В.М.,[37] Сигизмунд[38] и Мих. Мих.[39] Речь шла о проекте Сигизмунда. Он говорил, что времени мало, нужно нажимать.

— А вы как, — спросил Хозяин М.М.[40]

Тот ответил, что сейчас поздно, телега старая.

— Ах ты сукин сын. Когда лежал в больнице — набивался, а сейчас на попятную, — рассмеялся К.Е.

Хозяин сказал, что место неизученное. О.Ю. предложил изучить, сделать рекогносцировку, готовиться. Там согласились на эти предварительные меры. Так и записали.

13 января

Вчера в «Зи»[41] появилась заметка строк на 80 о постройке четырех самолетов для северной экспедиции. Днем мне позвонил Яша Моисеев и просил не забыть, что именно он будет тренировать народ.

— Я тебе позвоню когда — приедешь, сам полетаешь.

Сегодня в «Изв.»[42] напечатан «научно-фантастический рассказ» Слепнева «десант на полюс». Вечером позвонил Водопьянов и сказал, что у него готов полемизирующий рассказ. Я приехал за ним. Прочел. Рассказ — мура. Потолковали о деле. Сильно возмущается: «Слепнев — сбоку припеку».

14 января

Я предложил дать не рассказ, а деловую статью. Сам и написал. Миша остался весьма доволен. Говорили о деле. Скоро тренировка. Старт — 15 марта.

— Одна подломается[43] почти наверняка, — говорит он.

28 января

Много воды утекло. Пару дней назад был в Томской.[44] Народ там живет грядущими рекордами. Речь только о них. Дня за два до этого встретив Кокки я ему рассказал, что за ним записан рекорд высоты на «РВ».[45] Он усмехнулся.