Александр Витковский - Поединок спецслужб. Перезагрузка отменяется

Страшными были и годы после Великой Отечественной войны, когда в СССР насчитывалось 678 тысяч детей-сирот.

А что сейчас? На рубеже первого и второго тысячелетий, по экспертным оценкам (Радио «Свобода»), на постсоветском пространстве насчитывалось около двух с половиной миллионов (!) бездомных детей и подростков. И это без масштабных войн, эпидемий, голода. По социологическим данным, на грани первого и второго десятилетий нового века на территории России прозябали около 700 тысяч беспризорников. В подавляющем большинстве—это социальные сироты, то есть дети при живых родителях. Отсюда и взлет детской преступности, которая просто зашкаливает.

Не лучше ситуация и в российских семьях. В стране от бытового насилия и по другим причинам ежегодно гибнут от полутора до пяти тысяч несовершеннолетних мальчиков и девочек. В 2011 году только в российских семьях от рук родителей (если этих ублюдков можно назвать родителями) погиб 1761 ребенок.

Насильственная смерть не оставляет в покое и молодежь. В наше время в России на каждые сто тысяч населения гибнет 16 молодых людей в возрасте от 10 до 24 лет. Это в 34 раза больше, чем в Германии! По этому страшному показателю мы занимаем первое место в мире. На втором — Албания — 11,2. Но европейское государство в этом мартирологе — скорее исключение. Ведь из полутора десятков стран-лидеров по этой жуткой статистике 13 — бывшие республики СССР, ставшие самостоятельными державами. Вот уж действительно чертова дюжина...

Но, возвращаясь к нашей теме, повторюсь еще раз: чекисты были послушными и дисциплинированными исполнителями «воли партии», ее «передовым вооруженным отрядом», выполнявшим функции и надежного щита, и карающего (увы, далеко не всегда справедливо) меча.

А о своих действительно героических делах молчали. Конспирация, знаете ли, обязывала.

Сегодня новой стране нужны новые герои, новые символы, если хотите — новые идолы и даже новомученики. Но чтобы внедрить в общественное сознание иные идеалы, стереотипы, примеры для подражания, нужно разрушить, стереть в пыль, осмеять, дискредитировать и в конце концов забыть, вычеркнуть из памяти старые... Из сознания старшего поколения их вытравить сложнее, а молодежь — чистый лист бумаги — рисуй, что хочешь. Что же касается действительно объективной истории российских спецслужб, то она еще не скоро будет написана.

— Видимо, потому, что массам, а еще больше — правящим элитам, нужна не объективная и достоверная история, которая порою выглядит страшной и нелицеприятной, а красочный лубок исторической мифологии. Он смотрится гораздо симпатичнее, ярче и привлекательнее. И все же, что нужно для создания истиной истории отечественных органов госбезопасности?

— Начнем с того, что история спецслужб — это на 90 процентов тайная история. Подавляющее большинство фактов никогда не будет известно современникам. И это закономерно. Иногда через многие годы, а то и через десятки лет достоянием гласности могут стать отдельные эпизоды тайной войны. Но такая избирательность дает широкую возможность манипулирования этими фактами, их произвольного толкования в угоду конкретным политическим, идеологическим и прочим интересам. Именно поэтому необходимо, во-первых, научиться рассматривать события прошедших лет не с точки зрения сегодняшнего дня, ангажированного, густо окрашенного различными идеологическими расцветками, штампами и клише, а с позиций историзма, понимания тех реальных условий, на фоне которых происходили эти факты.

Во-вторых, нельзя вырывать конкретное событие из исторического контекста, той системы координат, в которых оно реализовалось. Также важно знать, а были или нет альтернативные варианты, и при каких условиях они могли состояться. Значительную роль играет и фактор конкретной исторической личности. И, наконец, последнее. На мой взгляд, нужно иметь моральное право судить и уж тем более клеймить события прошлых лет, навешивать ярлыки.

ПИПЛ ВСЕ СХАВАЕТ

— Какая разница между пессимистом и оптимистом?

— Пессимист — это хорошо информированный оптимист, а оптимист — хорошо инструктированный пессимист.

— Последняя составляющая — не понял...

— Поймешь, когда перечитаешь библейскую притчу о Христе и грешнице. А у нас... Вспомни, как представители российских политических элит в псевдодемократическом угаре девяностых годов, не без идеологического подтекста, кляли голодомор, в котором повинна советская власть и ее репрессивный инструмент—органы госбезопасности. Логика проста — пипл любой бред схавает.

На исходе первого десятилетия нового века сей жупел подхватил бывший президент Украины Виктор Ющенко. Это, мол, «дает шанс строить Украину на честных и демократических началах». Хороша будет демократия, воздвигнутая на костях жертв голодомора. Жирную точку (или кляксу?) поставил апелляционный суд Киева, который «признал руководителей большевистского тоталитарного режима виноватыми в геноциде на Украине в 1932—1933 годах». Более того, трагедию преподнесли не только как геноцид, то есть результат продуманной и целенаправленной государственной политики, но и спустя 78 лет сделали разменной монетой в политическом противостоянии России и Украины.

— Что же было на самом деле?

— Фатальное стечение многих обстоятельств, как это часто бывает в истории, и непрогнозируемые побочные последствия радикальных, крайне важных и необходимых для страны экономических реформ. Речь идет о коллективизации 1929—1930 годов, когда еще не окрепшие колхозы не справлялись с планами заготовок, а середняк уже раскулачивался и ликвидировался как класс. Роковую роль сыграл и массовый, инициативно-стихийный забой крестьянами крупного рогатого скота на своих подворьях.

Другой фактор — жизненно важный для молодой республики — подъем промышленного производства и масштабные закупки импортного оборудования в интересах индустриализации страны с оплатой «зерновыми деньгами» преимущественно за счет украинских и кубанских хлебозаготовок. Иных возможностей и платежных средств в государстве, лишь десять лет назад опустошенном и разрушенном Гражданской войной, а до этого проигравшем Первую мировую бойню, просто не существовало. Собственно говоря, Россия еще со времен царя-батюшки продавала хлеб за границу, хотя сама его никогда вдоволь не ела.

Ну а самая главная причина — природный катаклизм — засуха 1931 года и, как следствие, неурожай в пяти крупнейших регионах страны — в Западной Сибири, Казахстане, на Урале, Средней и Нижней Волге. Но на Украине в тот год объем хлебозаготовок составил 7,39 миллиона тонн — даже чуть больше по сравнению с урожаем предыдущего года. В основном именно этот хлеб пошел в пострадавшие от засухи регионы всей страны и на оплату закупленного ранее импортного промышленного оборудования.