Михаил Армалинский - Аромат грязного белья (сборник)

Ознакомительный фрагмент

Короче – нечто. Даже фурор.

Мне стало любопытно, есть ли основания для такой суеты. И теперь официально и торжественно заявляю – есть. Причём вполне.

Чем же эта книга из ряда вон выходяща – мало ли кто исповедовался в своей сексуальной жизни? Оказывается, что мало. А так, как Catherine, никто.

Catherine Millet, респектабельная женщина, с нормальной психикой, спокойным тоном, без дешёвых трюков, подробно и проникновенно рассказывает о своей страсти к оргиям и множественным сексуальным партнёрам. Она разумно оговаривается, что даже самая правдивая речь, очевидно, не является абсолютной в своей правдивости (64).

Однако у меня не остаётся сомнения, что её правдивость, даже не будучи абсолютной, делает всю говорившуюся до неё женскую «правду» не более, чем гнусными баснями. Официальный взгляд на женщин и так называемую «женскую добродетель» становится необходимо срочно похерить и заменить на канон, выведенный Catherine Millet.

В своём повествовании Catherine никак не пытается скрыться ни за псевдонимами, ни за декорациями – открыто упоминает о своём журнале и прочем личном. То есть она ведёт себя так же честно, как и в тексте книги, называя еблю еблей, а хуи хуями.

В русском же переводе небось всё прозвучит как «траханье», «блин» и «мужской половой хуй».

Многие мысли, наблюдения Catherine весьма напоминают мои, да и вообще я заметил, что похожи мы с ней кое в чём: ей за пятьдесят, бездетна, среднего роста, с близко посаженными глазами и длинным носом, замужем – ну чем не сходство? И вот ещё важное сходство: она непьющая, напилась всего два раза в жизни (136), ровно столько же раз, как и я. Есть, конечно, и отличия. В половых органах, например. И ещё кое в чём весьма существенном: у меня за месяц не было столько баб, сколько у неё мужиков за одну ночь. А это весьма существенное отличие, о фундаментальных причинах которого – ниже.

Самая большая оргия, в которой Catherine участвовала, состояла из 150 человек, и она обработала около сорока хуёв, о чём она заявляет с гордостью (10).

Недавно был снят документальный фильм, где девица побивала порнорекорд Гиннесса – её ебли, стоя в очереди и переминаясь с ноги на ногу, более ста мужиков. Я видел эту героиню на Howard Stern Show. Это была женщина, которая занималась выёбыванием денег, с обязательными презервативами и ограничением по времени на каждого мужчину. Стоит ли говорить, что, когда эту женщину ебли, все её мысли были заняты сложением долларов. До умножения эта баба явно не доучилась, и на лице её, кроме пизды, ничего написано не было. Ну, может быть, ещё и жопа. (Правда, это для женщины тоже весьма много.)

Catherine же подсчётами не занималась, а еблась в пенящемся от спермы желании, жадно беря в рот и в руки побольше хуёв, которые ждали своей очереди, чтобы побывать в её пизде или/и в заду. Некоторые не утерпевали и изливались ей в глотку, которая радостно поглощала мужское содержимое. Женщинами Catherine тоже не пренебрегала, как и всякая нормальная женщина. Но всё-таки мужчины составляли главный источник её наслаждений и интересов.

Прежде всего, Catherine описывает, как её ебли, как она мастурбировала, а также прочие действия и сопровождающие их чувства. Кроме этого, она пытается объяснить, почему её сексуальная жизнь была такой, а не иной, но это у неё происходит безрезультатно. Её сексуальные предпочтения до сих пор так тщательно скрывались всеми женщинами, что теоретизирования о таком поведении являются просто защитной реакцией и попыткой оправдаться из-за производимого шока.

Несомненно и важно то, что условия, позволившие Catherine вести такой образ жизни в течение долгого времени, – это отсутствие детей, а также концентрация интересов исключительно на сексе, а не на алкоголе, наркотиках или садомазохизме.

Неизбежные аборты (Catherine лишь в одном месте упоминает «когда у меня был аборт» (204), по-видимому, не происходили чаще, чем у женщины, которая ебётся, не предохраняясь, с одним и тем же партнёром со злющей спермой.

Однако самое злосчастное в этом деле – венерические заболевания. Catherine пишет о них только дважды. Причём лишь о гонорее. Первую она получила сразу после начала своей женской карьеры и рассматривала её как своё крещение.

Многие годы после этого я жила в смертельном страхе от воспоминаний о той режущей боли, хотя я поняла, что она является знаком отличия тех, кто много ебётся (9).

Второе упоминание возникает в связи с радостями анального секса. На одной из оргий Catherine повелела ебать себя только в зад. Причиной такого великолепного предпочтения было, согласно её нечётким воспоминаниям, то ли опасное время овуляции, то ли «лёгкая гонорея» (26). От мужчины к мужчине передавалось повеление жрицы любви: «Она хочет, чтобы ебли только в зад». Так же предостерегали того, кто уже было навёл своё орудие на запрещённую цель. После этой анальной активности Catherine испытала гордость собой из-за того, что не ощущала в себе никаких сдерживающих сил, а полностью открылась народу задом, как в других случаях – передом. Что она подразумевала под «лёгкой гонореей»? По-видимому, то же, что под «лёгкой беременностью».

Пропустив через себя столько цистерн спермы, Catherine должна была бы возвращаться к этой и другим болезням не раз. Однако то, что она по сей день жива и здравствует, говорит лишь о том, что плата за наслаждения была минимальной.

Предпочтение к большому количеству мужчин у Catherine не было результатом постепенного развития сексуального чувства, а было врождённым. Ещё маленькой девочкой она уже мечтала о нескольких мужьях, что она считала само собой разумеющимся. Catherine волновала иная проблема: можно ли иметь несколько мужей одновременно или только последовательно? А если последовательно, то сколько надо ждать, прежде чем перейти от одного мужа к другому? А также: сколько мужей иметь «приемлемо»? Пять, или шесть, или много больше – бесчисленное количество? (1,2).

Она потеряла девственность в 18 лет, но через несколько недель уже занялась групповым сексом (три парня и две девушки). Она не была инициатором, но сознательно спровоцировала эту затею.

Catherine никогда не стыдилась своих эротических фантазий. А это основа для того, чтобы они, став реальностью, не подавляли, а счастливили тебя. Не стыдиться своих фантазий – это основа здоровой психики.

Catherine быстро открыла для себя, что острота наслаждения, которую она ощущает от прикосновений, поцелуев и ебли, обновляется с каждым новым мужчиной, а их, по счастью, имеется вокруг огромное количество. Всё остальное не имело для неё значения (6). Она пишет так:

Ничто не могло меня остановить перед тем, чтобы постоянно стремиться вкушать новую слюну и ощупывать рукой форму нового хуя, которая всегда была радостной неожиданностью (8).