Василий Барсуков - Крылом к крылу

3 июля 1943 года я находился в дежурном звене, готовом в любую минуту подняться в воздух. В это время и появилась партийная комиссия. Приветствуя старших товарищей, я привстал в кабине, не снимая парашюта.

Замполит зачитал мое заявление собравшимся у самолета коммунистам. Потом меня попросили рассказать о себе. Вся моя короткая биография уместилась в несколько фраз: родился там-то, учился в школе и военном училище, с августа 1942 года воюю…

В это время над командным пунктом взлетела зеленая ракета. После вылета наземная станция передала: к Козельску приближается группа бомбардировщиков противника. В эфире раздалась команда ведущего: «Приготовиться к бою!»

Вскоре впереди справа показались двадцать Ю-87 под прикрытием «мессершмиттов». Шли они на высоте 2 тысячи метров.

Правый разворот с набором высоты позволил нашему звену занять выгодное положение для атаки. В пикировании наша четверка, ведомая Чехуновым, открыла огонь по бомбардировщикам. Удар был внезапным и точным: от первых же очередей загорелось два вражеских самолета. Группа фашистских истребителей прикрытия вступила в бой, когда порядок бомбардировщиков был уже расстроен. Хаотичные атаки немецких истребителей не достигли успеха. Наша группа, умело маневрируя и используя замечательные качества «яка», сбила еще три самолета и возвратилась на свой аэродром без потерь. По самолету сбили Чехунов, Даниленко и Черный. Два достались на мою долю.

После посадки нас поздравили с победой, а меня поздравили дважды — ведь я стал коммунистом.

…В период подготовки к Орловско-Курской битве летчики 1-й Воздушной армии наносили удары по железнодорожным узлам, аэродромам и скоплениям войск противника.

Наша 303-я истребительная авиационная дивизия обеспечивала действия штурмовиков и бомбардировщиков, наносящих удары по аэродромам Сеща, Жуковка, Брянск и железнодорожным станциям Брянск, Белые берега, Жиздра и другие, куда враг усиленно подтягивал свои войска. В полосе их действий непрерывно летали наши разведчики. 16 июня восточнее Карачева они обнаружили бронепоезд. Вполне возможно, что в нем находился штаб немецкой танковой армии, а может быть, этот бронепоезд прикрывал важный участок железной дороги — важнейшей для орловской группировки противника. Как бы то ни было, но упустить такую цель нельзя было ни в коем случае, и командующий 1-й Воздушной армией генерал М. М. Громов приказал нанести по ней удар. Уже солнце клонилось к закату, когда шестерка «илов» под прикрытием четверки «яков», ведомых старшим лейтенантом Соколовым, появились над бронепоездом. Над ним патрулировали немецкие истребители, но наши летчики, прикрывавшие штурмовики, связали их боем. Особенно активными в районе цели были Архипов и Шалев. Соколов и Шумский остались прикрывать действия штурмовиков. Ведущий группы «илов» в первом же заходе удачно сбросил уничтожающий груз на железнодорожное полотно и застопорил ход бронепоезда. Неподвижную цель атаковать легче, и штурмовики поразили ее несколькими прямыми попаданиями бомб.

Боевое задание было успешно выполнено, вражеский бронепоезд выведен из строя, но часть наших штурмовиков оказалась в сложном положении: когда был сделан последний заход на цель и самолеты готовились лечь на обратный курс, они были атакованы новой группой истребителей противника.

Четверка «Фокке-Вульф-190» заходила сзади. Наших истребителей, оставшихся со штурмовиками, Соколова и Шумского, считали в полку мастерами лобовых атак. Они, сделав резкий разворот, смело пошли в атаку на истребителей противника и, успешно отбив их налет, вернулись к штурмовикам. Силы были неравны, противник вновь и вновь атаковал. Горючее было на исходе, боеприпасы кончались, а сражение все еще продолжалось далеко на территории, занятой врагом. Штурмовики, успешно выполнив задание, вернулись все. Не вернулись Соколов и Шумский. Ценой своей жизни они прикрыли действия «илов». Соколова вскоре обнаружили партизаны в лесу на поляне, юго-западнее города Жиздра. Он выпустил шасси, посадил самолет, сумел вылезти из кабины на плоскость, и тут его покинули силы. Он умер от ран, обняв корпус своего истребителя.

Узнали об этом пионеры Брянской области в 1965 году. Его самолет вертикально врезался в землю, видимо, пилот был убит в воздухе. После извлечения самолета из трясины было обнаружено, что обмундирование хорошо сохранилось и по оставшимся документам была установлена личность летчика…

Когда войска Западного и Брянского фронтов перешли в наступление, была поставлена задача: в первую очередь разгромить болховскую группировку противника.

Немецко-фашистское командование бросило на этот участок большие силы авиации, чтобы сдержать натиск советских войск. В небе все чаще стали появляться вражеские истребители и бомбардировщики. Воздушные бои не прекращались. Рев сотен танковых моторов и гул артиллерии сотрясали поле боя. В воздухе группа за группой появлялись истребители противника, и наши вели с ними яростные схватки. Нередко можно было видеть, как самолеты взрывались в воздухе или падали, оставляя за собой шлейфы огня и дыма. Уцелевшие пилоты спускались на парашютах, покидая горящие машины.

В первый день наступления летчики нашей дивизии провели более десяти воздушных боев и сбили двенадцать самолетов противника.

На второй день с утра сопровождали штурмовики и бомбардировщики, успешно выполнили боевые задания и вернулись без потерь. После этого мы получили задание на прикрытие наземных войск на юге Калужской области. Нашу четверку повел Иван Заморин. Едва «яки» появились в районе цели, как по радио передали о приближении противника. В завязавшейся короткой схватке капитан Заморин, старшины Чухнов и Барсуков сбили по одному самолету Ме-110. Остальные, беспорядочно сбросив бомбы, ушли в западном направлении.

Мне хорошо помнится жаркий день 17 июля 1943 года. Почти все летчики сделали по 3–4 вылета на боевые задания. Осунувшиеся лица пилотов говорили о крайней усталости. Но вот после обеда к летчикам зашел командир полка Голубов и все вновь приободрились.

— Получена еще одна боевая задача, — сказал Голубов, — приказано поднять эскадрилью для сопровождения штурмовиков.

Через полчаса десятка «яков», ведомая Сибириным, поднялась в воздух для встречи и сопровождения «илов». Штурмовикам была поставлена задача — нанести удар по мотомеханизированной колонне, идущей из Болхова в Орел. На маршруте «илов» несколько раз обстреливали зенитки. Им пришлось рассредоточиться и поодиночке перейти в атаку. На батареи зениток обрушились реактивные и пушечные снаряды. Вскоре те были подавлены. Сплошными взрывами покрылась колонна противника, загорались автомобили и танки. Вся колонна окуталась дымом. Особенно большой урон фашистам нанесло новое оружие — противотанковые бомбы.