Александр Гомельский - Вечный экзамен

Мы поговорили еще немного. Чувствовалось, что Кру- миныну нравится спорт, что он бы не прочь попробовать в баскетболе свои возможности — большую силу и необычайный рост.

После игры к нам подошли все ребята, познакомились с Янисом. Уговаривали его заняться баскетболом. Но Круминын только улыбался, смущенно кивал головой. Так и не дал наш разговор никаких результатов.

Вернувшись в Ригу, мы сообщили в Республиканский комитет физкультуры и спорта, что видели в Цесисе такого великана, которого обязательно нужно сделать спортсменом. Но нас «обошли на вираже». Пока мы рассуждали и советовались, рижские легкоатлеты, узнав о Круминыпе, послали за ним тренера и уговорили по- ' ехать на тренировочный сбор в Нальчик.

Там Круминын провел весь свой отпуск. Занимался он под руководством знаменитого ленинградского тренера Виктора Ильича Алексеева, давшего путевку в большой спорт многим метателям, прыгунам, многоборцам. Но легкоатлета из Яниса не получилось, и он вернулся домой.

Впоследствии выяснилось, что еще ранее Круминыпу предлагали боксеры испытать себя на ринге. Из этоготакже ничего не вышло: слишком мягкий и добрый у Яниса характер, где уж ему быть боксером!

По той же причине он и бордом не стал. На ковре Круминын тоже не решался провести прием: а вдруг это не понравится противнику?

После неудач в Нальчике Янис, как я уже говорил легкоатлетом не стал, но любовью к спорту заразился. И когда он приехал в Ригу, то дал согласие тренироваться у нас в команде.

Для нашего новичка соорудили специальную кровать в гостинице Дома офицеров — трехметровый топчан. Заказали ему баскетбольную обувь — кеды 54‑го размера. Янис стал заниматься специальной гимнастикой, знакомиться с новыми для него порядками.

Однажды мы пригласили Круминыпа посмотреть нашу игру с баскетболистами «Динамо». Это была интереснейшая встреча. И армейцы и динамовцы играли с подъемом, в хорошем темпе, с точными прыжками, смелыми бросками, тонкими, неожиданными передачами. После матча Круминын заскучал:

— Так мне никогда не научиться играть, — сказал он. — Не стоит и браться за это дело. Лучше я поеду в Цесис, к своим лесникам.

Вот тебе и раз! А мы–то думали: наконец и у нас появился центровой.

— Уеду я! — еще раз повторил Янис, когда его окружили ребята и каждый на свой лад стал уговаривать повременить, попробовать свои силы.

Со стороны смотрел на эту сцену Айвар Леончик. Потом подошел к Янису, сказал:

— Если я тебя буду уговаривать, что из тебя получится хороший баскетболист, ты мне все равно не поверишь, потому что ты сейчас этого сам не можешь понять. Но вот что, Ян, — добавил он не с укором, а скорее с искренним удивлением, — мне казалось, что ты человек слова. Как сказал, так и будет! Ты же согласился попробовать. А теперь как?

Ничего не ответил Круминын, только долгим взглядом посмотрел на Леончика. И остался.

А тренироваться будущему центровому было нелегко. Летом мы занимались на стадионе Окружного спортивного клуба. Янис никогда не приходил на тренировки один. В первые дни, когда его мало знали в городе, за ним всегда ходила толпа ротозеев — не только мальчиш–ки, но и взрослые, пожилые люди. И на стадионе всегда было полно любопытных, готовых часами глазеть на необычайно рослого человека.

А ведь Круминына надо было учить ходить и бегать — да–да, именно учить передвигаться так, как это делают баскетболисты. Янис в обыденной жизни никогда не бегал, не прыгал (все это нетрудно понять, учитывая его рост — 2 метра 18 сантиметров и вес — 140 килограммов)… Ходил он медленно, вразвалку, сутулясь и сгибая колени: все это для того, чтобы казаться ниже ростом и поменьше привлекать к себе внимание. Представляете себе, как трудно избавиться от многолетней привычки сутулиться, от выработанной годами походки!

Яну в его 24 года пришлось не только впервые заняться спортом. Он, в сущности, начинал совершенно новую жизнь. Приходилось часы посвящать такой, например, «нехитрой» науке, как правильное передвижение на носках. После пробежек в чередовании с ходьбой начинались гимнастические упражнения, которые должны были выработать у новичка ловкость и координацию движений.

Как и всякий начинающий спортсмен, Янис движения выполнял скованно, напряженно, мышцы его, как принято выражаться у нас, были «закрепощены». Все, что ни делал Круминьш, он выполнял с максимальным, совершенно не нужным в данном случае усилием. Мяч он брал в свои большие мозолистые руки так крепко, что казалось, сейчас тот лопнет.

Нелегко было обучить нашего исполина правильно соразмерять свои силы с поставленной задачей. Но время шло, силы становилось больше, а применять ее Круминьш стал правильнее.

На первых порах Янис часто опускал руки и в отчаянии, желая все бросить, говорил:

— Не хочу, не могу. Уеду!

Но с каждой неделей такое настроение проявлялось все реже, а потом и вовсе исчезло. Новичок стал пробегать 400 метров по беговой дорожке. Вот забросил подряд без промаха пять штрафных. Научился ловить и передавать мяч. В первый раз сумел перехватить его под щитом и мгновенно направить в корзину.

Физической подготовкой мы с Яном занимались индивидуально, а к занятиям с мячом всегда привлекали других игроков. Это делалось для того, чтобы новичку было не скучно и чтобы он сразу же приучался к взаимодействию с другими игроками, ощущал борьбу сопротивления на площадке.

С первых же дней тренировки меня приятно поразило в Янисе трудолюбие. Это была не простая исполнительность ревностного служаки,'а неуемное желание любой ценой преодолеть трудности, добиться своего. По нескольку сот раз в день мог Круминын повторять одну и ту же передачу, один и тот же бросок. Подчас он сильно уставал, пот струйками лился по щекам, по спине. Однако сам он никогда не прекращал тренировки, и, если ему говорили: «Ян, этот бросок нужно выполнить двести раз», можно было не сомневаться, что он не позволит себе сделать упражнение хоть на один раз меньше.

И чем больше удавалось Круминыпу, тем становился он оживленнее, разговорчивее. С удивлением мы обнаруживали, что Янис — наблюдательный парень, способный на меткие суждения, более того — по–настоящему остроумный. Некоторых наших присяжных остряков он между делом, спокойно и даже доброжелательно сумел отбрить так здорово, что те, как говорится, хвост поджали.

— Наш парень, — тепло, с уважением говорили ребята. Да, Круминьш прочно утвердился в команде.

Осенью мы выиграли первенство Латвии, обыграли сильную команду рижского «Спартака», прежнего чемпиона республики. И получили право представлять республику в высшей лиге чемпионата страны.