Г Дьяченко - Наследники Нестерова

Командиру, военкому и начальнику штаба части была объявлена благодарность.

Каждое подразделение Краснознаменной части стремилось внести свой вклад в повышение боевой готовности ОКА. Полк твердо удерживал первое место в армии по всем видам боевой подготовки, хотя многие лучшие летчики и командиры подразделений были посланы на переподготовку. На смену им прибыли совсем молодые летчики. Командир полка майор Шалимов, командиры эскадрильи капитаны Тормозов, Чистяков и Федотов использовали каждый летный час, для того чтобы быстрее ввести молодежь в строй, передать ей свой опыт пилотирования истребителей и ведения точного огня. Это помогло молодым летчикам быстро окрепнуть и занять в боевом строю полка достойное место.

Часть вторая

Вставай, страна огромная!..

По тревоге

В яркий солнечный день 12 июня 1941 года личный состав 29-го Краснознаменного истребительного авиационного полка торжественно отметил свой полковой праздник - 23-ю годовщину со дня сформирования 1-й советской боевой авиагруппы. Готовясь к нему, многие летчики отлично выполнили очередные учебные задачи. Ничто не предвещало изменений в размеренной жизни летних лагерей, в которые полк выехал еще весной. Никого не обеспокоила даже тревога, прозвучавшая в воскресный день, 15 июня. Такое бывало не раз и раньше. Полк четко и организованно перебазировался с лагерных площадок на основной аэродром. Здесь новый командир полка капитан Д. К. Лешко получил приказ командира дивизии полковника (ныне маршала авиации) С. И. Руденко: в короткий срок разобрать боевые самолеты, упаковать их в ящики и за ночь подготовить личный состав полка к перебазированию...

Эшелон за эшелоном мчался с Дальнего Востока на запад. Перекрывая стук колес, из вагонов лилась над тайгой песня о Родине. Запевал младший лейтенант А. Попов, и десятки голосов подхватывали знакомые слова:

Широка страна моя родная,

Много в ней лесов, полей и рек,

Я другой такой страны не знаю,

Где так вольно дышит человек...

Весть о вероломном нападении гитлеровской Германии на Советский Союз дошла, когда эшелоны катились через центр Сибири. Умолкли в вагонах песни.

Гневом наполнились сердца авиаторов. Стремление скорее вступить в бой с врагом, напавшим на священную советскую Родину, овладело всем личным составом Краснознаменного полка. Даже небольшая задержка на какой-нибудь станции вызывала недовольство. "Быстрее, быстрее к фронту!" - этой мыслью жили все авиаторы. Тревога за судьбу страны охватила и рядовых и командиров. С необычайным вниманием выслушивались беседы о положении на фронтах. Газеты, купленные на остановках, прочитывались до последней строчки. С болью в душе спрашивали летчики командиров: почему враг до сих пор не остановлен? Как могло оказаться, что наши войска были захвачены врасплох и не отбросили фашистов сразу? Люди никак не хотели верить, что гитлеровцы смогли скрытно сосредоточить на границах Советского Союза силы, во много раз превосходящие численностью и вооружением войска Красной Армии, находившиеся в приграничных округах.

Как ни спешили машинисты, эшелоны пришли на станцию Свердловск лишь 3 июля. А 6 июля полк в составе 31-й смешанной авиадивизии уже вылетел на прифронтовые аэродромы Северо-Западного фронта. Полку поставили задачу прикрыть с воздуха сосредоточение войск 29-й армии в районе Вышний Волочек Бологое - Андриаполь - Селижарово.. Летчики были неудовлетворены тем, что, прежде чем пойти в бой, придется "патрулировать" в почти безопасном районе.

- Целый месяц добирались до фронта - и не добрались! - недовольно заговорил Попов, маскируя вместе с механиком А. Ф. Ветчинниковым свой самолет. - Я хочу драться с врагом, а не просто "утюжить" воздух.

Первая же ночь пребывания на новом аэродроме показала, что и здесь, довольно далеко от линии фронта, предстоят жестокие схватки с врагом. Чутко спавших летчиков и механиков внезапно разбудил гул моторов вражеских бомбардировщиков. Раздался сигнал боевой тревоги. Все бросились к самолетам. Механики и мотористы быстро сняли маскировку, летчики сели в кабины. На перехват врага взлетела группа во главе со старшим лейтенантом Толмачевым. Но догнать гитлеровцев не удалось. Два летчика, увлеченные погоней, не проконтролировали расход горючего и вынуждены были произвести посадку вне аэродрома. Командир полка подробно разобрал этот полет. Он потребовал внимательно следить за расходом горючего, дал указания, как лучше вести поиск противника звеном.

Первое задание - прикрывать железнодорожный узел Бологое - получила эскадрилья капитана Чистякова. Она пролетела вдоль магистрали Москва Ленинград и через несколько минут была над станцией. На путях стояло до десяти эшелонов с войсками: одни разгружались, другие направлялись дальше, к фронту. Охраняя станцию, летчики непрерывно вели наблюдение за воздухом, готовые немедленно атаковать врага. Но вражеские самолеты в этот день на подступах к станции не появились. В заданное время на смену эскадрилье прилетела группа самолетов "МиГ-3". Это были новые высотные истребители. Летчики эскадрильи Чистякова приветственно качнули крыльями своих машин. "Миги" боевым разворотом стали набирать высоту. Перевел свой самолет в режим набора высоты и капитан Чистяков. За ним последовали ведомый старший политрук А. Зотов. Они заметили на большой высоте вражеский самолет-разведчик.

Группа Чистякова погналась за врагом, но "миги" уже догнали "Ю-88" и с первой атаки подожгли его. Оставив дымный след в небе, он упал в лес южнее станции Бологое.

- Здорово! Молодцы! - воскликнул Зотов. - Хорошо приняли от нас смену!

Долго после посадки летчики говорили о первом полете на прикрытие станции, о бое "мигов" с "юнкер-сом.". Некоторые откровенно завидовали соседям, что у них есть такие самолеты:

- Эх, нам бы такие!..

В конце дня начальник штаба полковник Н. И. Лебедев сделал первую запись в журнале боевых действий:

"13 июля 1941 года 29-й Краснознаменный истребительный авиационный полк совершил на прикрытие ст. Бологое сто пятьдесят самолето-вылетов..."

Через несколько дней после этого в полк на должность командира, вместо выбывшего из строя капитана Д. К. Лешко, прибыл майор А. П. Юдаков участник боев на Халхин-Голе, награжденный за храбрость и летное мастерство орденом Красного Знамени. Новый командир полка уделил особое внимание обучению летного состава тактике боя с фашистскими самолетами. В беседах и непосредственно в воздухе он передавал подчиненным свой опыт. Вечерами майор Юдаков подолгу беседовал с личным составом о том, какими качествами должен обладать советский авиатор. Рассказывая о боях наших лучших летчиков-истребителей с японскими захватчиками, командир на их примере учил подчиненных смелости и настойчивости, умению, использовать в бою все возможности своего самолета.