Герберт Осбери - Банды Чикаго

Ознакомительный фрагмент

2

Большая часть игорного бизнеса на заре Чикаго была связана со ставками на лошадиных бегах Жюля Марка Бебьена и других подобных состязаниях; а также карточных играх с приятелями в тавернах и частных домах. Но наряду с этим имелись и несколько игр с участием профессионалов, гастролеров из Цинциннати и Сент-Луиса. Об этих шулерах известно немного, однако их активности вполне хватило, чтобы вызвать возмущение благочестивых горожан, которые в те времена составляли большинство населения и начали настоящий крестовый поход против непрошеных визитеров.

Эту борьбу за нравственность и упорядочение или полный запрет азартных игр возглавил преподобный Джереми Портер, первый местный проповедник, основатель первой в Чикаго религиозной общины и первой пресвитерианской церкви. После окончания Принстонской богословской семинарии, в конце 1831 года, он был назначен капелланом в форт Брэди (штат Мичиган). На этой ответственной должности он с заметным успехом проработал примерно год: запретил традиционные танцевальные салуны, которые помогали солдатам и гражданскому населению коротать скучные зимние месяцы, а также заставил всех жителей больше внимания уделять вопросам религии и соблюдать воздержание. Когда же в начале 1833 года гарнизон форта Брэди должен был сменить своих коллег в форте Дирборн, с ними отправился и преподобный Портер. В Чикаго он объявился 13 мая 1833 года и был тепло встречен Джоном Райтом, торговцем, которого Андреас характеризовал как «самого набожного человека во всем поселке».

В воскресенье 19 мая преподобный Портер провел первую службу на новом месте, в помещении столярной мастерской форта Дирборн. После вечерни он записал в дневник: «Самым отвратительным, что мне довелось увидеть по дороге в церковь, была группа индейцев, сидевших на земле около жалкого здания французского драматического театра и игравших в карты; а вокруг них стояло много праздных белых мужчин, наблюдавших за игрой».

К концу июня религиозная община пастора Портера насчитывала 26 человек, а 7 июля он совершил торжественную евхаристию (причастие), которой ранее в Чикаго не видывали. «Многие присутствующие, среди которых большинство были женщины, участвовали в этом возвышенном событии, – писал он в дневнике, – когда в порту стали разгружаться два корабля, явив тем самым настоящее оскорбление для столь святого дня со стороны тех, кто грешит против чистого Божественного света, против душевного сострадания и любви». У священника возникли планы построить настоящую церковь, для чего был приобретен участок на углу улиц Кларк– и Лэйк-стрит, «куда было практически невозможно добраться из-за окружавших трясин и болот». Были также приобретены необходимые стройматериалы, однако началу строительства мешали сквоттеры (англ. squatter, незаконные захватчики государственной земли и недвижимости), уже начавшие строительство своего дома вплотную с выбранным участком со стороны Лэйк-стрит. Они отказывались уходить, но вместо того чтобы подставить, как говорится, другую щеку и разрешить им строиться дальше, взбешенный пастор как-то вечером подогнал к незаконченному зданию упряжку быков, зацепил тяжелыми цепями нижние венцы и оттащил всю конструкцию на 200 метров ниже по Лэйк-стрит.

На освободившемся участке члены общины, прихватив молотки, топоры и пилы, принялись обтесывать, пилить и складывать бревна, так что «шум разносился по всем прериям». Церковь была закончена к началу осени 1833 года, а освящена 4 января 1834 года при температуре – 24 °С. По этому случаю были отменены все скачки и другие соревнования.

Разобравшись со строительством, преподобный Портер обратил свой пристальный взор на игроков в азартные игры, на которых со всех сторон поступали жалобы, главным образом по поводу того, что они завлекают в свои сети молодых людей, обрекая их на разорение. Несколько страстных и убедительных проповедей побудили местные власти совершить внезапный налет на два злачных гнезда и отправить двух карточных игроков на несколько дней в тюрьму, в то время как остальных предупредили о необходимости соблюдать законы. Таким образом, по злу был нанесен удар, но лишь на короткое время: один из горожан в своем письме редактору местной газеты «Демократ» в декабре того же года отмечал, что игорный бизнес набрал еще большую силу. В связи с этим в 1834 году пастор Портер возобновил свою атаку и в октябре провел многолюдное собрание своих сторонников, на котором был избран комитет девяти для разработки мероприятий по искоренению азартных игр и наказанию всех ослушников. На заседании комитет решил не поддерживать никаких дружеских отношений с игроками в карты и объявить беспощадную войну шулерам и мошенникам. «Чего бы это ни стоило, – говорилось в резолюции комитета, – мы твердо намерены искоренить этот порок и жестко преследовать тех, кто занимается этим постыдным промыслом». Летом 1835 года пастор Джереми Портер провел «сезон проповедей».

Однако игроков не особо беспокоили страстные обличения и проклятия преподобного Портера, как и резолюции комитета девяти, тем более что после «сезона проповедей» активность борцов со злом снова вошла в привычное русло, а призыв священника к прихожанам не находил заметного отклика. Профессиональные шулеры прекрасно понимали, что слова, как бы сурово они ни звучали, не смогут им повредить. А вот разгар земельно-строительного бума, отвлечение внимания чиновников на спекулятивные операции с участками, вращение в городе больших денег – все это стимулировало шулеров всех мастей. Игорный бизнес начал заметно набирать обороты, вовлекая все большее количество игроков и способствуя появлению весьма состоятельных «профессионалов». Один из них в справочнике за 1839 год гордо обозначил свой род занятий – «игрок», а другой там же – «занятия спортом».

В начале 1840-х годов, несмотря на прекращение строительной лихорадки и упадок коммерческой деятельности, игорные дома продолжали расти быстрыми темпами. В Чикаго их стало больше, чем в Цинциннати или Сент-Луисе, а сам город превратился в столицу игорного бизнеса к северу от Нового Орлеана. В основном играли в такие незатейливые карточные игры, как брэг, покер или семерка, изредка в фараон, а иногда в шахматы, шашки или трик-трак (игра в кости). Рулетка, кено (вариант современного лото) и чак-лак возникли лишь во второй половине XIX века. С появлением в Чикаго Марка Бебьена одним из самых любимых развлечений горожан стали лошадиные бега и скачки, но первый тотализатор и букмекеры появились только в 1844 году, когда У.Ф. Майрик построил первый в Чикаго ипподром на пустыре между 26-й и 31-й стрит с одной стороны, и Винсенн– и Индиана-авеню – с другой. Первыми, кто занялся серьезным бизнесом на бегах и, похоже, ввел в игорную практику рулетку и сетку для чак-лака, стали Билл Макгру и Литл Дэн Браун.