Жак Аттали - Карл Маркс: Мировой дух

Ленин начинает отстаивать идею о построении социализма в одной отдельно взятой стране: нужно перестать мыслить в мировом масштабе; все рабочие принадлежат одной нации, и именно в рамках их нации они должны совершить революцию, ибо «нации — неизбежный продукт и неизбежная форма буржуазной эпохи общественного развития. И рабочий класс не мог окрепнуть, возмужать, сложиться, не „устраиваясь в пределах нации“, не будучи „национален“ (хотя совсем не в том смысле, как понимает это буржуазия)». Ссылаясь на Маркса, он утверждает, что наилучшее место для политического действия рабочих — Россия: «Следует отметить ряд глубоких (и особенно важных для отсталых стран, как Россия) мыслей Маркса об эволюции капитализма в земледелии. Превращению натуральной ренты в денежную не только сопутствует неизбежно, но даже предшествует образование класса неимущих поденщиков, нанимающихся за деньги <…> —(Кооперации, т. е. товарищества мелких крестьян, играя чрезвычайно прогрессивную буржуазную роль, лишь ослабляют эту тенденцию, но не уничтожают ее; не надо также забывать, что эти кооперации дают много зажиточным крестьянам и очень мало, почти ничего, массе бедноты, а затем товарищества сами становятся эксплуататорами наемного труда.)».

Отсюда вывод: революция должна произойти в России, когда рабочие и крестьяне объединятся под руководством единой партии. Но поскольку нужно еще оправдать эту партию, Ленин ставит Энгельса наравне с Марксом, делая его, по крайней мере, выразителем мысли Маркса: «Наконец, по вопросу об отношении социализма Маркса к мелкому крестьянству, которое останется в эпоху экспроприации экспроприаторов, необходимо указать на заявление Энгельса, выражающего мысли Маркса…» Далее следует отрывок из Энгельса, не имеющий никакого отношения к мысли Маркса[79].

В короткой биографии Маркса Ленин свивает еще один лавровый венок и возлагает его на чело Энгельса — великого борца и воспитателя пролетариата, дабы увековечить его имя: «Для правильной оценки взглядов Маркса безусловно необходимо знакомство с произведениями его ближайшего единомышленника и сотрудника Фридриха Энгельса. Нельзя понять марксизм и нельзя цельно изложить его, не считаясь со всеми сочинениями Энгельса».

К концу 1914 года русская армия откатилась более чем на 500 километров вглубь страны и потеряла более двух миллионов человек. Когда немецкая армия, ворвавшаяся во Францию с севера, была остановлена под Верденом, стало ясно, что война затянется надолго.

Розу Люксембург арестовали в Берлине 18 февраля 1915 года за выступления в прессе против войны, которую вела Германия. 15 февраля был основан «научно-практический ежемесячный марксистский» журнал «Интернационал», в котором под псевдонимом «Юниус» печатали передаваемые из тюрьмы письма Розы к своей организации — «Группе Спартака»[80]: «Интернационал, выражающий интересы пролетариата, может родиться лишь из самокритики пролетариата, в сознании его собственной власти — той власти, которая 4 августа поникла, словно шаткий тростник».

В 1916 году, в то время как война стала позиционной, а русская армия под командованием генерала Брусилова совершила в Польше прорыв, потеснив войска Гинденбурга, Ленин написал, что империализм — «высшая стадия развития капитализма». В новом издании, вышедшем четыре года спустя, он уточнит: «В книжке доказано, что война 1914–1918 годов была с обеих сторон империалистской (т. е. захватной, грабительской, разбойнической) войной, войной из-за дележа мира, из-за раздела и передела колоний, „сфер влияния“ финансового капитала и т. д. Ибо доказательство того, каков истинный социальный, или вернее: истинный классовый характер войны, содержится, разумеется, не в дипломатической истории войны, а в анализе объективного положения командующих классов во всех воюющих державах. Чтобы изобразить это объективное положение, надо взять не примеры и не отдельные данные (при громадной сложности явлений общественной жизни можно всегда подыскать любое количество примеров или отдельных данных в подтверждение любого положения), а непременно совокупность данных об основах хозяйственной жизни всех воюющих держав и всего мира».

Двадцать четвертого марта 1916 года руководство социал-демократии решает исключить из своих рядов всех, кто противится войне. 30 марта Роза Люксембург писала в одном из своих писем: «Все поставлено на карту: борьба за партию, а не против партии. Наш девиз — не раскол или единство, не старая или новая партия, но завоевание партии снизу через восстание масс, которые должны взять в свои руки организации и их средства, не на словах, а на деле. Решающее сражение за партию началось». Она договаривается до того, что Гинденбург стал вместе с руководством социал-демократов душеприказчиком Маркса и Энгельса! Произошел разрыв: часть СДПГ под руководством Бернштейна, Карла Либкнехта, Франца Меринга и Клары Цеткин присоединилась к ней — возникла Независимая социал-демократическая партия Германии (НСДПГ), связанная с «Группой Спартака», программу которой написала в тюрьме Роза Люксембург. Бернштейн — пацифист, но не революционер, — очень скоро порвал с ними, сокрушаясь о том, что «человек с такими умственными задатками и образованием, как Роза Люксембург [она блестяще училась в Варшавском лицее], мог участвовать в написании» такой программы — «злого памфлета, настолько же неясного, насколько демагогического и провокационного».

Бремя войны становилось все тяжелее. В то время как во Франции рабочий класс почти полностью (за редкими исключениями) поддерживал армию, в Германии поднялась революционная волна, раздуваемая «Группой Спартака». Металлурги Берлина и Лейпцига начали забастовку в знак протеста против войны и голода.

В это же время, в феврале 1917 года, в разгар войны между Россией и Германией, когда фронт растянулся на несколько тысяч километров, Рязанов умудрился прибыть из Берлина в Россию, привезя с собой рукописи Маркса и Энгельса, подшивки «Форвертс» и «Рейнише цайтунг» за 1842–1843 годы, «Нью-Йорк дейли трибюн» за те годы, когда с ней сотрудничал Маркс, а также фотокопии немецких архивных документов. Наверняка он сделал это с молчаливого разрешения руководства социал-демократов, которое не возмущалось по поводу вывоза старых бумажек… А немецкой армии было на руку все, что могло пошатнуть царский трон.

Восьмого марта 1917 года рабочие Путиловского завода в Петрограде устроили забастовку, выступив против тех, кто обрекал их на голодное существование, и присоединились к маршу, организованному по случаю Международного женского дня. Редко кто кричал «Долой царя!». В последующие дни манифестации возобновились. В воскресенье 11 марта армия стреляла по толпе. Были убиты сорок человек. Солдаты и рабочие стали брататься и создали Петроградский совет рабочих и солдатских депутатов. К ним примкнули несколько меньшевиков, депутатов Государственной думы, под руководством адвоката Александра Керенского и 15 марта предложили либералу князю Львову и Милюкову возглавить правительство. В тот же вечер царь отрекся от престола, но война продолжалась. В новое правительство вошли меньшевики.