Адольф Галланд - ПЕРВЫЙ И ПОСЛЕДНИЙ. НЕМЕЦКИЕ ИСТРЕБИТЕЛИ НА ЗАПАДНОМ ФРОНТЕ 1941-1945

В связи с тем. что происходило, никто не питал иллюзий по поводу возможности осуществления плана летного гитлерюгенда, то есть предполагалось, что юноши от шестнадцати до восемнадцати лет станут новыми фолькс-пилотами, летающими на одномоторных реактивных истребителях. Не пройдя ни усиленной летной подготовки, ни обучения в школе истребителей, именно они должны были совершить последнюю попытку защитить рейх.

Слава богу, "гражданская воздушная оборона" никогда не была претворена в жизнь.

ЗАВЕРШАЮЩАЯ

Казалось, наконец то к концу 1944 года истребитель "Ме-262" как будто бы встал на защиту рейха после столь долгой задержки. Полк Новотны послужил фундаментом для первой группы реактивных истребителей, которая была сформирована Штеймхоффом в виде 7-й истребительной авиагруппы. Между тем необходимость принятия каких-то решительных мер против воздушной войны союзников привела к возникновению в министерстве по вооружению политически окрашенной мысли — массового производства реактивного фолькс-истребителя, который надо было производить за как можно более короткий срок и с наименьшими материальными затратами.

Почти все конструкторские бюро известных авиационных фирм предоставили свои проекты именно такого самолета. Мессершмитт и Танк согласились со мной, что технические условия и обстоятельства должны были привести к созданию самолета, который по своим тактическим и техническим летным данным мог стать только малоперспективным и даже явиться полным провалом. Результаты расчетов уже указывали на минимум успеха в каждом отношении.

В связи с тем что программу производства бомбардировщиков отменили, авиационная промышленность не работала на всю мощность и была способна рассчитывать дополнительно на дальнейшие контракты. Больше всего это касалось авиационных заводов Хейнкеля. Министерство по вооружению и технический отдел по воздушному вооружению уже вынесли решение в пользу проекта Хейнкеля, известного под названием "Не-162". С самого начала я резко возражал против проекта фолькс-истребителя. В отличие от его творцов я основывал свои возражения на фактических доводах, таких, как неудовлетворительные летные данные, радиус действия, вооружение, плохие условия обзора, а также вызывавшая опасения пригодность к полету. Более того, я был убежден, что до конца войны едва ли он найдет достойное применение. Огромные материальные потери вместе с такими же затратами человеческого труда должны были происходить за счет "Ме-262". На мой взгляд все наши усилия нужно было сосредоточить как раз на этом испытанном реактивном истребителе для того, чтобы лучшим образом воспользоваться возможностями, которые все еще оставались у нас. Если бы мы еще раз распылили все наши силы на этой последней стадии войны, все наши попытки тогда оказались бы тщетными.

23 сентября 1944 года в штаб-квартире под Растенбургом было принято окончательное решение по поводу фолькс-истребителя. После предварительных обсуждений я надеялся, что большинство из участников поддержат мое мнение, но когда я потребовал, чтобы от "Не-162" отказались ради производства "Ме-262", то оказался в одиночестве, на моей стороне был только начальник Генерального штаба. Мое предположение состояло в том, чтобы увеличить массовое производство "Ме-262" — разрешить строить их на всех авиационных предприятиях, так как мощности последних не были задействованы полностью, и в дальнейшем применять все эти самолеты исключительно в системе воздушной обороны рейха. Это вызвало резкую отповедь Геринга, нечто вроде: "Это неслыханно! Теперь командующий истребительной авиацией отказывается от реактивного истребителя, который ему наша военная промышленность может предложить в количестве 1000 штук за несколько месяцев!". Очевидно, Гитлер был кем-то подробно обо всем осведомлен, при этом рейхсмаршал ввел его полностью в курс обсуждаемой проблемы, поэтому он потребовал от меня в течение часа в письменном виде изложить ему мотивы, из-за которых я отказывался от фолькс-истребителя. Это был последний гвоздь в крышку моего гроба как командующего истребительной авиацией.

План был принят, и наступил черед подготовки к массовому производству. Мальчишки после спешной подготовки на планерах должны были стать летчиками, одновременно с этим гауляйтеры должны были оказывать помощь и проводить наблюдения за производством и обеспечением. Был установлен невиданный график производства, планировалось построить астрономическое количество самолетов. Геринг сам стал жертвой вспышки национального безумия, из-за которой планирование фолькс-истребителя, как заразная болезнь, поразило буквально каждого, занятого в системе воздушной обороны рейха. "Сотни! Тысячи! Много тысяч! — кричал он. — До тех пор, пока враг не будет изгнан за пределы Германии!".

У этого проекта было только одно преимущество: технически было совершенно невозможно подвесить бомбу внизу у крошечного самолетика и объявить его блиц-бомбардировщиком. По сравнению с "Ме-262" "Не-162" означал значительный шаг назад во всех отношениях.

За два с половиной месяца конструкцию доработали, так как опытные образцы были готовы, тем самым был уже подготовлен запуск массового производства в огромном масштабе. В истории авиационного проектирования и конструирования это должно было стать необыкновенно ловким трюком. 6 декабря 1944 года "Не-162" впервые поднялся в воздух. А через несколько дней, чересчур быстро, состоялась его демонстрация перед широким кругом заинтересованных специалистов во Вьенна-Швехат. Перед глазами зрителей летчик-испытатель Питер на своем недостаточно испытанном самолете слишком резко бросился выполнять мертвую петлю, и самолет начал разваливаться в воздухе, начиная с правого крыла. Питер погиб.

В марте 1945 года были готовы самолеты первой серии, а до окончании войны было произведено 200 машин. Вопрос о том, способен ли фолькс-истребитель все еще добиться успеха в воздушной обороне, отпал сам собой. Конструктивные элементы вместе со значительной частью полупостроенных самолетов попали в руки русских, несколько законченных самолетов было захвачено союзниками.

В течение первых дней 1945 года руководство союзных воздушных сил, по-видимому, четко не представляло себе, насколько близка к краху Германия. Под влиянием трудностей, образовавшихся в результате наступления в Арденнах, оно, несомненно, переоценивало возможность Германии продолжать войну дальше. При этом в относящихся к тому времени документах, в которых, кстати, нет недостатка, открыто выражается искреннее уныние. Наступление в Арденнах было отбито. Целый месяц военно-воздушные силы стратегического назначения союзников широко использовались в тактических боевых действиях, поддерживая английские и американские армии, что, естественно, отвлекало их от первоначальной задачи по проведению налетов против Германии. 8 января Арнольд объявил: