Леонид Кучма - После майдана 2005-2006. Записки президента

Кроме того, у него в душе было такое местечко, где находился демократ. Этот демократ иногда дремал, но в критических ситуациях обязательно просыпался и брал бразды правления ельцинской личностью в свои руки. Я умел будить этого демократа. Как-то получалось… «Ну что же это такое, Борис Николаевич: ваши в Крыму начинают выдавать российское гражданство украинским гражданам. Ну это же хрен знает что, Борис Николаевич!» - «Да вы что?!» -

«Я- то ничего. Со мной все в порядке. А вот на шахматной доске у нас с вами затеялась какая-то не такая пляска». -«Ну, так я ее сейчас остановлю, понимаешь! Ладно. Забудем это. Вы когда в Москву наведаетесь? Или теперь я к вам для баланса?»

Так и жили, так и строили отношения…

Понятно, что в данном конкретном случае безобразие было остановлено не только по моему, так сказать, звонку. Были довольно серьезные заявления западных правительств, даже Китай подчеркнул, что он поддерживает Украину в ее стремлении сохранить свою территориальную целостность. Надо отдать должное и американцам за их позицию. Я имею в виду позицию по Крыму в начале моего первого президентского срока.

В «дни Тузлы» у меня состоялся любопытный разговор с одним из моих внештатных советников. Время от времени мы встречались с ним для непринужденного обмена мнениями. И вот он читает мне маленькую, но очень насыщенную лекцию о своем видении наиболее эффективной стратегии украинского руководства на ближайшее десятилетие.

- Первое: тонко управляемая демократия. Второе: решительные рыночные, западнические реформы. Третье: мощное противодействие великодержавным и русификаторским амбициям Москвы. Без третьего Запад не будет терпеть первого и не обратит внимания на второе. Только третье может побудить Запад смириться с первым и содействовать второму. Мне кажется, Леонид Данилович, как раз на эту стратегию-доктрину и тянет то, что, при всех колебаниях, вы делаете уже два срока подряд. Остается только усилить третью позицию.

Я не мог сразу включиться в это «если первое, то третье, а если третье, то второе». Пришлось взять карандаш и перенести это все на бумагу. Итак, первого, то есть «управляемой демократии», Запад не будет терпеть, если мы будем поддерживать с Россией нынешнюю температуру отношений. Нормальную температуру. Чтобы он «простил» нам «завинчивание гаек» внутри страны, мы должны будем серьезно испортить отношения с Россией. Понятно. Кроме того, без третьего, то есть без ухудшения отношений Украины с Россией, Запад не оценит наших усилий по углублению рыночных преобразований. Получается, что ухудшение отношений с Россией - условие экономического и всяческого прогресса в Украине! Мол, только наши плохие отношения с Россией могут обеспечить нам всестороннее сочувствие Запада!!

Что же я ответил своему советнику, человеку неглупому и образованному, но слишком упертому в украинство? Я не привык, говорю, теоретизировать. Смотрю на вещи практически. Нечего лукавить: в России есть силы, которые хотели бы подчинить Украину. Но на государственном уровне такой политики нет. Затевать не какое-нибудь, а «мощное противодействие» этим силам - значит, испортить межгосударственные отношения на том основании, что в России есть эти силы, эти настроения. Я все десять лет поступал иначе. Четко разделял официальную политическую линию Москвы и великодержавную возню определенных сил. Эти силы, конечно, получали с нашей стороны должный отпор, но - не в ущерб межгосударственным отношениям. Если это называть моими «колебаниями», то могу согласиться, что они допускались мною сознательно и в соответствии с моей «доктриной». Но переходить от «колебаний» к «мощному противодействию» было бы просто невыгодно. Глупо досаждать соседу в ущерб себе. Это глупо на бытовом уровне, а на государственном - опасно, безответственно.

- Но твоя мысль мне понятна, - сказал я своему советнику. - И мысль понятна, и настроение. Только я не могу руководствоваться в таких делах настроениями.

Я нисколько не лукавил, сказав это. Иногда нужно немало выдержки и философского спокойствия, чтобы не поддаваться эмоциям.

То было как раз такое время. Ну, представить себе… Наш разговор происходил в октябре 2003 года. А перед этим было не только «стояние на Тузле», ошеломившее Украину. Перед этим нас «спасали от голода». И как же это делалось, господи!

Урожай 2002 года был хороший, но правительство Кинаха допустило грубый просчет: не закупило достаточно зерна в госрезерв, и оно ушло на экспорт. В 2003 году, незадолго до нового урожая, нам пришлось решать вопрос о том, чтобы прикупить зерна. Речь шла, в сущности, о заурядной торговой сделке. И не о столь уж крупной. Естественно, мы искали такой ход, который позволил бы нам не слишком потратиться, тем более что денег, как всегда, не хватало. Обратились к России. Я отправил в Москву премьер-министра Януковича. Перед этим поговорил по телефону с Путиным. Был спокойный будничный разговор. Путин пообещал поставить нам 200 тысяч тонн пшеницы из российского резервного фонда.

И что же тут началось!

«Уже опустели у соседей полки бакалейных магазинов, фактически введена специальная продовольственная программа. Статистические выкладки сельхозспециалистов подтверждают неутешительный факт: хлебный рынок страны дестабилизирован…» Это - российская «Парламентская газета» (2 августа 2003 г.). И дальше: «Владимир Путин уже пообещал Леониду Кучме поставить… Януковичу же с Гордеевым пришлось договариваться о ценах, которые, по выражению главы правительства Украины, «для стабилизации ситуации на продовольственном рынке страны» должны непременно быть ниже рыночных… Взаимопонимание, достигнутое на встрече, - результат не столько умения вести дипломатические переговоры, сколько братского понимания нашей стороной сложной ситуации, сложившейся на Украине».

Теперь сопоставьте эту концовку статьи с заголовком: «Украине голод не грозит»…

Газета «Время МН». Солидная газета. Цитирую: «В августе Россия поставит на Украину 200 тыс. тонн пшеницы. В роли экспортера выступят не частные крупные компании, а само государство… Зерновые отношения между двумя странами вряд ли ограничатся только куплей-продажей, причем в первую очередь выгодной для Украины, нежели для нашей страны. И возможно, Украина предпочтет товарный бартер. Не случайно Янукович, прощаясь с журналистами, словно напомнил, что «добрые соседи должны друг другу помогать». И с этим через час-другой согласился президент России. Более того, Путин, как констатируют отечественные информагентства, оценил российско-украинские отношения не сколько дружескими, сколько родственным». Заголовок статьи: «Украина с протянутой рукой». «Коммерсантъ», в тот же день: «Украинский премьер попросил хлебушка».