Герман Нагаев - Русские оружейники

– А что вы умеете делать? – зашумели строители. – Нам нужны каменщики, плотники, арматурщики!

– Спокойно, товарищи, спокойно, – заговорил уполномоченный. – Я считаю, что нашему комсомолу можно доверить это ответственное дело. Я уверен, что комсомол сумеет поднять на подвиг всю молодежь завода, и не только молодежь, но и пожилых рабочих, весь коллектив! И будьте уверены, товарищи строители, что среди тысяч людей окажутся и каменщики, и плотники, и бетонщики. А если их окажется мало, сделаем их инструкторами, и дело пойдет.

Выступившие вслед за уполномоченным парторг ЦК и секретарь горкома ВКП(б) горячо поддержали предложение Минина. Было принято решение – строительство нового цеха начать силами комсомола!

На другой же день прошли бурные комсомольские собрания во всех цехах. Был создан боевой штаб стройки во главе с инженером Агаповым, составлены строительные бригады, назначены их руководители, заготовлен инструмент.

8 мая утром ночная смена торжественно, под звуки оркестра вышла и направилась к строительной площадке. Молодежь была вооружена длинными железными «пиками» с загнутыми концами, которые были сделаны по совету Дегтярева, носилками и лопатами. Эти «пики» предназначались для того, чтобы растаскивать горы металлической стружки, от которой следовало расчистить площадку под строительство.

Стружка сваливалась тут много лет, она переплелась, слежалась… Комсомольцы старались и поодиночке и группами – рвали стружку стальными крючьями, а она пружинила, не поддавалась, до крови царапала руки и лица…

Несколько дней трудились комсомольцы, работали с самозабвением, а дело не шло. Тогда руководители штаба стройки пришли к Дегтяреву и стали его просить помочь им избавиться от стружки.

– Я уж давно думаю об этом, ребята, – сказал Василий Алексеевич, – но пока ничего толкового…

– Так как же быть? Ведь из-за этой проклятой стружки все дело может сорваться.

– Нет, этого допустить нельзя!

Василий Алексеевич положил несколько спиралей стружки в пепельницу и чиркнул спичкой.

– Вот, глядите! – стружка, потрескивая, загорелась.

Обрадованные члены штаба стройки весело зашумели:

– Теперь дело пойдет! Спасибо вам, Василий Алексеевич.

Но против поджога стружки решительно высказались МПВО и пожарные. Стружка могла вспыхнуть ярким пламенем и гореть не один день. Это грозило демаскировать завод. Кроме того, пламя могло распространиться, а рядом находился склад боеприпасов. Что делать? Как быть? Ведь уходило драгоценное время…

Опять состоялось заседание парткома, на которое были приглашены различные специалисты.

Стружку решено было поджечь рано утром с подветренной стороны, а у склада боеприпасов выкопать ров и создать водяную завесу.

Так и сделали. Огромный столб огня взвился на десятки метров и полыхал несколько часов. Фашистская печать и радио раструбили на весь мир, что немцы разбомбили важный военный объект в России…

Огонь превратил стружку в сплошные глыбы расплавленного, перемешанного с мусором и землей металла, похожего на шлак. Они не поддавались не только крючьям, но даже кувалдам.

Опять члены штаба стройки обратились к Дегтяреву.

– Теперь дело пойдет легче, – успокоил их Василий Алексеевич и показал им карандашный набросок.

– Это что за машина?

– Обыкновенный подъемный кран, – пояснил Василий Алексеевич. – На крюке у него на тросе стальная болванка, ее следует поднимать и разом опускать на шлак.

– И что же, расшибет глыбы?

– Надо испытать.

И опять совет Дегтярева помог. Глыбы шлака, разбитые на мелкие куски, без особого труда грузились комсомольцами на машины и платформы. Площадка быстро расчищалась. Видя, что дело идет хорошо, комсомольцы работали со все возрастающим подъемом.

Каждый день после смены тысячи молодых рабочих под звуки оркестров отправлялись к месту работ. Радио передавало сводки и итоги соревнования. К молодежи присоединялись пожилые рабочие и даже старики. Примером для всех был старый мастер дядя Вася Пушков. Он был зачислен в бригаду землекопов Кати Филатовой и показывал пример самоотверженной работы.

Как-то, прочтя о нем в газете, Василий Алексеевич не мог усидеть в бюро и, несмотря на срочную работу, пошел на стройку.

– Ну, как работается, тезка? – весело спросил он, подходя к Пушкову.

– Хорошо, Василий Алексеевич. Помогать пришел?

– Да, вот вырвался, дайте-ка мне лопатку.

Ему подали лопату, и Василий Алексеевич, сняв фуражку и китель, начал трудиться.

Его седая голова резко выделялась среди цветистых платков, и скоро по радио штаба было объявлено:

– Товарищи, сегодня на комсомольской стройке работает Герой Социалистического Труда Василий Алексеевич Дегтярев.

Крики «ура!» и дружные аплодисменты приветствовали старого конструктора.

Стены цеха росли на глазах: каменщиков было немного, зато в помощниках не было недостатка. Кирпичи и раствор подавались проворно, и каменщикам оставалось только укладывать их. Одновременно с кладкой велись плотничные и монтажные работы. Еще не были выведены стены под крышу, а уж в цехе загрохотали прессы, загудели станки, началось производство боевого оружия.

Не прошло двух месяцев с начала работ, как над огромным корпусом взвился красный флаг, возвещавший об окончании работ.

На фронтоне его красовались строгие буквы: «Комсомольский корпус».

После краткого митинга, под торжественные звуки оркестра гордые строители многотысячной колонной проходили мимо величавого красавца. С ними вместе шел и Василий Алексеевич Дегтярев.

Когда он, окинув взглядом новое сооружение, прочел на фронтоне надпись: «Комсомольский корпус», по его щекам покатились слезы.

То были слезы радости и гордости за славную боевую смену, за нашу советскую молодежь, построившую этот огромный корпус во внеурочное время.

Торжество победы

Наступила четвертая военная весна. Солнце, как и раньше, светило ярко и весело. Его горячие лучи быстро растопили снега. Земля оделась в чистую зелень.

Небольшой серенький городок расцвел, огласился щебетом птиц и веселыми детскими голосами, словно почувствовал приближение большой радости.

По вечерам на тихих улицах заливалась гармошка, слышались звонкие песни молодежи. Ни одна весна за время войны не была такой дружной, радостной и веселой! Ни один Первомай за последние годы не праздновали с таким ликованием! Эта радость и это всеобщее ликование были вызваны ощущением близкой и окончательной победы – героические советские воины водрузили алый стяг над рейхстагом!..

Радостные известия о победах советских войск, передаваемые по радио, звуки победных салютов воодушевляли тружеников тыла, заставляли их работать вдохновенно.