Ефрем Филофейский - Моя жизнь со Старцем Иосифом

Монахиня Феодора имела большое духовное родство со Старцем Иосифом. В одном из своих писем он свидетельствует, что ему как-то случилось ощутить ее дыхание. Когда он был уже на Святой Горе, во время молитвы каким-то образом исчезло все окружающее, ибо благодать не знает места и времени, и он почувствовал Феодору рядом с собой, лицом к лицу, хотя и не видел ее.

Преподобная монахиня Евпраксия

Одна из этих вдов, монахиня Евпраксия, вспоминала, что, перед тем как Старец Иосиф приехал в Салоники, она сказала своим подругам:

— Я видела во сне одного старца, выглядевшего так-то и так-то. И видела, что он меня постригает в инокини.

— Вот глупая, — отвечали ей, — ты что, веришь снам?

— Ну, не знаю, так я видела.

И действительно, когда Старец приехал в Салоники, по Божию Промыслу они встретились, и он постриг эту старушку в монахини с именем Евпраксия. Но будучи понтийкой из Трапезунда, она плохо знала греческий и, вместо того чтобы говорить «Евпраксия», говорила «Апраксия». [170]

— Како нареклася еси, сестра?

— Апраксия.

— Нет, не Апраксия, а Евпраксия!

Она даже Псалтирь читала по-турецки. Став монахиней, эта сестра, читая Часослов и другие богослужебные книги, не понимала смысла читаемого, поэтому все время плакала и просила Бога просветить ее, чтобы понимать, что читает. Однажды вечером Евпраксия увидела во сне святого Иоанна Богослова, который дал ей в ложечке что-то выпить. Когда она проснулась, почувствовала, что сможет понимать все, что читает. Монахиня взяла Часослов и богослужебные книги, читала их и понимала все полностью.

* * *

Старица Евпраксия сказала как-то Старцу Иосифу:

— Старче, скажи теперь, чтобы у меня была молитва.

— Ладно, будет у тебя молитва.

— Нет, Старче, не так. Ты сказал это не от сердца. Скажи, скажи, как полагается.

— Ладно, будет у тебя изобилие молитвы.

— Вот, теперь благодарю тебя, Старче.

И как же утверждает Бог сказанное Старцем! В самом деле, после его слов пришло изобилие благодати.

Матушка Евпраксия говорила: «Старче, возьму тебя на свои плечи, буду нести тебя на своих плечах и тогда ничего не буду бояться. И в Иерусалим пешком пойду».

У нее было большое благоговение к Старцу, и она много преуспела в молитве. Она творила многочасовую сердечную молитву и достигла большого бесстрастия, высокой духовной ступени. Заходя иногда в келлию Евпраксии, Старец зачастую должен был толкнуть монахиню, чтобы привести в себя. Было видно, что в этот момент она находилась на грани восхищения.

* * *

Старец нам рассказывал, что в своем монастыре она однажды изгнала беса из одного мальчика. Этот ребенок пришел в монастырь и зашел в церковь во время литургии. Когда литургия закончилась, мальчик подошел к священнику, прося того прочитать над ним молитву и осенить крестом, ибо он был бесноватым. Священник сказал:

— Дитя мое, подойди вон к той монахине, пусть она тебя осенит крестом. У нее есть сила, чтобы ты исцелился.

Мальчик оказал послушание, подошел к ней и попросил:

— Старица, перекрести меня.

— Дитя мое, подойди к священнику, у него есть благодать и сила. Я ведь простая монахиня.

— Но он меня послал к тебе, чтобы ты меня перекрестила. Пожалуйста, перекрести меня, сестра. Разве это так трудно?

Видя такую настойчивость ребенка, Евпраксия, сложив три перста, осенила его крестом. Бес сразу вышел, и мальчик исцелился.

* * *

Сестра Феврония была молодой, и обычно ей хотелось съесть немного больше, чем ели другие. Но игумения Евпраксия была довольно прижимистой и вечно ее ругала: «Не ешь много!» Бедняга опускала голову и краснела от стыда. Старец говорил Евпраксии:

— Дай девочке поесть, она голодна.

— Да она чревоугодница!

— Молчи! — говорил ей Старец.

— Да она же такая-сякая!

И когда Старец уходил, она опять принималась ее ругать — она была несдержанной на язык. Наконец Старец Иосиф сказал ей:

— Смотри у меня! Если опять заговоришь за столом, всю еду вместе с миской выброшу в окно!

Только они уселись за стол, Старец предупредил:

— Евпраксия, будь внимательна.

Прошло несколько минут:

— Слушай, Феврония, ну не ешь ты столько!

Старец тут же взял миску и — за окно:

— Давайте, идите теперь, соберите все и съешьте с землей, чтобы наконец усвоили!

А поскольку она не оставляла свое, Старец, бывало, снимет с нее пояс и задаст ей хорошенько. Но и после этого она продолжала говорить: «Ну и чревоугодница! Ну и болтунья!»

Но при этом матушка Евпраксия была большой подвижницей и стяжала святость. Однажды у нее порвался пояс, и она отдала его в починку отцу Арсению. И этот пояс — тот самый, которым ей доставалось от Старца, — благоухал. Старец сделал ее святой.

* * *

Отец Ефрем Катунакский рассказывал нам такие истории о сестре Евпраксии.

«Как-то я ожидал возвращения Старца Иосифа на Святую Гору. Он выехал на Светлой седмице. Старец сказал монахиням: „Нашел я одного хорошего батюшку“ — обо мне он говорил. Поговорила Старица Евпраксия со своими сестрами, и связали они мне скуфейку.

Когда Старец приехал, мы все спустились к морю. Вышел он на берег из лодки, и я подошел к нему.

— Надень-ка эту скуфейку, — сказал он мне.

Как только я ее надел, сразу ощутил благодать, действие молитвы. Загорелся молитвой, Божественной любовью.

— Что это за скуфья, Старче? — спросил я, потрясенный.

— Если бы ты знал, — сказал Старец, — сколько молитв сотворила Старица над этой скуфейкой!

Эта скуфья была настоящее сокровище!

Однажды Старица Евпраксия послала четочки Старцу Иосифу. Я попросил:

— Старче, дай мне эти четочки.

— Бери их, — сказал он мне.

Эти четочки я повесил на икону, которую мне подарил Старец. И если они днем благоухали, я знал, что вечером у меня будет молитва. Если же не благоухали, молитвы не было. И так много лет. Эти четочки попросила у меня одна раба Божия, желавшая стать монахиней.

— Бери их, — сказал я, — пусть они тебе помогут стать инокиней. — Бери, это благословение от Старца Иосифа.

Она их взяла и теперь радуется своему монашеству». Таков был рассказ отца Ефрема Катунакского.

* * *

Евпраксия прожила около ста лет и умерла последней из этих пяти стариц. Я успел еще застать ее и спросил как-то:

— Чем питаешься, Старица?

— Фруктами. И днем, и вечером, и утром фрукты ем.