Семен Унковский - Записки моряка. 1803–1819 гг.

24 марта прибыли в Рио Жанерио, — владение португальской королевы[15], где и остановились на якоре близ города св. Сабастияна. Город св. Сабастиян лежит в Южной Америке. Довольно порядочный город с небольшою гаванью при реке Рио Жанерио изобилует сахаром, какао, лимонами, ананасами, бенаной [бананами] и проч., также съестные припасы в большом изобилии.

Налившись водою и запасшись провизией, 2 апреля снялись с якоря, направив путь к назначенному нам пути; ветр был крепкий от SW-та, мы имели свой курс на SSO. По продолжении плавания нашего 4-х недель, прибыли мы на меридиан мыса Доброй Надежды (будучи в широте 44° зюд, а долготе 13° ост). Ветр начал усиливаться и, наконец, сделался шторм. Волнение было ужасное, мы спустя брам-стеньги на низ, лежали в дрейфе под нижними стакселями. От чрезвычайной качки оказалась в фрегате течь. Команда беспрестанно откачивала воду всеми помпами, плотники и конопатчики заняты все своими работами. Наконец, помпы уже не могли убавлять воды, то отливали ведрами и через несколько часов надо было бы ожидать гибели, но бог, видя погибающих, и провидение спасает. Три дня продолжавшаяся погода стихает, и ярость волн укротилась, тогда фрегат опять исправили от чрезвычайной течи. Повреждение в фрегате: фор-штевень своротило, бушприт треснул и несколько блоков переломалось, потому мы и не могли продолжать нам назначенного плавания, а спустились к острову св. Елены.

7 мая прибыли на рейд св. Елены, остановились на якоре по северную оконечность противу города St. James, [Сан-Джемс], на другой день приступили к разоружению фрегата и починкам оного. Остров сей населен англичанами, принадлежит Остындской компании[16], где имеет складку товарам и наливаются водою, идучи из Индии и обратно в Индию. Укреплен со всех сторон ужасными природой сооруженными батареями. Губернатор оного острова полковник Патон, родом шотландец, весьма гостеприимный человек, живет с семейством, которое составляли его две дочери. Он живет в 4 или 5 милях от города на высоком месте, совершенно окружен садами. В городе же живут одни купцы солдаты, все размещены по разным укреплениям. В городе есть театр, в котором наши офицеры играли для увеселения себя и публики.

В скором времени фрегат наш был совсем исправлен и готов в море. 29 апреля прибыло на рейд Остындское судно, которое мы конвоировали до мыса Доброй Надежды. Июня 15-го возвратились назад. В бытность нашу здесь капитан с офицерами каждое воскресенье обедал у губернатора, а по понедельникам у нас на фрегате открывались балы, на которые приезжали все почетные семейства острова св. Елены и время протекало весьма весело.

В июле месяце прибыл на рейд английский корабль «Плантаженет», 74 пушечной, вскоре потом пришли на рейд 16 остындских кораблей, под конвоем «Albion»[17] и «Scepter»[18] — двух 74 пушечных кораблей. Командующий оным конвоем сдал конвой капитану корабля «Плантаженета», под начальством коего и мы находились. Июля 13-го конвой снялся с якоря, направив курс к северу, наш фрегат остался для встречи конвоя из Калкуты. Пришедшие корабли «Scepter» и «Albion», налившись водою, отправились в Остындию. Мы, простояв по 27-е число, снялись с якоря, не дождавшись конвоя, 30-го числа прибыли к острову св. Вознесения, где остановились на якоре, по северную оконечность оного. Жителей на оном [острове] совсем не имеется, в окружности около 27 итальянских] миль, растения никакого нет, а весь состоит из каменистых гор, по некоторым местам есть песок на 1,5 мили от берега. По описанию, остров сей ни что иное, как низвержение огнедышащей горы. Многие купеческие суда приходят к оному для ловли черепах, которые здесь весом бывают до 350 фунтов и более.

Описание ловли черепах. В 8 часов вечера спустили шлюпки и съехали на остров, разделясь на четыре партии по 5 человек, взяв о собою несколько провизии и пошли в разные стороны по берегам острова. Время еще было рано, а потому легли отдохнуть в гнезде черепахи. В 12 часов встали; это время было когда черепахи выходят из воды на песок. Мы не отошли 50 шагов, как увидели ползущую черепаху. Мы бросились на нее и поворотили на спину — тогда она совершенно была без действа. Таким образом наши все партии наловили 14 черепах, в продолжении двух ночей. Пойманные на оном острове черепахи были доставлены на корабль.

3 августа снялись с якоря, 10 августа прошли экватор. В половине сентября прибыли на вид Озорских островов, остановились на якоре между Фаялом и Пиком, запаслись водою и прочими нужными вещами. Острова сей населены португальцами, изобилуют виноградом; делается вино под названием фаяльского. 19-го сентября вступили под паруса, 30-го прибыли на Портсмутский рейд и остановились на Спитгейде, тут всякий матрос смотрел с восхищением на берега своего отечества, радость изливалась на лице каждого, но мне оно было чуждо. На другой день взошли в гавань, разоружились, переменили поврежденный рангоут и через 2 недели готовы были к новому походу.

Октября 16-го числа отправились с депешами к главному флоту Британского канала, около Бреста[19]. 18-го соединились с флотом под начальством адмирала Корнуэльса[20], отдали депеши на корабль «Ville de Paris» (110 пушек). Сигнал был сделан идти к Бресту и осмотреть положение неприятельского флота. В ту же минуту исполнение было принято, снялись с дрейфу, поставив все паруса. Вечером остановились якоре, пройдя Black Rocks [«Черные скалы»] при входе в Брест, в виду французского флота. 21-го числа пополуночи мы снялись с якоря и на другой день присоединились опять к флоту. Адмирал Корнуэльс отправил нас к ферольскому флоту, где находилась эскадра под командою контр-адмирала Кокрена. 24-го числа явились в оную эскадру, стоящую в Приоркском заливе, из 7 кораблей.

В Фероле находилось 7 французских и 10 испанских кораблей. В скором времени испанцы начали делать препятствия англичанам и когда съезжали на берег зачем-либо, то стреляли из ружей и не стали отпускать свежей провизии, что понудило адмирала выступить из залива. 28-го числа, будучи под парусами, сломалась у нас фока рея, которая чрез … дня была сделана из стеньги корабля Мальты и одной половины сломленой реи.

Ноября 25-го отправились в Лиссабон, имея у себя лорда Dundas. Декабря 3-го прибыли в Лиссабон, главный город Португалии. Остановились на якорь вне бара и наложен был карантин, который продолжался 4 дня, а потом снялись с якоря и перешли за бар, остановясь на якоре у южного берега реки Таго против берега. Город Лиссабон стоит на реке Таго, одна часть его на покате горы, а другая — у подошвы. Снаружи весьма великолепен и имеет вид амфитеатра, но внутри оного весьма грязно — улицы узкие и дома очень высокие; португальцы по неопрятности своей часто выливают нечистоту из окон своих домов, а потому нижняя часть оного города подвержена разным зловониям. Вскоре получили известие через английского посла о разрыве Англии с Испанией[21], почему 20-го числа снялись с якоря и отправились в крейсерство к Канарским и Озорским островам для пересечения испанской коммерции из Южной Америки.