А Самсонов - Сталинградская битва

"В это время у нас заканчивалось формирование и подготовка стратегических резервов, в значительной части состоявших из танковых и механизированных частей и соединений, вооруженных в большинстве своем средними и тяжелыми танками, были созданы запасы другой боевой техники и боеприпасов. Все это позволило Ставке уже в сентябре 1942 года сделать вывод о возможности и целесообразности нанесения решительного удара по врагу в ближайшее же время. Вопрос о том, на каком стратегическом направлении наносить этот удар, перед советским командованием не стоял. Для него и без того было более чем понятно, что на ближайшее время для наших Вооруженных Сил основной задачей должно стать окончательное снятие угрозы врага, нависшей над Сталинградом, и что именно здесь, используя благоприятно складывающуюся за последнее время для нас оперативную обстановку, и следует нанести сокрушительное поражение противнику, которое позволило бы советским войскам уже в зиму 1942/43 года развернуть широкие наступательные операции по освобождению своей родной земли от фашистского ига"{12}.

В обсуждении этих вопросов в Ставке принимали участие заместитель Верховного Главнокомандующего генерал армии Г. К. Жуков и начальник Генерального штаба генерал-полковник А. М. Василевский. Намечаемое контрнаступление должно было решить две главные оперативные задачи: одну - по окружению и изоляции действующей непосредственно в районе города основной группировки вражеских войск и вторую - по уничтожению этой группировки. Эти задачи объединялись одной общей стратегической целью.

По свидетельству А. М. Василевского, не вызывало никаких сомнений и то, что окружение сталинградской группировки противника следует осуществить нанесением мощных концентрических ударов на ее флангах, защищенных слабыми румынскими войсками. Вместе с тем необходимо было упорной и стойкой обороной удерживать Сталинград до начала наступления, продолжая сковывать и изматывать силы врага, втянутые в борьбу за город.

Предстоящая наступательная операция в районе Сталинграда должна была стать концентрированным выражением возросшей мощи Красной Армии. Ориентировочным сроком проведения операции намечался ноябрь. Окончательный срок мог быть определен лишь после установления необходимых сил и времени, требующихся на сосредоточение стратегических резервов и подготовку войск к активным действиям. Г. К. Жуков и А. М. Василевский в первой половине сентября 1942 г. прибыли в район боевых действий на Волге. Они должны были изучить на месте все вопросы, связанные с предстоящим контрнаступлением, а затем представить свои соображения и предложения по плану его проведения. Перед вылетом представителей Ставки из Москвы И. В. Сталин предупредил их о том, чтобы намерения Ставки они сохранили в полной тайне и ни с кем ими не делились.

Г. К. Жуков направился на Сталинградский фронт, чтобы ознакомиться с состоянием его войск и войск противника, выяснить, какие силы и средства потребуется сегодня направить для организации контрнаступления. Необходимо было также изучить плацдармы, занимаемые советскими войсками на правом берегу Дона у Серафимовича и Клетской. А. М. Василевский вылетел на Юго-Восточный фронт с задачей уделить основное внимание изучению войск и района 57-й и правого фланга 51-й армий и противника, действовавшего против них. "Прибыв в войска Юго-Восточного фронта,- рассказывает А. М. Василевский,- я всю работу проводил, базируясь на штаб 57-й армии. По окончании работы я рекомендовал командующим 57-й и 51-й армиями в ближайшее же время принять меры по захвату у противника выходов из дефиле между озерами Сарпа, Цаца и Барманцак и закрепить их за собой"{13}.

После возвращения Г. К. Жукова и А. М. Василевского в Москву в Ставке Верховного Главнокомандования состоялось совещание, на которое были приглашены некоторые работники Оперативного управления Генерального штаба. В ходе обсуждения был определен замысел предстоящей стратегической наступательной операции: главные направления ударов, необходимые силы и средства, районы и примерные сроки сосредоточения. Было принято решение об образовании в районе Сталинграда двух самостоятельных фронтов{14} (Донского и Сталинградского) с непосредственным подчинением их Ставке. Тогда же было решено создать новый Юго-Западный фронт на правом крыле Донского фронта, но в целях сохранения тайны официальное оформление этого решения было отнесено на конец октября.

Утвержденные Ставкой основные наметки плана контрнаступления в конце сентября переданы были для детальной разработки ответственным работникам Генерального штаба с привлечением к этой работе командующих родами войск Вооруженных Сил. Развернулась напряженная работа по выполнению всех решений Ставки в отношении Сталинградской наступательной операции. Особое внимание уделялось обеспечению секретности переброски резервов в районы сосредоточения, а также подготовке командования и войск к предстоящим действиям.

Руководство подготовкой операции на местах Ставка возложила по Юго-Западному и Донскому фронтам на Г. К. Жукова, а по Сталинградскому фронту на начальника Генштаба. В конце сентября А. М. Василевский прибыл на командный пункт Сталинградского фронта. Вместе с ним находились командующий артиллерией Красной Армии Н. Н. Воронов и генерал-лейтенант В. Д. Иванов. "По прибытии на фронт,- пишет А. М. Василевский,- я подробно ознакомил командующего фронтом тов. Еременко, члена Военного совета тов. Хрущева и начальника штаба тов. Варенникова с основными решениями Ставки по предстоящему контрнаступлению и просил их к вечеру следующего дня подготовить свои соображения по этому вопросу для доклада Ставке.

С рассветом 6 октября мы вместе с Н. Н. Вороновым, В. Д. Ивановым в сопровождении заместителя командующего войсками фронта Г. Ф. Захарова отправились на НП 51-й армии, находившийся в степях, примерно в 150 км юго-восточнее Сталинграда на правом берегу Волги. Здесь мы заслушали доклад командарма Н. И. Труфанова о состоянии и вооружении войск армии, данные о противнике в полосе армии, о том, насколько надежно организована оборона недавно захваченных и столь важных для нас с точки зрения предстоящего наступления участков между озерами Цапа и Барманцак. В тот же вечер на КП фронта, встретившись с командующим войсками и членом Военного совета, мы еще раз обсудили предложенный Ставкой план предстоящего контрнаступления и, так как никаких принципиальных возражений у командования фронта план не вызывал, подготовили в ночь на 7 октября на имя Верховного Главнокомандующего соответствующее донесение. 7 октября я от имени Ставки дал указания и командующему Донским фронтом о подготовке аналогичных соображений за свой фронт. Через несколько дней, прибыв в Москву, я доложил Ставке соображения обоих Военных советов"{15}. Такой же инструктаж 29 сентября генерал Г. К. Жуков провел с командованием Донского фронта, а 1 октября самолетом вернулся в Москву.