Михаил Катуков - На острие главного удара

Сычев выпустил автоматную очередь по убегавшим гитлеровцам и спрятался в подбитый вражеский танк. Он развернул башню танка и в упор расстрелял две самоходки. Остальные машины повернули назад.

Этот редкий в боевой практике случай помог спасти танки роты Духова. Вскоре подошли главные силы корпуса. и гитлеровцы были рассеяны. Но 1-я гвардейская танковая бригада понесла в этом бою тяжелые потери.

Этот самый трудный за всю Висло-Одерскую операцию бой произошел на том поле, где 1 августа 1759 года во время Семилетней войны русский полководец Петр Салтыков наголову разбил превосходящие силы прославленного в те времена полководца прусского короля Фридриха II. В этом бою впервые проявил себя тридцатилетний полковник Суворов. Именно здесь, как говорят, Фридрих II произнес знаменитые слова: "Русского солдата мало убить, его еще повалить надо". Что яс, гвардейцы 1-й танковой доказали в бою под Кунерсдорфом, что Фридрих II нисколько не преувеличивал достоинства русского солдата.

Повседневные боевые заботы властно требовали к себе внимания. Операция подходила к своему кульминационному моменту. Севернее Франкфурта-на-Одере И. И. Гусаковский овладел городом Геритц и вышел к Одеру.

Это сообщение я получил в 8 часов утра по местному времени 2 февраля. Гусаковский опоздал с выполнением приказа на 12 часов. Это произошло не по его вине - тылы опоздали с подвозом горючего.

Одер был скован льдом. На противоположном берегу виднелись траншеи, ряды колючей проволоки, зубья надолб. Почти одновременно с И. И. Гусаковским к Геритцу подошла 27-я мотострелковая бригада К. К. Федоровича.

Комбриги решили форсировать реку совместно. Они подтянули к берегу САУ, реактивные установки и всю остальную артиллерию. После массированного огневого удара по позициям противника на противоположном берегу цепи мотострелков спустились на лед. Быстро переправившись через реку, они при поддержке артиллерии с восточного берега сбили мелкие заслоны гитлеровцев и захватили плацдарм 5 километров по фронту и 4 километра в глубину. Мотострелковые батальоны вышли на рубеж Рейтвейн - Вуден.

Получив сообщение, что Гусаковский и Федорович форсировали Одер, я приказал А. X. Бабаджаняну перебросить на помощь передовым отрядам все силы корпуса, наладить переправы и расширить плацдарм. Но по паромной переправе успели перейти на плацдарм только семь танков из бригады Гусаковского. Дело в том, что я получил новый приказ: армия перебрасывалась в Восточную Померанию, в район севернее города Ландсберг (Гурово-Илавецке). Ей ставилась новая задача.

Мы сдали плацдарм подошедшим частям 8-й гвардейской армии. Танки, перебравшиеся на западный берег Одера, и мотострелки вернулись в свои части.

Так закончилась для нас Висло-Одерская операция. Но тут же началась другая - Восточно-Померангкая .

Во второй половине дня я приехал в Кунерсдорф. Там еще дымились подбитые танки и пылали пожары. На одной из узких улочек я разыскал А. М. Темника. Он стоял у танка. Его горбоносое, усатое лицо было мрачным.

- Погиб Ружин, - еле выговорил он.

- Рузкин?! - Я не поверил своим ушам. - Как же так?

- Штаб попал в окружение. Я послал его спасать Знамя. Угодил под бомбежку... осколком его...

Антон Тимофеевич Ружин был начальником политотдела бригады с самого момента ее рождения в Прудбойских лагерях. Ветеран 1-й гвардейской, он прошел с ней длинный и тяжкий путь. И вот погиб у Одера.

Бывает, человека уважают за храбрость, за яркие, необычные подвиги. Ружина уважали за человечность, простоту и внимание к солдатам. Не помню случая, чтобы он повысил на кого-нибудь голос. Он принадлежал к тому счастливому типу партийных работников - не по должности, а по призванию, - к которым тянутся люди. Эта любовь к нему в бригаде выразилась в его кличке - "дедушка".

Хоронили Ружина в Кунерсдорфе со всеми воинскими почестями. Все, кто был свободен от боевых действии, шли за гробом. Прощаясь с Антоном Тимофеевичем, я думал, что, чем ближе желанный час Победы, тем реже ряды ветеранов 1-й гвардейской бригады. Я бросил горсть земли в могилу, грянул салют...

До Берлина оставалось 70 километров. Как следовало из донесений разведки, противник лихорадочно закреплялся по Одеру, перебрасывал сюда с запада все новые и новые соединения. Одновременно в Померании готовилась к контрудару гитлеровская группа армий "Висла".

Угроза нависла с севера...

Глава восемнадцатая. Бутылка морской воды

Итак, Висло-Одерская операция завершилась. В результате стремительного наступления советских войск в стратегическом фронте фашистской Германии на востоке образовалась брешь. На западном берегу Одера наши войска захватили несколько важных плацдармов. Казалось, путь на Берлин открыт. Еще один удар, и можно завершить разгром фашизма, и страны Европы обретут наконец долгожданный мир.

Насколько мне известно, сначала Ставка и командование фронта, используя успех, намеревались овладеть Берлином после кратковременной подготовки. Но все же дальнейшее наступление на Берлин пришлось временно отложить. И вот по каким соображениям. Во-первых, тылы нашего фронта отстали; во-вторых, за спиной у нас еще не сложили оружия гарнизоны осажденных городов Шнайдемюль, Познань, Кюстрин, Бреслау. И самое главное - в начале 1945 года гитлеровское командование начало сколачивать в Восточной Померании сильную группировку, во главе которой фюрер поставил своего наиболее фанатичного последователя рейхсфюрера СС Гиммлера.

Нетрудно было разгадать замысел руководителей вермахта. Они намеревались ударить по правому флангу вырвавшегося вперед 1-го Белорусского фронта, перерезать сто тыловые коммуникации и тем самым сорвать наступление на Берлин.

Следовательно, нужно было прежде всего разгромить восточно-померанскую группировку, которая состояла из 2-й и 11-й полевых армий группы армий "Висла". К 20 февраля в их состав входили 22 пехотные, 6 танковых, 3 моторизованные дивизии и много других частей общей численностью 450 тысяч человек. Командование группировки располагало 500 боевыми самолетами. В ее распоряжении находилось свыше 1000 танков и около 5 тысяч орудий и минометов. А если учесть, что группировка опиралась на прочные, заранее оборудованные рубежи, на развитую дорожную сеть и морские коммуникации, то реальность угрозы, которую она создавала войскам 1-го Белорусского фронта, станет особенно очевидной.

Наступление против восточно-померанской группировки наш северный сосед 2-й Белорусский фронт под командованием маршала К. К. Рокоссовского начал еще 10 февраля. Однако, не располагая достаточными силами, особенно танковыми, командование 2-го Белорусского вынуждено было перейти к обороне. Воспользовавшись паузой, фашисты 16 февраля нанесли несколько серьезных ударов по войскам правого крыла 1-го Белорусского фронта. В результате часть советских войск, действовавших на берлинском направлении, вынуждена была отражать эти удары.