Валерий Болдин - Крушение пьедестала. Штрихи к портрету М.С. Горбачева

За долгие годы правления КПСС у части населения выработался довольно стойкий принцип неприятия представителей партии. Как показала жизнь, даже очень толковые, знающие люди, поддержанные партийными комитетами, легко проигрывали малоизвестным противникам КПСС. На волне неприязни к КПСС в народные депутаты было избрано немало случайных людей, не выдержавших, к сожалению, элементарную проверку делом и временем. Разумеется, было немало талантливых, весьма квалифицированных и разносторонне подготовленных людей. Но во всем этом было много случайности. Не было оппозиционных партий, которые могли бы вести хоть какой-то отбор кандидатов. К сожалению, в начале 1989 года обо всем этом никто даже не думал. Альтернативный принцип выборов казался очень привлекательным. Но для части претендентов от КПСС он был и опасен. Не сразу, но достаточно скоро это понял М. С. Горбачев. Он чувствовал, что многие партийные и хозяйственные деятели, в том числе и он сам, могут не выдержать соперничества и не получат мандата. Поэтому у него зародилась идея провести выборы депутатов не только от округов, но и от общественных организаций. Под такую идею подводилось соответствующее обоснование. Необходимо, мол, чтобы представители профсоюзов, комсомола, партии, творческих союзов и организаций, различных обществ также были представлены в законодательных органах, что позволит полнее отразить настроения масс не только по территориальному, но и по профессиональному признаку.

Идея эта выглядела красиво. Она была хорошо воспринята не только в партии, но и среди представителей профсоюзов, писателей, художников, артистов, журналистов и многих других. М. С. Горбачев поручает проработать и нормы представительства: от партий, профсоюзов, других крупных организаций она определена в сто человек. Это была, как я говорил, маленькая хитрость, но и при ее реализации появлялись свои трудности. В этих «сотнях» выборы должны были проходить также на альтернативной основе, что могло свести всю идею к нулю. И здесь опять совместными усилиями договорились, что это право общественной организации: избирать кто как хочет. С альтернативой или без нее.

— Не будем же мы устраивать конкурс на Пленуме среди уважаемых людей, — говорил М. С. Горбачев, когда обсуждал этот вопрос в кругу своих помощников. -

Последнее время он беспокоился за свою популярность, начавшую неуклонно падать. Михаил Сергеевич опасался выдвигаться в избирательном округе, боясь популярного соперника и возможной неудачи, но смущали его и тайные выборы на Пленуме.

— Из вредности ведь могут набросать много голосов «против». А потом человек, спрашивающий и требующий с кого-то за дело, обязательно кому-то неудобен. Нельзя идти на выборы «сотни» с альтернативой.

Это его беспокойство понять было можно. Он чувствовал себя не лучшим образом, плохо спал. Знавшие его близко видели, как он менялся и быстро старел. Раздражительность все больше сквозила в его словах, интонациях. Он принимал неожиданные решения, часто отказываясь от них. Вот и перед выборами он задумался, где должен баллотироваться сам.

— Ну скажите мне, — обращался он к своему окружению, — если я буду избираться в округе, то что скажут коммунисты: генсек не захотел избираться от партии?

А если я буду избираться на Пленуме ЦК, то что подумают люди? Не доверяет народу.

Вопрос, конечно, в этом был. Но я считал, что надо избираться в крупном избирательном округе, где есть и коммунисты, и беспартийные избиратели. В конце концов, говорил я Горбачеву, он баллотируется в народные депутаты, а не в делегаты партийного съезда. Он вроде соглашался, но, видимо обсудив вопрос дома и с членами Политбюро, пришел все-таки к выводу, что будет избираться от партии.

Много позже я понял, почему М. С. Горбачев решил баллотироваться на партийном пленуме. Выдвинуть свою кандидатуру в Москве он не решался, в связи с тем что мог скандально провалиться из-за сильной оппозиции ему, сложившейся в столице. Идти же в какой-то другой округ было для него унизительным, тем более вступать в борьбу с кем-то при альтернативном голосовании. Он боялся проиграть, боялся получить меньшую поддержку, чем набирающий силу его главный политический противник Б. Н. Ельцин. Взвесив все «за» и «против», Горбачев решил, что единственно, кто ему не изменит, это родная партия, ее ЦК.

И тогда началось составление списка «сотни». Проект его готовил Г. П. Разумовский совместно с работниками оргпартотдела. Они вписали туда многих членов Политбюро и ЦК, первых секретарей ЦК компартий республик, крайкомов и обкомов партий. Это не очень понравилось Горбачеву. Понимая всю сложность своего участия в Сотне», Михаил Сергеевич вот уже который день сидит за длинным столом заседаний и черкает вместе с Разумовским список возможных кандидатов в депутаты. Генсеку очень важно быть в «хорошем» окружении. И партийный список все больше становится похож на список кандидатов, выдвигаемых для избрания в творческий союз. Появляются имена известных писателей, артистов, вписывают туда рабочих, колхозников, вычеркивают одних партийных функционеров и заносят других. Главная задача Горбачева — внести в список известные имена представителей творческих коллективов и организаций. Вот уже который раз в кабинет приносят кофе и чай, подают бутерброды, а конца работе не видно. Скоро Пленум ЦК, и нужно успеть представить этот список на его рассмотрение, и он не должен вызвать особых сомнений, иначе начнутся изменения, могут появиться дополнительные кандидатуры, а это приведет к непредсказуемым результатам.

И вот 10 января 1989 года открылся Пленум ЦК КПСС. Слово взял М. С. Горбачев. Он говорил о важности демократизации общества, росте политической активности трудящихся. В его докладе дается характеристика проекта обращения ЦК КПСС к партии, всем избирателям. Эти слова участники Пленума слушают вполуха. Опытные люди давно научились отделять словесную шелуху от сути дела. А суть — в списке кандидатов в депутаты от партии. Я видел, как формировался этот список и чья «мозолистая» рука вычеркивала и вписывала угодные фамилии. Но в докладе о демократизации общества на уши слушателей вешается лапша о всепартийном участии в выборе кандидатов от КПСС.

— В выдвижении кандидатов в депутаты из числа коммунистов, работающих на местах, участвовало 105 тысяч первичных организаций, — иллюстрирует фактами партийную демократию генсек.  — На рассмотрение вышестоящих органов ими было предложено 31,5 тысячи кандидатур. При последующем рассмотрении горкомы, райкомы партии поддержали 3,5 тысячи человек. В дальнейшем обсуждение шло в обкомах, крайкомах партии, в ЦК компартий союзных республик. Тут использовались разные формы — пленумы партийных комитетов, собрания партийного актива, расширенные заседания бюро. В конечном счете партийные комитеты представили в ЦК КПСС 207 кандидатур.