Литагент «АСТ» - Пушкин и 113 женщин поэта. Все любовные связи великого повесы

Анна Николаевна свято берегла хранившийся у нее альбом со стихами Пушкина и вписанным его рукой куплетом из романса Дельвига «Не говори любовь пройдет…». Еще был у нее портрет Байрона, подаренный ей Пушкиным и несколько книг с дарственными надписями поэта. На сборнике своих стихотворений (издание 1826 года) Пушкин написал: «Дорогой имениннице Анне Николаевне Вульф от всенижайшего ее доброжелателя».

Весной 1826 года П. А. Осипова была вынуждена увезти дочь подальше от Пушкина, в Малинники, откуда та писала поэту: «…Вы раздираете и раните сердце, цену которому не знаете…»

В 1829 году Пушкин нарисовал портрет тоскующей А. Н. Вульф в альбоме сестер Ушаковых и рядом поставил цифру «235» (это расстояние в верстах от Москвы до Малинников). В феврале — марте 1836 года Анна Николаевна, приехав в гости к Пушкиным, была сильно огорчена тем, что поэт не уделил ей должного внимания и спровадил в детскую: «Дети их так меня полюбили и зацеловали, что я уже не знала, как от них избавиться».

Замуж она не выходила, сохраняя верность памяти Пушкина. Л. Ф. Керцелли, исследователь жизни А. Н. Вульф считает: «Ее любовь — ее пагуба. Но лучше, прекраснее этого ничего не могло бы быть для Анеты. И эта любовь ее, ставшая счастьем и мукою вместе, сделала интересною ее жизнь для людей даже нашего века». Скончалась Анна Николаевна Вульф в Тригорском в сентябре 1857 года, попросив перед смертью свою племянницу, баронессу С. Б. Вревскую, уничтожить всю обширную переписку с поэтом.

Смирнова Екатерина Евграфовна

Екатерина Евграфовна Смирнова (1810–1886) — дочь тверского священника Е. А. Смирнова, уроженца села Бернова Тверской губернии, в замужестве — Синицына.

Екатерину Евграфовну звали «поповна». После смерти отца ее взял на воспитание Павел Иванович Вульф, которого Пушкин очень уважал. У него она прожила три года и затем вернулась к матери в Тверь, но часто гостила в Старице и Павловском, куда приезжал время от времени Пушкин.

В письме к Алексею Вульфу Пушкин называет ее Клариссой (имя героини романа Ричардсона). Пушкин встречался с ней в январе и октябре 1829 года, возможно, и в 1834 году. Она вспоминала: «В Старице за мной и за Евпраксией [Вревской] ухаживал Александр Сергеевич. Он был очень красив; рот у него прелестный, тонко и красиво очерченные губы, чудесные голубые глаза. Волосы блестящие, густые и кудрявые, как у мерлушки, немного только подлиннее. Вставал он по утрам часов в девять-десять и прямо в спальне пил кофе, потом выходил в общие комнаты, иногда с книгой в руках, хотя ни разу не читал стихов. После он обыкновенно или отправлялся к соседним помещикам, или, если оставался дома, играл с Павлом Ивановичем в шахматы…»

Пушкин поспорил с Алексеем Вульфом, кому первому из них Екатерина Смирнова окажет благосклонность, и очень радовался, когда тайно проникший ночью в ее спальню Алексей Вульф с позором был выдворен оттуда.

Гостившая в это же время в Павловском с дочерью Евпраксией П. А. Осипова была очень недовольна поведением Пушкина и А. Н. Вульфа и, не простившись с ними, уехала в Тригорское.

Калашникова Ольга Михайловна

Ольга Михайловна Калашникова (1806–1840) — единственная дочь крепостного приказчика и управляющего имением (старосты) в Михайловском, а затем в Болдине Михаила Ивановича Калашникова.

После возвращения из южной ссылки Пушкин увлекся в Михайловском дочкой старосты Ольгой. Он любовно называл ее «Эдой», по имени героини поэмы Баратынского.

Друг Пушкина И. И. Пущин, который одним из первых посетил поэта в Михайловском после ссылки, заметил увлечение Пушкина этой статной, красивой девушкой. В конце апреля — начале мая 1826 года Пушкин писал в Москву Вяземскому: «Письмо это тебе вручит милая и добрая девушка, которую один из твоих друзей неосторожно обрюхатил. Приюти ее в Москве и дай денег, сколько ей понадобится, а потом отправь в Болдино… прошу тебя позаботиться о будущем малютки, если то будет мальчик, отсылать его в воспитательный дом мне не хочется, а нельзя ли его покамест отдать в какую-нибудь деревню — хоть в Остафьево. Милый мой, мне совестно, ей-богу…» Позже, в мае 1826 года, Пушкин вновь пишет Вяземскому: «Видел ли ты мою Эду? Вручила ли она тебе мое письмо?»

В 1826 году Ольга Калашникова в Болдино родила сына Павла: «курчавого бастрючонка с родовыми ганнибаловскими чертами». В метрической книге он был записан как сын крестьянина Якова Иванова, но вскоре тяжело заболел и умер.

В 1831 году Пушкин дал Калашниковой деньги и отпускную из крепостных, и в октябре того же года отец выдал ее замуж за чиновника П. С. Ключарева. Она стала владелицей дома в Лукьянове. Правда, семейная жизнь у нее оказалась неудачной: муж ее бросил и уехал в Москву. Сохранилась метрическая запись о рождении у П. С. Ключарева и Ольги Калашниковой сына Михаила. В числе его приемных родителей первым назван «титулярный советник Александр Сергеевич Пушкин».

Сохранилось единственное ее письмо к Пушкину, в котором она, будучи неграмотной, написала рукою писаря: «Милостивый государь Александр Сергеевич, я имела счастье получить от вас письмо, за которое чувствительно вас благодарю, что вы не забыли меня, находящуюся в бедном положении и в горестной жизни… оные есть у моего мужа, первое — пьяница и самый развратной жизни человек; у меня вся надежда на вас, милостивый государь… Мы вышли в отставку и живем у отца в Болдине… А на батюшку все Сергей Львович [отец поэта] поминутно пишет неудовольствия и строгие приказы, то прошу вас… защитить своею милостью его от сих наказаний. Вы пишете, что будете сюда или в Нижний, то я с нетерпением буду ожидать вашего приезда и о благополучном пути буду Бога молить…»

Пушкин позаботился об ее отце и держал Михаила Ивановича в качестве управляющего в принадлежащем ему лично Кистеневе. Родные братья Ольги Калашниковой Василий и Гавриил были в услужении у поэта. Гавриил, например, сопровождал Пушкина в поездке по пугачевским местам.

Известный пушкинист С. Гейченко считал, что драма Пушкина «Русалка», которую поэт начал писать в начале 1826 года в Михайловском, тесно связана с увлечением поэта крестьянкой Ольгой Калашниковой. Именно тогда Пушкин и решал проблему перевода ее, бывшей уже беременной, из Михайловского в Болдино во избежание возможных кривотолков.

Керн Анна Петровна

Анна Петровна Керн (1800–1879) — дочь орловского помещика П. М. Полторацкого, жена (с 1817) бригадного генерала Е. Ф. Керна, а после его смерти — А. П. Маркова-Виноградского.

Ее мать, Екатерина Ивановна Вульф — сестра первого мужа П. А. Осиповой. В возрасте трех лет ее привезли из Орла в село Бернов Тверской губернии к деду И. П. Вульфу, где она воспитывалась до 12 лет вместе с двоюродной сестрой А. Н. Вульф. Затем ее увезли в Лубны Полтавской губернии, где ее отец стал предводителем уездного дворянства. Замуж Анну выдали 17-летней за 52-летнего генерала, грубого, малообразованного солдафона, во многом напоминавшего грибоедовского Скалозуба. Естественно, такая семейная жизнь превратилась для молодой женщины в каторгу. С Пушкиным она познакомилась 19-летней замужней женщиной в доме своих родственников Олениных. Пушкин сразу же обратил внимание на эту «хорошенькую женщину». Керн вспоминала: «Когда я уезжала, и брат [А. А. Полторацкий — двоюродный брат] сел со мной в экипаж, Пушкин стоял на крыльце и провожал меня глазами».