Михаил Ильинский - Жизнь и смерть Бенито Муссолини

От Ка д'Оро до самого знаменитого в Венеции моста Риальто примерно двести метров «гондольного пути» по Большому каналу. Вот уже почти четыреста пятьдесят лет от Риальто по первым воскресеньям сентября отправляется в плавание по каналу «Историческая регата». В первой гондоле всегда находились венецианский дож и его ближайшие соратники, далее — плыли заморские послы, купцы, гости Венеции. Обычай этот превратился в своеобразное театрализованное представление и в таком виде дошел до наших дней. В роли венецианского дожа, в его традиционной одежде выступает мэр Венеции. «Послы» и «купцы» — ненастоящие. Их роли исполняют гондольеры. В 1934 году «Историческую регату» на черной гондоле открывал Бенито Муссолини.

— Но Муссолини в Венеции оставил меньше следов, чем, например, лорд Байрон, — заметил гондольер Андреа.

С именем лорда Байрона в Венеции связано начало XIX века. Гондольер привез нас по Большому каналу к дому, на фасаде которого установлена мраморная памятная доска: здесь жил поэт. (Лапиду открывал, понятно, Муссолини.)

Лорд Байрон приехал в Венецию 10 ноября 1816 года и записал такие слова: «Венеция мне понравилась. Она меня ждала, и я ее тоже очень ждал. Романтичность города па лагуне будоражит, наполняет могучими силами. А какие здесь дамы! Они очаровательны, хотя не сразу встретишь чистокровную венецианку из аристократической семьи».

…Площадь Святого Марка — главная площадь Венеции, верх архитектурного совершенства города на лагуне. Легенды доносят до нас, что здесь покоятся останки Марка-Евангелиста. Святой ангел спустился на землю и изрек: «Здесь, Марк, ты обретешь мир». И Марк «обрел» здесь сначала, в 832 году н.э., небольшой храм, а с 1063 года — огромный златоглавый собор (площадью в четыре тысячи квадратных метров). В течение столетий венецианские дожи хранили в соборе сокровища морской республики — «запас финансовой прочности» на случай войны, экстренных работ, стихийных бедствий, которые так часто обрушивались на Венецию.

Скульптуры коней издревле украшали фасад храма. Но золотых коней вывез во Францию Наполеон в 1797 году. Муссолини пытался вернуть четверку могучих коней, но это сделали уже позже него. После войны.

ЖЕМЧУЖИНА ПОД НЕАПОЛЕМ

Дворец, где подписана капитуляция немецко-фашистских войск на территории Италии.

«Пошлите посла к королю Карлу в Неаполь. На него, по моим сведениям, работает датчанин-архитектор Лойс Ванвит. Редкий мастер. Ему бы потрудиться над возведением дворцов в наших городах, и прежде всего в Санкт-Петербурге…» Эти слова о славном городе Казерта под Неаполем приписывают российской императрице Екатерине II Великой. Царица имела тесные контакты с неаполитанским Королевством обеих Сицилии, состояла в личной переписке с сувереном Карло (затем поднявшимся на испанский престол как Карлос III), с королем Фердинандом II, его супругой Марией-Каролиной.

Императрица была справедливо убеждена, что итальянцы — в прошлом, настоящем и будущем — непревзойденные зодчие и только им можно доверять строительство дворцов и храмов в Санкт-Петербурге и Москве (руками, конечно, русских мастеров).

Лойс Ванвит, обласканный российской царицей, провел несколько недель в Санкт-Петербурге, где его знали под итальянским именем Луиджи Ванвителли, но следов своего гения в России он не оставил: весь его талант принадлежал уже Италии, где он за огромную в те времена сумму — 489 343 дуката — возводил архитектурную жемчужину, королевский дворец в Казерте, который своей красотой, утонченностью линии, роскошью, парками, лужайками, каналами, фонтанами и прудами должен был превзойти французский Лувр, Версаль и другие шедевры мирового зодчества всех веков и народов. (И здесь была «своя» комната-апартаменты у дуче.)

Первый камень дворца — Реджо ди Казерта — был заложен Луиджи Ванвителли 20 января 1752 года в присутствии короля Карло, его супруги королевы Амалии Саксонской, всего двора, министров, кавалеров и папского апостолического нунция. Через двадцать лет на дворец в Казерте было уже истрачено 6 133 507 дукатов — таких расходов на архитектуру в XVIII веке еще не знала ни одна страна в Европе. Палаццо поднималось во всей своей красе. Пять этажей с классическим портиком, колоннадой и часами; высота — 41 метр, длина фасада — 247 метров… В 1200 комнатах замка 1742 окна, 242 из которых выходили на парк, простирающийся на 3,2 километра и заканчивающийся фонтанами и каскадами водопадов.

Королевские покои, включая тронный зал, занимали 120 комнат, те самые, что и по сей день открыты для гостей Казерты. (А их здесь ежегодно проходит более 1,2 миллиона человек.)

Восхитителен «золотой» театр «Реджо», спроектированный и построенный Луиджи Ванвителли в 1770 году, то есть раньше, чем миланская опера «Ла Скала», римский театр «Арджеитина».

В 1799 году Реджо ди Казерта облюбовал адмирал Нельсон. В его честь салютовали «доверчивые» и «податливые» неаполитанцы. Сам же дворец превзошел французский Версаль по многим архитектурным и художественным параметрам. Но есть другая «веха». Если Версальский мир заканчивал одну великую войну, то в Казерте 27 апреля 1945 года был подписан важнейший документ — капитуляция немецко-фашистских войск на территории Италии. Муссолини оставалось жить меньше суток…

И этой вехой я заканчиваю повествование.

ДАТЫ, ФАКТЫ, ТЕРМИНОЛОГИЯ, ИМЕНА, ПРИМЕЧАНИЯ, КОММЕНТАРИИ К ЭПОХЕ БЕНИТО МУССОЛИНИ

• 29 июля 1883 года в деревне Довиа в провинции Форли в семье кузнеца атеиста Алессандро Муссолини и учительницы, фанатичной католички Розы Мальтони родился первенец, старший из троих детей, Бенито Муссолини. Он получил диплом преподавателя в Форлимпополи. Проявил интерес к произведениям К. Маркса. В двадцать лет становится социалистом, но больше всего увлекается теориями Ницше. В 1913-м он как-то сказал своей любовнице: «Мне нужны слава и богатство. Я хочу быть вершителем судеб». «Как Наполеон», — воскликнула полушутя юная дама. «Нет, больше, чем Наполеон». Итак, путь в будущее был намечен.

• В 1914-м Муссолини создает первое «фашио» (в дословном переводе «пучок») — боевую группу действия, которая боролась за вступление Италии в Первую мировую войну.

• «Эра Джолитти», «эпоха Джолитти». В историографической практике так принято называть период с 1901 по 1914 год, когда Джованни Джолитти играл особую роль на итальянской политической арене и произошел поворот от политики репрессий к политике буржуазного либерального реформизма. Именно тогда начинался этап преобразований в Италии, этап, превративший аграрную страну в индустриальное, быстро развивающееся государство. Италия становилась не просто капиталистическим, но и империалистическим государством в высшей форме его проявления.