Дэви Аркадьев - Эра Лобановского

— Выходит, Валерия Васильевича можно считать крестным отцом вашей второй жизни в Израиле?

— Да, и сами понимаете, как я рад, что он снова вернулся в «Динамо», Киев. Я с этим связываю большие надежды на то, что не только динамовцы, но и весь украинский футбол значительно повысят уровень игры.

— Одним словом, Яков, судя по вашему рассказу, Лобановского можно считать не только первопроходцем советского футбола на земле обетованной, но и первым украинским дипломатом в государстве Израиль?

— Это точно,— ответил он на полном серьезе. Иначе и быть не может. Ведь в те годы это же был не только футбол, а большая политика. С того матча, можно сказать, начинались отношения между Советским Союзом и Израилем, а Валерий Васильевич был первым человеком, который дал добро и осуществил этот проект вместе с Колосковым. Это потом уже сюда зачастили солисты и целые ансамбли, появились консульства, посольства... Но раньше всех здесь, в Израиле, был Лобановский с командой «Динамо», Киев.

К слову сказать, слушая рассуждения Гершензона о Лобановском, невольно вспомнил эпизод, известный мне, как говорится, из достоверных источников. Это было накануне чемпионата Европы 1988 года во время какого-то всесоюзного совещания, в котором принимали участие высокого ранга партийные и советские руководители. Там-то Лобановский и познакомился с одним из первых людей государства, членом Политбюро ЦК КПСС Егором Кузьмичом Лигачевым. На общение им было отведено 18 минут, но они проговорили два с половиной часа. Позже Лигачев говорил своему помощнику: «Да это же глыба ума! Лобановский владеет огромным багажом информации во всех сферах деятельности — экономике, политике... Кроме того, имеет свою точку зрения». А во время встречи Лигачев прямо Валерию Васильевичу заявил: «Вы что, до сих пор тренируете?! Бросайте! Нам с Михаилом Сергеевичем Горбачевым нужен советник по спорту, который бы учитывал при этом и другие направления в жизни страны. Только вы можете справиться с такой задачей! Что, вы не хотите? Чемпионат Европы, говорите?! Но мы вас все равно рано или поздно заберем!»

...Я улетал из Израиля как раз в тот день, когда Валерий Лобановский, оправившись от болезни, прилетел в Тель-Авив. В аэропорту мы коротко пообщались, и я, рассказав ему историю, услышанную от Гершензона, спросил:

— Когда вы взялись за осуществление своего проекта, что в ту пору вы знали об Израиле, с которым не было никаких дипломатических отношений? И почему вы это делали?

— Дело в том, что определенные контакты с этим государством уже налаживались,— ответил Лобановский. Да, было очень сложно, но все-таки некоторые ансамбли уже здесь побывали. И в перспективе все шло к тому, что в конечном итоге нормальные отношения будут установлены. Это процесс не сиюминутный. Ну а почему именно «Динамо», Киев? На этот вопрос я вам отвечу очень лаконично: если не мы, то кто же?!

В Израиль вместе с Лобановским прилетел Игорь Суркис. С тех пор как он рассказал мне о своей короткой первой встрече с Валерием Васильевичем в кабинете старшего брата, прошло время. Порой я видел их вместе, и мне даже показалось, что Лобановский несколько, как принято говорить, приблизил к себе этого молодого человека. На турнире в Москве, во время матчей киевского «Динамо» в споре за Кубок СНГ, Игорь (в динамовской форме!) даже сидел рядом с Лобановским на скамейке запасных. И однажды, улучив удобный момент, я спросил Суркиса-младшего, что, интересно, на его взгляд, нового, чего он раньше не знал, открылось ему в Лобановском после его возвращения в «Динамо»?

— Лобановский меня поразил! — воскликнул Игорь. Вы знаете, если бы он говорил только об аспектах футбола, демонстрируя свои доскональные знания этой игры, он бы меня ничем не удивил. Но это всесторонне развитый человек, компетентный в различных вопросах. Я обратил внимание, что, если Валерий Васильевич чего-то не знает, он промолчит. Но те вопросы, которые он затрагивает, по которым ведется дискуссия — будь то политика, экономика, социальная сфера или вопросы бизнеса,— он компетентный, знающий предмет, о котором дискутирует, человек. Думаю, что все его успехи как тренера прежде всего исходят именно отсюда. Он по-настоящему интеллигентный человек. А люди, наверное, и добиваются каких-то высоких результатов прежде всего благодаря своему интеллекту, какому-то внутреннему запасу...

— Игорь Михайлович, я полагаю, что вам, общаясь с Лобановским, любопытно сравнивать то, что раньше только лишь о нем читали, с тем, что слышите теперь от него самого? — предположил я.

— Еще бы! — воскликнул Игорь Суркис и заговорил быстро и страстно, как будто только этого вопроса и ожидал: Я не знаю, есть ли еще в мире тренер, вокруг которого было столько сомнений, а порой просто-таки уничтожающей критики?! Вы, наверное, лучше меня помните, как в те годы писали о Лобановском — «консерваторе», который «тормозит» наш футбол, «тащит его назад»... А сколько ему доставалось за различные «выездные модели», за то, что команда киевского «Динамо» показывает отнюдь «не прогрессивный» футбол? И смешно и грустно об этом вспоминать. Общаясь с ним, я порой поражаюсь, насколько этот человек устремлен своими мыслями вперед, в будущее...

Мне порой кажется, что для него не самоцель победить, скажем, сегодня в чемпионате, попасть в Лигу чемпионов или даже попытаться ее выиграть. Нет, он анализирует, как развивается футбол, пытается предугадать, а точнее — предвидеть пути его развития. Одним словом, идет в ногу со временем, стремясь его опередить. Наверное, это очень здорово не просто для киевского «Динамо». Я говорю об украинском футболе.

«Толковый парень!» — подумал я о Суркисе-младшем, слушая его суждения о Лобановском. Как быстро во всем разобрался, как точно, с моей точки зрения, сформулировал суть главного тренера любимого клуба. И не потребовалось ему мудрой, но несколько затасканной сентенции — «время рассудит». Так нередко говорят о личностях, вокруг деятельности которых кипят бурные страсти. Впрочем, порой и страстей-то не было. Вместо них, на мой взгляд,— непонимание, замешанное на злопыхательстве... Улетая в Израиль с командой киевского «Динамо», откровенно говоря, я рассчитывал, что значительно пополню свое футбольное досье беседами с самим Лобановским, который накануне отъезда тоже предполагал, что у нас будет время пообщаться. Признаюсь, очень расстроился, узнав о том, что из-за болезни он остался в Киеве. Но, прожив с динамовцами девять дней на земле обетованной, я покидал Израиль совсем в другом настроении. И дело не только в том, что в Тель-Авиве, в аэропорту Бен-Гурион, наши пути с Лобановским пересеклись, и увидел его в добром здравии, оправившимся от болезни. Я увозил с собой немало видео- и аудиокассет. Встречаясь с различными людьми в отсутствие Лобановского, говорил с ними о нем. А порой, как известно, и сам человек не расскажет о себе и десятой доли того, что поведают о нем люди.