Николай Лебедев - Октябрьский детектив. К 100-летию революции

Ознакомительный фрагмент

Но за всеми этими фигурами маячили англосаксы. С их точки зрения, что же получается? Да, Брусилов своим наступлением облегчил положение западных союзников на фронтах, но это же входит в прямую «обязанность» лапотной России перед «мировой цивилизацией». К тому же британские планы не предусматривали русских в качестве победителей в войне. Ибо сначала дай им возможность взять Вену, а затем отдай им обещанные ранее Константинополь и черноморские проливы.

И в такой момент на свежие моральные раны брусиловских генералов, кстати, цвет будущей контрреволюции — Каледина, Крымова, Деникина, Сахарова и прочих, — Милюков сыпет горсть соли своим знаменитым вопросом:

«Что это — глупость или измена?»

Рис. 3. В окопах первой Мировой войны. Лейб-гвардии Финляндский полк и его командир барон Югенсбург.

Это было время, когда в штабы и на командные пункты фронтов, армий, корпусов и дивизий зачастили представители «патриотически озабоченной либеральной общественности» с целью просветить окопное «товарищество» в вопросах прогресса и либерально-демократических ценностей. Ну и конечно, они громогласно называли главных виновников всех бед России в соответствии с известными милюковскими высказываниями, которые оказались впоследствии наглой клеветой:

«В результате в заявлении 28 председателей губернских управ, собравшихся в Москве 29 октября этого года, вы имеете следующие указания: “мучительное, страшное подозрение, зловещие слухи о предательстве и измене, о темных силах, борющихся в пользу Германии и стремящихся путем разрушения народного единства и сеяния розни подготовить почву для позорного мира, перешли ныне в ясное сознание, что вражеская рука тайно влияет на направление хода наших государственных дел”».

«Особенно интересна была передовая статья в “Нейе Фрейе Пресс” от 25 июня. Вот что говорится в этой статье: “Как бы ни обрусел старик Штюрмер, все же довольно странно, что иностранной политикой в войне, которая вышла из панславистских идей, будет руководить немец. Министр-президент Штюрмер свободен от заблуждений, приведших к войне. Он не обещал, что без Константинополя и проливов он никогда не заключит мир. В лице Штюрмера приобретено орудие, которое можно употреблять по желанию. Благодаря политике ослабления Думы Штюрмер стал человеком, который удовлетворяет тайные желания правых, вовсе не желающих союза с Англией”».

«Это та придворная партия, победою которой, по словам “Нейе Фрейе Прессе”, было назначение Штюрмера: “Победа придворной партии, которая группируется вокруг молодой Царицы”».[22]

Генерал Маниковский и другие

Однако о будущем России думали и в других частях российского офицерского корпуса и его генералитета. В частности, в Оперативном управлении главного управления Генштаба в, среде тех, кто имел дела с разведкой и контрразведкой. Это, прежде всего, генералы Николай Михайлович Потапов, Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич, Александр Александрович Самойло.

К ним же примыкал и упоминаемый ранее глава Главного Артиллерийского Управления Генштаба генерал Маниковский. Тот самый, который в 1916 году представил царю знаменитую докладную записку с планом реформирования оборонной промышленности России, которая получила впоследствии известность как «план мобилизационной экономики».

Согласно этому плану сильные государственные предприятия должны господствовать в промышленности страны в период войны, а в мирное время — служить регулятором цен и быть авангардом технического прогресса[23]. В своей записке генерал особо подчеркивает необходимость того, что мы называем сейчас импортозамещением на базе массового строительства казенных заводов, то есть на базе индустриализации страны. И все это под контролем государства и за его счет:

«Ныне перед нами встает иная задача, важности необыкновенной: хоть теперь стать на правильный путь, т. е. во что бы то ни стало избавиться по части боевого снабжения от иноземной зависимости и добиться того, чтобы наша армия все необходимое для себя получала бы у себя дома, внутри России».

Рис. 4. Генерал Маниковский. Начальник Главного Артиллерийского Управления. Один из главных организаторов Красного Октября.

Ибо:

«Также надо ясно представить себе, что если не заложить прочного основания нашего военно-заводского строительства теперь же, то это, может, не удастся сделать и совсем, так как по окончании войны у нас явятся опаснейшие конкуренты за границей, успевшие уже за войну развить у себя до крайности военную промышленность. Не подлежит никакому сомнению, что тотчас же по окончании войны начнется общая экономическая борьба, и эта борьба будет беспощадна».

Поэтому:

«Необходимо заранее составить строго обдуманный план мобилизации всей нашей промышленности для военных целей, положив в основу этой мобилизации твердый костяк казенных заводов, на котором можно будет впоследствии развить какую угодно мускулатуру частной промышленности; при таких условиях можно рассчитывать на быструю и продуктивную мобилизацию всей отечественной промышленности в ее целом».

Надо ли говорить, какую бешеную ответную реакцию вызвал этот план у либералов так называемого Прогрессивного блока во главе с Гучковым и Совета съездов [представителей] металлообрабатывающей промышленности во главе с Рябушинским. От того времени в истории сохранился интереснейший диалог:

«Николай II: На вас жалуются, что вы стесняете самодеятельность общества при снабжении армии.

Маниковский: Ваше Величество, они и без того наживаются на поставке на 300 %, а бывали случаи, что получали даже более 1000 % барыша.

Николай II: Ну и пусть наживают, лишь бы не воровали.

Маниковский: Ваше Величество, но это хуже воровства, это открытый грабеж».

Прошло сто лет, но поднятая в этом диалоге проблема так и не потеряла до сих пор своей актуальности. Ибо либералы того времени, как и ныне «успешные менеджеры», заявляли и заявляют:

«Казенные заводы работают вовсе не дешевле частных; их “дешевизна” лишь кажущаяся, являющаяся лишь результатом неправильного ведения коммерческого учета “себестоимости” и непринятия в расчет таких статей расхода, как на погашение имущества, на уплату казенных налогов и сборов, на страхование и на образование резервных фондов. Кроме того, казенные заводы находятся в привилегированном положении и по части получения сырья и топлива».