Лев Файнберг - Путешествие длиною в жизнь

А впереди было более тысячи километров. Вначале двигались очень быстро. Уже 22 апреля экспедиция пересекла ледник Гумбольдта и вышла к Земле Вашингтона. Здесь всех ожидала приятная находка. На пути встретился склад продовольствия, оставленный английской экспедицией Дж. Нерса, исследовавшей в 1875–1876 гг. берега моря Линкольна и прилегающий к этому морю участок гренландского побережья. На складе оказалось 56 банок с бараниной. Она внесла приятное разнообразие в меню.

С 3 по 6 мая Расмуссен и его спутники ехали по замерзшему океану вдоль обрывистого побережья северозападной оконечности Гренландии. Нагромождения ледяных торосов то и дело преграждали путь. Перебираться через них было трудно и утомительно.

К 7 мая экспедиция вышла к фьорду Сент – Джордж. Там она нашла гурий (пирамиду из камней, служащую ориентиром и местом хранения памяток экспедиций) с отчетом о работах Бомона, руководившего восточным отрядом экспедиции Нерса. Здесь Расмуссен устроил небольшой склад продовольствия. В него положили 20 кг пеммикана, этой своеобразной консервированной пищи, созданной североамериканскими индейцами, немного чая, кофе, сахара, чтобы воспользоваться всем этим на обратном пути. Затем экспедиция двинулась к фьорду Шерард – Осборн, первому из больших северных фьордов, которые предстояло исследовать.

У фьорда путешественников встретил глубокий снег. Сани и собаки проваливались в него. Люди брели за санями по колено в снегу. И так было дальше повсюду. До самого июня передвигаться можно было только на лыжах, но снег был настолько рыхлый, что и лыжи проваливались. Снег не только мешал передвижению, изматывал людей и собак, но и препятствовал работе. Было очень трудно определять очертания берегов фьордов, скрытых под толстой снежной пеленой, а вести ботанические исследования, равно как и геологические, и вовсе невозможно.

В это время путешественников постиг и другой удар. Оказалось, что большой свободной ото льда земли, которую показывали на картах, около фьордов Виктория и Норденшельд не существует. Вместе с этим географическим открытием рухнули надежды на охоту на мускусных быков. Взятые с собой небольшие запасы продовольствия почти кончились. Собак. нечем было кормить, и вскоре половину их пришлось убить. Многочисленные охотничьи поездки Расмуссена и эскимосов в большинстве своем оканчивались безрезультатно. Лишь однажды в небольшой долине вблизи мыса Мей удалось застрелить 40 мускусных быков, но увезти мясо с собой было не на чем. Собак осталось совсем мало, и они нужны были для перевозки научного снаряжения и собранных коллекций. И все же, несмотря на трудности, на нараставшую опасность положения, все продолжали самоотверженно работать.

К середине июня положение стало угрожающим. Расмуссен решил, что дальше он не вправе по своей воле подвергать опасности жизнь товарищей, и собрал их всех – европейцев и эскимосов – на совет. Нужно было решить, бросить ли работу незавершенной и немедленно тронуться в обратный путь или продолжать исследования, хотя и с риском для жизни. Все согласились довести работу до конца во что бы то ни стало.

Только в конце июня, когда был нанесен на карту фьорд Де Лонг, последний из изучавшихся экспедицией северных фьордов, путешественники повернули назад. Снег в это время уже таял, и идти приходилось сначала по месиву из снега и воды, а затем по колено, а временами и по пояс в ледяной воде. Более глубокие места собакам приходилось переплывать, таща сани под водой. Чтобы спасти ботанические коллекции, на санях соорудили высокие помосты.

Почти месяц Расмуссен и его спутники добирались до фьорда Сент – Джордж. Здесь они взяли небольшие запасы продовольствия, оставленные по пути вперед. Во фьорде было много тюленей, и путешественники хотели поохотиться на них, чтобы пополнить запас пищи. Но между ледяными полями и берегом образовалась полоса талой воды. Тюлени плавали в ней и не вылезали на лед. А стрелять в тюленя в воде, не загарпунив его предварительно, бессмысленно. Убитое животное сразу тонет.

У мыса Дракон, вблизи фьорда Сент – Джордж экспедицию постигло несчастье. При неизвестных обстоятельствах погиб Генрик Ольсен. Он ушел на охоту и не вернулся. Его искали четыре дня, но безрезультатно. Затем прошли несколько десятков километров и остановились еще на двенадцать дней, которые прошли в непрестанных поисках, но никаких следов Ольсена обнаружить не удалось. Скорее всего он или утонул, или упал в пропасть. Прежде чем двинуться дальше в путь, в нескольких местах соорудили гурии. В них оставили письма с указанием маршрута, карты и пищу. Не хотелось верить, что Ольсена нет в живых.

Подавленное настроение, вызванное гибелью товарища, усугублялось все острее ощущавшейся нехваткой продовольствия. Резервный запас, взятый из склада у фьорда Сент – Джордж, надо было оставить для перехода через ледник Гумбольдта. По льду предстояло пройти более 400 км. И резервного запаса могло хватить лишь в том случае, если есть впроголодь и не задерживаться в пути. Переход через ледник начался 5 августа, а через несколько дней путь преградила глубокая расселина. На то, чтобы ее преодолеть, ушло два дня. Вскоре пеммикан и галеты кончились, и путешественники стали убивать оставшихся собак и есть их. Все очень ослабли и еле брели, таща за собой тяжелые сани.

Когда Расмуссен и его товарищи были уже недалеко от южного края ледника, подул сильный ветер с дождем. Снег начал быстро таять, и бурные потоки воды преградили путь. Четыре дня, привязанные друг к другу ремнями, мокрые с ног до головы, путешественники преодолевали водные преграды. Наконец 24 августа, когда была съедена последняя собака, вдали показался мыс Агассиз. Ледник Гумбольдта был пройден.

Вульф и Кох к этому времени так ослабли от голода и физического перенапряжения, что не могли двигаться дальше. Расмуссен оставил с ними двух эскимосов, а сам вместе с Айаго отправился в селение полярных эскимосов Эта, находящееся более чем в 200 км к югу от ледника Гумбольдта. При этом Расмуссен надеялся, что до прихода помощи Кох, Вульф и оставшиеся с ними эскимосы сумеют прокормиться охотой.

Через пять дней Расмуссен достиг Эта, и оттуда сразу же выехала спасательная партия на пяти санях. Но помощь пришла слишком поздно. Торильд Вульф умер, не выдержав нескольких месяцев голода и лишений и невероятного напряжения последних недель пути. Перед смертью он написал Расмуссену прощальное письмо. Оно начиналось так: «Мой дорогой Кнуд, непрекращавшийся все лето голод и лишения последних дней свалили меня, отняли все мои силы, и я не могу больше следовать за Кохом и эскимосами. Их спасение зависит от продвижения на хорошие охотничьи земли, и я был бы для них бременем. Поэтому я в полном сознании говорю: прощайте и благодарю вас за вашу дружбу во время экспедиции. Я надеюсь, что все вы, так же как научные коллекции и материалы, будете спасены…»