Борис Привалов - Сказ про Игната-Хитрого Солдата

Поп Парамон с непривычки к дальней дороге едва до дома добрался и на пир ночной не пришёл - сослался на то, что, мол, зело притомился.

Князь следил, чтобы настроение боярина было мягким и радостным. Голянский становился всё более покладистым, и уже можно было начинать разнор о деле, как вдруг появился солдат Игнат, а потом пропал боярский конь.

Под угрозой оказался весь хитроумный план. И князь рассвирепел:

- Порешу конокрада! Самолично! Сюда его!

4. "Чёрт, чёрт, поиграй да отдай!"

Сметлив да хитёр - семерым нос утёр.

Старинная солдатская поговорка

Дурында и двое конюхов понесли запелёнатого Игната к Стоеросову.

- Экой нам солдатик-то попался! - хихикнул Спирька-Чёрт, забегая вперёд и разглядывая Игнатовы голые пятки. - Голодранец, босота! На кожаном шнурке сапоги держатся, вверх не лезут. А я-то, грешный, хотел его сапогами попользоваться, да вот незадача, хи-хи: сапоги без подмёток, а солдатик будет без головы, хи-хи!

- Уг-бл-угл! - забормотал Игнат.

Ложка, которая так и осталась торчать во рту, мешала ему говорить, а вытолкнуть её языком нельзя было: солдата всего обмотали крепким скатертным полотном.

Князь от нетерпения не мог на месте усидеть, сошёл с ковра, двинулся навстречу Дурынде и конюхам.

- Где конь? - закричал Стоеросов и пнул кулаком в бок Игната. Отвечай, злодей!

Борода князя дрожала от гнева.

- Ублы-блы-блы, - ответил Игнат.

- Чего? - не понял Стоеросов. - По-каковски это? Басурманские слова?

- Ложку вынуть из него нужно, князь-батюшка, - поклонился Спирька. - А то он и слова сказать не сможет.

- Развязать! - приказал Стоеросов и пошёл назад, где лежал на ковре пухлый Голянский. - Разве в старые времена люди глотали ложки? Эх!

- Допрыгался, солдатик, - приговаривал Спирька, помогая Дурынде распелёнывать Игната. - Сколько сражений прошёл, невредимым остался, а с конём попался, хе-хе!

Дурында, не развязывая Игнату рук, вынул у него изо рта ложку, спрятал её за голенище своего сапога.

- Ну что, солдатик, призадумался, закручинился? - сладеньким голоском спросил Спирька.

- Уф-ф! - вздохнул Игнат, сощурился и тихо произнёс: - Гость не много гостит, да много видит!

- Ты про кого, солдатик? - с любопытством спросил Спирька, зло поблёскивая своими маленьими немигающими глазками. - Аль не по нраву тебе что?

Игнат наклонился к уху Спирьки так быстро, что тот не успел головы отдёрнуть и прошептал:

- В старой кузне, у семи берёз...

Дурында, который уловил громкий шёпот солдата, испуганно отпрянул.

Спирька онемел, покрутил головой, словно проверяя себя - не ослышался ли?

- Эй, конокрад, сказывай правду! - раздался голос князя.

- А морда коня твоей рубахой завязана! - негромко сказал Игнат Спирьке. - Так кто в капкан попался - я или ты?

И глаза солдата блеснули, как кончики штыков, освещённые солнцем, а брови изогнулись дугой, как изгибаются спины кошек, потягивающихся после сна.

- Чего меж собой наушничаете? - снова крикнул князь. - Ведите вора сюда!

На Спирьку было жалко смотреть. Ноги у него начали заплетаться, глазки испуганно моргали, он шёл за Игнатом, шатаясь как пьяный.

- От страха ножки-то всегда трясутся, разъезжаются! - весело приговаривал Игнат. - Бывало, перед боем труса сразу видно. Страх на тараканьих ножках ходит...

Солдат встал перед князем "смирно".

- Я, Данила Михайлович, боярского коня не воровал, - сказал Игнат, дерзко глядя в глаза Стоеросову. - Кто заварил кашу, тот пусть и расхлёбывает.

- Голову сниму, ежели не откроешься, - молвил князь с угрозой, и перстни на пальцах сверкнули зло, как волчьи глаза.

- Моя голова боярину коня не заменит! - улыбнулся Игнат. - А вот поворожить я могу. Недаром моя матушка все травные премудрости ведала! Найду, князь, коня даже на краю света. А уж в твоих лесах - и подавно.

- Ежели солдат украл, - зашлёпал губами Голянский, - и не признаётся, то пропал мой конь - только его и видели. А ежели ворожбой вернуть коня можно - отчего не вернуть? Истинно, князь? Конь-то от ворожбы хуже не станет.

- Зря я на солдатика напраслину возвёл, - дрожащим голосом произнёс Спирька. - Он не вор и мест-то наших не знает, где ему красть!

- Руки развяжите, - приказал Игнат. - Кто загадку отгадает: ночью бродит, днём от людских глаз скрывается? Что такое?

- Про тебя, князь? - засмеялся Голянский.

- Дерзишь, солдат? - грозно спросил Стоеросов.

- Отгадка, князь, на небе! - кивнув на тонкую скобку месяца, сказал Игнат. - При таком молодом месяце ворожба всегда удаётся... Чёрт, чёрт, поиграй да отдай! - вдруг закрутился на одной ноге Игнат. - Чёрт, чёрт, поиграй да отдай! Эй, чёрт! - толкнул он испуганного Спирьку. - На дороге не стой, понял?

- Ворожба твоя что означает? - поинтересовался князь.

- Тут всё просто: болотный чёрт какой-нибудь коня пощекотал, конь-то с перепугу и в лес. А вот ежели сейчас чёрту хвост привязать - он коня сам и назад пригонит. Или место укажет, где конь бродит. Где мой посох железный?

Один из конюхов принёс Игнату оставленный возле котлов посох.

- Сейчас чёрту хвост прищемим! - Игнат завязал травинку вокруг посоха. - Теперь мне нужно одному побыть, послушать, что чёрт скажет.

- Не отпускайте, сбежит! - испугался Голянчий.

- Пусть со мною Дурында да Спирька рядом будут, - улыбнулся Игнат, и мохнатые брови его заходили волнами. - Они мне не помеха!

Игнат зашёл за шатёр, в темень, куда не доставал свет свечей и факелов. Дурында, тяжело дыша, шагал за ним. Спирька на неверных, дрожащих ногах плёлся сзади.

- Тут и присядем, - потянувшись до хруста в костях, сказал Игнат. Садись, простота, в ногах правды нет, - положил он руку на плечо поникшему Дурынде. - Про таких, как ты, что говорят, ведаешь?

- Не ведаю, - опускаясь на траву, пробасил Дурында.

- Выть тебе волком за твою овечью простоту.

- Да уж прост он, ох как прост! - заюлил Спирька. - Верно приметил, солдатик!

- А про тебя, Спиридон, слово иное есть, - крутил ус Игнат.

- Какое же, солдатик?

- Ходи - не спотыкайся, стой - не шатайся, говори - не заикайся, ври не завирайся! - Игнат подсел поближе к Дурынде. - Ты, простота, и ты, Спиридон, слушайте меня, как командира слушают, - продолжал Игнат серьёзно. - Дерево в огне сгорает, а солдат от огня крепче бывает. С кем совладать захотели, цыплята? Поговорку знаете: целовал ястреб курочку до последнего перышка? Вот сейчас скажу князю да боярину, что вы в старой кузне спрятали, - поймёте поговорку сию. И перьев от вас не останется, цыплята...

- Спаси нас, ясный сокол залётный! - запричитал Спирька. - Век на тебя молиться будем, как на икону. Клад найду - половину... треть тебе отдам, вот крест святой!

- Откуда ты только прознал про кузню-то? - пробасил Дурында. - Ох, дело тут нечисто...