Павел Голицын - Записки начальника военной разведки

От Клавдии Милорадовой, разведчицы из состава разведгруппы Западного фронта, действовавшей в районе Крупки, нам стало известно, что в леса южнее Крупки с Большой земли выброшена группа во главе с «Дядей Сашей» для оказания помощи партизанам.

Севостьяиов поставил мне задачу найти эту группу, установить ее состав и задачу, а главное, есть ли у нее связь с Большой землей (штабом партизанского движения). Григорий Николаевич предоставил мне право подбора разведчиков для решения этой задачи. Действовать большой вооруженной группой было нецелесообразно. Я остановил свой выбор на Зине Платоновой — молодой партизанке-разведчице, прибывшей из Шклова в отряд Буланова весной 1942 года. Мы с Зиной и Севостьяновым разработали маршрут, предварительно наметив вероятные районы действий группы «Дяди Саши» и порядок ее поиска. Разработали простую легенду, взяли продукты питания, оружие и двинулись в путь. Необходимо было пройти километров 100, а с учетом поиска и того больше, по районам, обстановку в которых мы еще не знали. Шли проселочными дорогами, по возможности обходя населенные пункты. Правда, это не всегда удавалось. Украдкой через местных жителей выявляли места расположения гарнизонов и полицейских участков. Обходили стороной гарнизоны, расположенные в Волконосово, Друцке, Тетерине, Шепелевичах. Короткие июньские ночи обязывали нас к осторожности. В районе деревень Заозерье, Сомры мы стали встречаться с партизанами. Поняли, что попали в зону, контролируемую партизанами. Остановив двух партизан, мы попросили их указать место партизанского штаба Молодые ребята приняли, конечно, нас за шпионов и повели к командиру. «Дядя Саша» — старший лейтенант Красной Армии Александр Морщинин — находился в глухой лесной деревушке Девеница, что в 30 км южнее Крупки. Он с группой военнослужащих был выброшен в тыл противника для активизации партизанской борьбы и придания ей организованного начала. Связь со штабом партизанского движения «Дядя Саша» поддерживал по радиостанции. За короткое время ему с помощниками удалось объединить несколько отрядов в партизанскую бригаду, которой он командовал до конца 1942 года. Первым комиссаром этой бригады был Сушков Н.К. В конце 1942 года Морщинин улетел в Москву, а бригадой до соединения с частями Советской Армии командовал Жунин, удостоенный звания Героя Советского Союза.

Нам с Зиной было приятно вести разговор с этим человеком. Мы вкратце рассказали о нашей бригаде, командирах, районе действий и некоторых результатах нашей боевой деятельности. Он дал в Москву телеграмму, которая явилась первым донесением в штаб о партизанской бригаде «Чекист».

После возвращения мы с Зиной подробно доложили Кирпичу и Севостьянову о результатах нашего похода, разведывательных сведениях, добытых нами в пути и полученных от Морщинина.

Деятельность партизан летом 1942 года была активной по всей Белоруссии, в том числе и в районах действия нашей бригады. Поток местного населения пополнял ряды партизанских отрядов, для пополнения изыскивались вооружение, боеприпасы. В результате боевых действий диверсионно-разведывательных групп на железных дорогах летели под откос вражеские эшелоны, срывались планомерные переброски войск и техники противника.

7 июня 1942 года группа под руководством комиссара 5-го отряда Федора Ивановича Букштынова, в которую входили Анатолий Мачаховский, Антось Хайнацкий, Петр Страздин и Дмитрий Шахмартов на перегоне Орша-Толочин взорвала вражеский эшелон. А 11 июля 1942 года на этом же перегоне группой под командованием Симдянкнна был пущен под откос эшелон гитлеровцев. Взрывали вражеские эшелоны наши группы и на других участках железнодорожных магистралей между Оршей и Крупками и между Оршой и Могилевом.

Разведчик 5-го партизанского отряда Мачаховский Анатолий Романович, Уроженец деревни Багриново Толочинского района, хорошо знавший местность, постоянно оказывал помощь командиру отряда в добывании разведывательных данных. Он принимал участие в диверсиях на железной дороге, использовался в качестве проводника при выходе диверсионно-разведывательных групп на задания, поддерживал связь с подпольщиками Толочина, работавшими по заданию партизан. За свои заслуги он был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени, орденом Славы III степени, тремя медалями «За боевые заслуги».

После войны Анатолий Романович занимался общественной работой по патриотическому воспитанию молодежи на примерах партизанской борьбы бригады «Чекист».

К середине лета 1942 года партизанская бригада «Чекист» превратилась в грозную силу, способную наносить значительный урон захватчикам. Население активно помогало партизанам, пополняло их ряды. Но не хватало оружия, боеприпасов, достаточной информации о замыслах и намерениях противника.

Это была главная проблема, которую командование бригады не могло» полной мере решить собственными силами. Нужна была связь с руководством партизанского движения, его помощь в дальнейшем развертывании партизанской борьбы. Командованием бригады было принято решение направить связных — полномочных представителей через линию фронта. Выбор пал на меня и Любу Кривельскую, 17-летнюю комсомолку из деревни Рыжковичи Шкловского района. Это предложение командования мы с Любой приняли безоговорочно и были горды тем, что именно нам было доверено это задание.

Началась короткая подготовка, о которой знали немногие. Вместе с комбригом Кирпичом, начальником штаба Булановым и начальником разведки Севостьяновым обсудили маршрут. Кратчайшим расстоянием от нас до линии фронта было направление на восток, через Смоленск к Вязьме. Но мы понимали, что это сопряжено с большими трудностями перехода линии фронта и выхода в расположение наших войск, так как именно здесь была самая плотная группировка войск гитлеровцев. Было принято решение идти на Сенно, Витебск, Торопец предполагая, что на этом направлении возможны разрывы на фронте, а также в нашу пользу — лесисто-болотистая местность.

Решение оказалось верным. Согласно проработанной легенде, мы с Любой стали братом и сестрой и шли к родственникам в Городок Витебской области, который был на маршруте намеченного нами движения. Нам были выданы удостоверения личности, заполненные на стандартных бланках, и разрешение на посещение родственников. Одеты мы были по-крестьянски, в сумке — по куску хлеба и сала и небольшая сумма оккупационных денег. Под подкладку моего пиджака Олей Леванович были зашиты три куска белого батиста, на которых было напечатано донесение о боевом и численном составе отрядов, входивших в состав бригады, с указанием фамилий командиров и комиссаров, заявка на необходимое вооружение, боеприпасы, взрывчатые вещества. Севостьянов проинформировал и проинструктировал меня дополнительно.