Сборник - Сулейман и Роксолана-Хюррем. Мини-энциклопедия самых интересных фактов о Великолепном веке в Османской империи

Возможно, образы ласковых пери и преследовали султанов в бою, но, думается, что еще больше они не давали покоя европейским поэтам, писателям, художникам.

А еще – гарем возрождался в Европе в виде… декорированных спектаклей и роскошных балов. Даже представители царских кровей не чурались облачиться в экзотические наряды! Восемнадцатый и девятнадцатый века в светском обществе Европы прошли в блеске балов и маскарадов, в философских раздумьях об идеальном обществе под руководством просвещенных монархов, в восхищении перед изящностью, чувственностью и роскошью, привносимыми с Востока.

Замок Хоэншвангау (Schloss Hohenschwangau) – летняя резиденция баварских монархов, он находится в Германии, в деревне Швангау, которая еще известна как деревня королевских замков. Ежегодно около 300 тысяч туристов со всего мира приезжают сюда, чтобы увидеть и посетить красивейший баварский замок.

Спальня королевы Марии Прусской в восточном стиле в замке Хоэншвангау в Германии

Период строительства замка Хоэншвангау относится к эпохе романтизма середине XIX века. Оформлением внутреннего дизайна замка занимался австрийский художник Мориц фон Швинд. Убранство внутреннего интерьера завораживает своей красотой и блеском золота. У тех, кто попадает сюда, создается ощущение иллюзии рыцарских турниров, пышных балов, чествования короля, прекрасной музыки и роскоши того периода. А еще посетителей привлекает самая, пожалуй, красивая комната, выполненная в восточном стиле – это спальня королевы Марии Прусской. Дизайн спальни создавался по воспоминаниям ее супруга о его путешествии в Турцию. Эти восточные мотивы прекрасны и сегодня, не зря в замок ежегодно приезжают тысячи туристов со всего мира.

Подобные замки и даже более скромные строения, принадлежавшие именитой европейской знати, в XIX веке щедро украшались в соответствии со вкусом публики, а публика стремилась украсить свои жилища в модном тогда восточном колорите. Стоит упомянуть, что в монарших домах Европы даже проводились балы-маскарады и так называемые восточные балы, и даже первые лица государств охотно наряжались в экзотические костюмы. Историк моды Александр Васильев уверенно подтверждает: к концу XIX века турецкий костюм прочно вошел в разряд «маскарадных».

Европейцы желают забыть и вообще ничего не знать об этом, но популярный в Средневековье готический стиль в архитектуре был известен на Ближнем Востоке еще в XII веке. Стрельчатые арки и заостренные формы куполов были прямым заимствованием архитектуры минаретов и мечетей. Католическое духовенство, осознав, откуда идет заимствование, запретило использование готических форм. Почти 100 лет продержался этот запрет, но уже в XV веке начинается расцвет готического стиля. Между прочим, головной убор монахинь – это, по сути, европейская интерпретация паранджи.

В XVIII веке тон задает любимая фаворитка короля Людовика XV – маркиза де Помпадур. Маркиза, чье настоящее имя Жанна-Антуанетта Пуассон, обожала восточный стиль в одежде. В домашней обстановке она не носила корсет, предпочитая шаровары и свободные блузы из муслина, специально привезенные из Турции. К середине XVIII века самые модные люди своего времени одевались в стиле «тюркери».

Восточная тема проявлялась не только в одежде, но и в ювелирных украшениях. Стало модно сочетать в одном украшении разноцветные драгоценные и полудрагоценные камни.

В мебели также прослеживаются восточные влияния: в домах богатых европейцев появляются низкие угловые диваны со множеством цветных подушек и пуфики. Подобные вещи до сих пор не вышли из моды!

Еще во времена поэта А.С. Пушкина существовал сильнейший интерес Европы к арабской мусульманской культуре. Имелся и собственный интерес России к арабскому Востоку, но этот интерес лежал прежде всего в политической плоскости. Пушкину было известно об интересе Байрона, Гейне, Гете и Гюго к Востоку и к Корану. И сам Александр Сергеевич интересовался Кораном, читал его в переводе М. И. Веревкина (1790 г.), святая книга тронула его до глубины души. Поэтому и были им написаны «Подражания Корану», которые состояли из девяти частей разного объема. Из ссылки, из села Тригорского, Пушкин писал своему брату, Л.С. Пушкину, в Петербург: «Я тружусь во славу Корана и написал еще кое-что – лень прислать».

А.С. Пушкин обогатил русскую поэзию восточными образами. Автопортрет

В пещере тайной, в день гоненьяЧитал я сладостный КоранВнезапно ангел утешеньяВзлетев, принес мне талисман.

Желание Пушкина обогатить русскую поэзию восточными образами было сильнейшим и искренним. Александр Сергеевич пытался даже изучить арабский язык, в его бумагах, относящихся к разным годам, сохранилась запись арабских букв, его объяснений к ним, а также заметки о форме арабских цифр.

Литераторы утверждают, что интерес к Востоку возник у Пушкина еще в ранней молодости, в те самые годы, когда другой великий поэт Гете завершал свой знаменитый «Западно-восточный диван». Пушкин как бы подхватил эстафету и за поразительно краткий период создал ряд прекрасных произведений с восточными мотивами.

Между тем, как ни странно, но до сего дня в богатейшей литературе о «нашем все» – А.С. Пушкине – нет ни одной книги или монографии, где был бы специально прослежен непреходящий интерес поэта к Востоку.

Великий поэт Александр Сергеевич Пушкин написал «Бахчисарайский фонтан» – прекрасную поэму о гареме крымского хана Гирея. Там есть такие великолепные строки:

Нет, жены робкие Гирея,Ни думать, ни желать не смея,Цветут в унылой тишине;Под стражей бдительной и хладнойНа лоне скуки безотраднойИзмен не ведают оне.В тени хранительной темницыУтаены их красоты:Так аравийские цветыЖивут за стеклами теплицы.Для них унылой чередойДни, месяцы, лета проходятИ неприметно за собойИ младость и любовь уводят.Однообразен каждый день,И медленно часов теченье.В гареме жизнью правит лень;Мелькает редко наслажденье.Младые жены, как-нибудьЖелая сердце обмануть,Меняют пышные уборы,Заводят игры, разговоры,Или при шуме вод живых,Над их прозрачными струямиВ прохладе яворов густыхГуляют легкими роями.

Между прочим, Пушкин написал еще и стихотворение «Фонтану Бахчисарайского дворца», впечатлившись легендой об этом милом и непритязательном фонтанчике, за созданием которого стоит судьба прекрасной девушки, любимой ханом, но загубленной одной из ревнивых жен ханского гарема.