Павел Анненков - Жизнь и труды Пушкина. Лучшая биография поэта

Петр повелел сало, юфть, воск и проч. в чужие края сухим путем не возить.

Издан полицейский указ о продаже съестных припасов.

О размещении солдат, где есть пустые строения в городах.

Объяснен указ об утайке душ.

О сборах.

16 января Петр начал чувствовать предсмертные муки. Он кричал от рези.

Он близ своей спальни повелел поставить церковь походную.

22 исповедовался и причастился.

Все петербургские врачи собрались у государя. Они молчали; но все видели отчаянное состояние Петра. Он уже не имел силы кричать и только стонал…

При нем дежурили три-четыре сенатора.

25 сошлись во дворец весь сенат, весь генералитет, члены всех коллегий, все гвардейские и морские офицеры, весь синод и знатное духовенство.

Церкви были отворены: в них молились за здравие умирающего государя, народ толпился перед дворцом.

Екатерина то рыдала, то вздыхала, то падала в обморок; она не отходила от постели Петра и не шла спать, как только по его приказанию.

Петр царевен не пустил к себе.

26 утром Петр повелел освободить всех преступников, сосланных на каторгу (кроме 2-х первых пунктов и убийц), для здравия государя.

Тогда же дан им указ о рыбе и клее ( казенные товары ).

К вечеру ему стало хуже, его миропомазали.

27 дан указ о прощении не явившимся дворянам на смотр. Осужденных на смерть по Артикулу по делам Военной коллегии ( кроме и проч.) простить – дабы молили они о здравии государевом.

Тогда-то Петр потребовал бумаги и перо и начертал несколько слов, неявственных, из коих разобрать было можно только сии: «Отдайте все»… перо выпало из рук его. Он велел призвать к себе цесаревну Анну, дабы ей продиктовать… Она вошла – но он уже не мог ничего говорить.

Архиереи псковский и тверской и архимандрит Чудова монастыря стали его увещевать. Петр оживился – показал знак, чтоб они его приподняли, и, возведши очи вверх, произнес засохлым языком и невнятным голосом: «Сие едино жажду мою утоляет; сие едино услаждает меня».

Увещевающий стал говорить ему о милосердии божием беспредельном. Петр повторил несколько раз: «Верую, и уповаю».

Увещевающий прочел над ним причастную молитву: «Верую, господи, и исповедую, яко ты еси» и прочее. Петр произнес: «Верую, господи, и исповедую; верую, господи: помози моему неверию» и сие все, что весьма дивно (сказано в рукописи свидетеля), с умилением, лице к веселию елико мог устроевая, говорил – по сем замолк…

Присутствующие начали с ним прощаться. Он приветствовал всех плохим взором; потом произнес с усилием «После»… Все вышли, повинуясь в последний раз его воле.

Он уже не сказал ничего. 15 часов мучился он, стонал, беспрестанно дергая правую свою руку – левая была уже в параличе. Увещевающий от него не отходил. Петр слушал его и несколько раз силился перекреститься.

Троицкий архимандрит предложил ему еще раз причаститься. Петр в знак согласия приподнял руку: его причастили опять. Петр казался в памяти до 4 часа ночи. Тогда начал он охладевать и не показывал уже признаков жизни. Тверской архиерей на ухо ему продолжал свои увещевания и молитвы об отходящих. Петр перестал стонать, дыхание остановилось; в 6 часов утра 28 января Петр умер на руках Екатерины. Екатерина провозглашена императрицей.

В тот же день обнародован манифест.

Полкам в Петербурге роздано жалованье, генерал-майор Дмитриев-Мамонов послан в Москву к сенатору графу Матвееву.

2 февраля напечатана присяга и разослана по всему государству.

Тело государя вскрыли и бальзамировали. Сняли с него гипсовую маску.

Тело положено в меньшую залу. 30 января народ допущен к его руке.

4 марта скончалась 6-тилетняя царевна Наталия Петровна. Гроб ее поставлен в той же зале.

8 марта возвещено народу погребение. Чрез два дня оное совершилось. (См. Голик[ова].)

Глава XXXVII 1836 г. «Современник» и последние дни Пушкина

Командировка Пушкина в Москву для занятия в главном архиве в марте 1836 г., возвращение его назад. – Стихотворение «Художнику». – «Современник». – Причина его издания; содержание первой книжки. – В начале апреля Пушкин в Михайловском. – Смерть матери, письмо к Погодину и Языкову из Михайловского. – Критические статьи Пушкина в первой книжке «Современника». – Пушкин ревностно собирает исторические записки и предания. – Отрывок из письма Дениса Давыдова о знакомстве с Валтер-Скоттом. – В мае Пушкин снова в Москве и тогда же возвращается назад. – Письмо к Нащокину с анекдотом о сыне. – Вторая книжка «Современника», как и первая, выходит в его отсутствие. – Лето 1836 года Пушкин на даче Каменного острова. – Он собирается посвятить всю деятельность журналу. – Последние стихотворения «Подражание итальянскому», «Молитва» и проч. – Первые строки неизданного стихотворения «Когда великое свершалось торжество…», последние строки пьесы «Когда за городом, задумчив, я брожу…», несколько других стихов: «По прихоти своей скитаться…». – Третий том «Современника» под редакцией самого Пушкина. – Переезд с Каменноостровской дачи в Петербург в октябре месяце. – Беспокойство духа. – Первые признаки неблагонамеренной и ложной молвы. – Раздражительность Пушкина, мысль уехать в Михайловское. – Последний лицейский праздник с товарищами и в ноябре появление четвертой книжки «Современника» с романом «Капитанская дочка».

В начале 1836 года (февраля 26) Пушкин, как объясняется в формулярном его списке, командирован в Московский Главный архив для занятий по делам службы. Занятия эти были – дополнительный сбор исторических материалов, несмотря на то, что он полагал его оконченным в прошлом году Мы увидим, что Александр Сергеевич и еще раз в течение этого года посетил Москву с тем же намерением, но оба раза пробыл в ней недолго. Из февральской поездки он возвратился в марте месяце назад в Петербург: 25 марта написано в Петербурге стихотворение «Художнику». Первый том «Современника», журнала, который должен был состоять всего из четырех томов и материалы для которого заготовил он прежде, уже печатался. Одобрение цензора на первом появившемся номере его имеет пометку: «31 марта 1836». Причины основания этого журнала или обозрения, как называл его Пушкин, должно прежде всего искать в противодействии тому насмешливому, парадоксальному взгляду на литературу нашу, который высказался в последних годах и, поддерживаемый с остроумием и замечательной диалектической ловкостью, имел сильное влияние, особенно на людей полуобразованных, из которых везде и состоит большинство читателей. Пушкин думал, вместе со многими из друзей своих, что, несмотря на безобразие многих отдельных явлений, литература наша в общности всегда была сильным орудием образованности, что легкое, постоянно шутливое обращение с ней лишено и основания, и цели, если не полагать цель в доставлении одной забавы праздному чтению. Как будто для показания важного значения литературы нашей, Пушкин в первом же томе своего обозрения поместил «Пир Петра Великого», «Скупой рыцарь», «Из А. Шенье», а в прозе – «Путешествие в Арзрум» и разбор сочинений Георгия Конисского! Не говорим уже о стихах Жуковского, о повести, статье и сценах Гоголя, о разборе парижского математического ежегодника кн. Козловского и «Хронике русского» А. Тургенева. Еще книжка «Современника» не выходила из печати, как Пушкин уехал из Петербурга в Михайловское. Поводом к этой поездке в необычное весеннее время года была кончина матери его Надежды Осиповны. Он провожал тело ее до могилы, заготовленной ей рядом с родителями ее, Осипом Абрамовичем и Марьей Алексеевной (сконч. 1819) Ганнибалами, в Святогорском Успенском монастыре. 14 апреля Пушкин собрался опять в Петербург. В самый день отъезда своего из Михайловского он написал два письма: одно к М. П. Погодину, другое к Н. М. Языкову. Последнее особенно любопытно. Приводим их по порядку.