В. Балязин - Герои 1812 года

Во время движения соединившейся армии к Поречью, Александр Тучков находился в отряде брата Павла Алексеевича и, как уже известно читателю, участвовал в битве под Лубином, во время которой Павел Алексеевич был захвачен в плен. Братья знали от адъютанта Орлова, что Павлу сохранена жизнь, и надеялись, что после победы он сможет вернуться в Россию.

26 августа 1812 года Бородинская битва началась с массированного удара по левому флангу князя Багратиона. Не прошло и часа, как Багратион прислал Николаю Тучкову адъютанта с приказом о подкреплении у деревни Семеновской. Ни минуты не раздумывая о том, что можно не выполнить приказ командующего другой армией, Николай отправляет на помощь того, в ком более всех уверен — 3-ю пехотную дивизию Коновницына и с ней того, кем более всех дорожил, — младшего брата Александра.

Неприятель сумел завладеть Семеновскими флешами, когда подоспела дивизия Коновницына, и штыками выбила французов с занятой позиции.

Разъяренный неудачной атакой неприятель обрушил на сражающихся ураган ядер и картечи. Сотни солдат повалились на землю замертво. Ревельский полк дрогнул и стал беспорядочно отступать.

Стоны, крики не замолкали вокруг ни на минуту. Но Александру вдруг почудился женский крик, далекий и страшный. «Марго», — пронеслось в голове, но солдаты продолжали отступать, и Александр бросился вперед, чтобы их остановить.

— Да что же вы, ребята, неужто трусите? — прокричал он, но новое свинцовое облако картечи накрыло полк, и с перекошенными от ужаса лицами солдаты бросились уже врассыпную, не слушая своего командира.

— Ах, так! — хватая бегущих за мундиры, снова закричал генерал, и ярость исказила его лицо. — Боитесь, так я один пойду! Смотрите!

И с этими словами, не думая больше ни о чем, только «остановить!», он схватил дымящееся, брошенное на землю знамя своего полка и ринулся вперед.

«Картечь расшибла ему грудь… Множество ядер и бомб каким-то шипящим облаком обрушилось на то место, где лежал убиенный, взрыло, взбуровило землю и выброшенными глыбами погребло тело генерала».

— Ваше благородие, ведь убьют! — крикнул ему вслед какой-то остановившийся немолодой солдат, но в следующую минуту зажмурился от того, что увидел. — Ребята, да что же это, ура! — надрывно закричал он и со штыком наперевес побежал к месту, на котором только что находился его командир. — У-р-а! — закричали остальные, избегая глядеть друг другу в глаза, и все, кто остался в живых, побежали за старым солдатом…

Тучкову было в это время 34 года.

Вот словесный портрет Александра Алексеевича, который рисует нам поэт-ветеран Ф. Н. Глинка, участник Бородинской битвы, в «Очерках Бородинского сражения».

«Видали ль вы портрет генерала молодого, со станом Аполлона, с чертами лица чрезвычайно привлекательными? В этих чертах есть ум. В этих чертах, особливо на устах и в глазах, есть душа! По этим чертам можно догадаться, что человек, которому они принадлежат, имеет сердце, имеет воображение…»

Видно, что он «умеет задумываться и мечтать», но в пылу боя Александр Тучков — «чистый русский солдат».

Вот что в 1807 году после Фридландского сражения писал Александр своему любимому брату Николаю:

«Невзирая на ядра, картечи и пули, я совершенно здоров… Счастье вывело меня [невредимым] из боя. (Год назад Александр женился, и Маргарита сопровождала его в этом походе. — М. К.) …Я оставил поле сражения в 11 часов вечера, когда неприятельский огонь умолк. Я отступил после всех».

Читая исторические книги, мы часто видим, что мнение и оценка событий давно минувших более всего зависят от мнений и настроений автора, который их нам описывает.

Эпоха царствования Александра I была контрастна и выпукла своими противоречиями. С одной стороны, из документов следует, «что никогда в России дела еще не были так плохи, как во время правления Александра», — с другой — именно «незаметность» честных, умных людей, таких, как Тучковы, свидетельствует о том, что их было много.

Тучковы принадлежат к тем людям, которые в любых условиях, при любых обстоятельствах, не задаваясь головокружительными целями, честно делали свое дело, вкладывали в него ум, мужество, душу, жизнь.

1812 год проявил все лучшее в русской нации, в народе, в дворянстве. Так, под рукой реставратора на старой темной иконе проявляются древние, прекрасные черты.

В «Войне и мире» Л. Н. Толстой подробно и откровенно показал «александровское» дворянство. Так мечтателя нам представляет Пьер Безухов, корыстолюбцев и прожигателей жизни — Борис Друбецкой и Анатоль Курагин, а честных, верных и ответственных людей — семьи Болконских, Ростовых, Василий Денисов, Дохтуров. Есть удивительные совпадения в судьбе князя Андрея и двух братьев Тучковых, Николая и Александра, погибших под Бородином. В Аустерлицком сражении князь Андрей на высочайшем подъеме своих жизненных сил, во время паники в войске хватает знамя, бежит с ним вперед, увлекая за собой солдат и падает раненный. Так погиб в Бородинском сражении самый младший из семьи Тучковых Александр.

В Бородинской же битве князь Андрей стоял в резерве и, ничего не успев сделать для Отечества, очень скоро был смертельно ранен осколком гранаты, отправлен в Ярославль, где спустя три недели скончался от ран.

Точно так заканчивает свою жизнь Николай Алексеевич Тучков, бессмысленно, из-за ошибки (или интриг) Беннигсена, выведенный из назначенной Кутузовым засады и поставленный на Утицкой высоте прямо перед неприятелем. Может, это и простое совпадение, но известно, что Толстой разобрал огромное количество документов и архивов тех лет, и многие его герои — доподлинные исторические лица, а многие появились как собирательные. Теперь уже никто этого не узнает, да и важно ли это. Факты, факты и факты, без вымысла, настолько выразительные сами по себе, что из них и составлялся характер, потому что в конечном итоге именно поступок определяет человека. Вот задача в описании жизни Тучковых, о которых мало известно. Но неизвестность эта — лучшее доказательство их достоинств.

Любовь — вот мое упование

…Слова императора вывели женщину из задумчивости. «Кланяюсь вам, Ваше превосходительство, разделяю скорбь Вашу, — сказал Николай I, спешившись, и подал ей руку. — Но день славный!»

Эта женщина, опередившая императора, по его собственным словам, в увековечении памяти русских героев, была инокиня Спасо-Бородинского монастыря Мелания, в миру Маргарита Михайловна Тучкова.

Замечательная женщина своего времени, жена и почитательница самого младшего из братьев, Александра Алексеевича, сделавшая для своего Отечества и мужа не меньше, чем прославленные жены декабристов.