Ричард Коул - Лестница в небеса: Led Zeppelin без цензуры

Тем временем, Шэрон стала для меня одним из лучших менеджеров в бизнесе, она давала мне работу почти беспрерывно. Со времён последнего тура цеппов музыкальная индустрия изменилась до неузнаваемости. MTV играла важнейшую роль в продвижении пластинок, вытеснив бесконечные гастроли в шестидесятые и семидесятые (вместе с радио-промоушном), которые были необходимы для создания фанатской базы.

В середине тура с Литой её альбом достиг золотого статуса, а хит-сингл «Kiss Me Deadly» постоянно звучал по радио на обоих побережьях. Но вдруг гастроли для меня закончились. Через два дня после концерта в Монреале Шэрон сказала, что Лита не хочет со мной работать. Причина? Лита утверждала, что я слишком строгий. Но Шэрон уверила меня, что увольнение не имеет ничего общего с качеством работы, и она поможет мне, как только выдастся такая возможность.

Неприятная новость выбила меня из колеи, я не знал, что делать дальше. Но пока я думал о будущем, нужно было работать — поэтому я снова сел на мотоцикл и стал развозить сообщения. И прежде, чем отчаяние полностью охватило меня, позвонила Шэрон.

— Оззи очень хочет бросить пить, — сказала она. — Он спращивает, можешь ли ты поехать с ним в европейский пресс-тур в поддержку нового альбома?

Она также хотела, чтобы я сопровождал Оззи в американском турне.

Я был тронут. По ощущениям, я словно выскочил из большой чёрной дыры.

Через несколько дней Оззи с водителем Тони встретили меня в аэропорту, и мы поехали в его прекрасный дом в Бакингемшире, окружённый высокой кирпичной стеной. Тони показал мне комнату с милым видом на подстриженные сады и частный парк с оленями. Затем мы насладились отличным ужином с жареным ягнёнком и печеным картофелем.

Я прожил в доме Оззи несколько месяцев, мы летали из Лондона в города по всей Европе, я сопровождал его на интервью и пресс-конференции, мы вместе ходили на собрания бывших алкоголиков. Оззи нравился новый образ жизни, а я с удовольствием работал с ним.

Вскоре к нам присоединилась Шэрон (их дети находились с Оззи). Вся семья собралась вместе перед тем, как мы вернулись в Штаты для репетиций перед новым туром. Когда мы полетели в Даллас на неделю репетиций, Оззи держался и не пил. Каждый день перед репетициями мы посещали собрания вместе, чтобы получить нужный настрой на день. По окончании недели мы отправились в Пенсаколу на первый концерт.

Тогда я впервые увидел Оззи на сцене — он был отличным шоуменом. Его музыка была мастерской. Он бурлил энергией. Концерт был незабываемым. Оззи отдал публике всё, что имел — от самого начала до последнего номера.

Мы путешествовали на автобусе — новом «Превосте» с девятью кроватями и свободной комнатой. Единственными пассажирами были Оззи, Тони и я (плюс Шэрон и их дети, навестившие нас на несколько дней). Опять-таки, гастроли сильно отличались от времён цеппелинов, когда мы оставляли заказ на еду пилоту нашего самолёта перед каждым концертом. Но в случае с Оззи гардеробщица давала нам меню, а пища ожидала нас ночью, пока мы перебирались из одного города в другой. Всё было нормально, только мы с Оззи от скуки постоянно что-то ели — к концу первой недели оба не могли застегнуть штаны, набрав вес. Оззи располнел и купил велотренажер и гантели. Он занимался добросовестно и сбросил вес моментально. Мы отказались от послеконцертной еды, Оззи придерживался низкокалорийной диеты с низким содержанием жиров.

По приезду в Лос-Анджелес в канун Нового года на концерт в Лонг-Бич, я смог увидеть Клер и Ли Энн, с которыми не мог проводить много времени из-за работы. Я посещал много собраний, на некоторых выступал и даже руководил. Каждую ночь я ложился спать трезвым. Трезвость стала лучшим подарком к отпуску.

Тур Оззи продолжился в Хьюстоне, Шривпорте, Далласе, Канзас-сити, Альбукерке и Сан-Франциско. Когда мы приехали в Рино, Оззи бросил долларовую монету в игровой автомат и выиграл тысячу долларов. Я расценил это как хороший знак, но в Сиэтле гастроли окончательно сказались на состоянии Оззи. Шоу в Сиэтле и Солт-Лейк-Сити ему как-то удалось провести, но он уже был измождён и болен. Доктор осмотрел его и посоветовал Шэрон пересмотреть оставшиеся концерты. Она так и поступила. Оззи полетел в Лондон отдыхать, а я вернулся в Лос-Анджелес и позвонил Маркусу, чтобы он снова взял меня к себе курьером.

Когда я не разъезжал на мотоцикле по дорогам города, развозя конверты, то проводил время в тренажёрном зале или на пляже, или на собраниях трезвенников. В середине 1989 года я органиовал концерт для Three Dog Night, а затем отработал у них тур-менеджером до конца года. К тому моменту в группе осталось только два вокалиста, Кори Уэллс и Дэнни Хаттон, но саунд остался прежним. Во времена Led Zeppelin мы пару раз выступали вместе со Three Dog Night, поэтому я был знаком с ними. На самом деле, Джимми Пейдж сперва хотел пригласить Дэнни на место вокалиста, перед тем как нашёл Роберта Планта.

Я вернулся в Лос-Анджелес перед Рождеством, чтобы немного отдохнуть. Но по дороге из офиса Warner Brothers, где я встречался с другом, который хотел бросить пить, случилось невообразимое. На встречную полосу вылетела машина, прямо на меня. Я даже испугаться не успел, но смог свернуть вправо, однако столкновения избежать не удалось. Машина со всей дури ударила меня слева, мотоцикл взлетел в воздух, я следом. Мы пролетели метров пять, прежде чем упасть, а я потом ещё метра три кувыркался. Мотоцикл раскололся напополам. Женщина, наблюдавшая аварию, сказала мне позже, что не могла поверить тому, что я выжил.

К счастью, я не потерял сознание. Помню, как мне открыли глаза и аккуратно осмотрели тело — не сломал ли я чего. Удивительно, но несмотря на то, что на мне были лишь джинсы, теннисные туфли и кожаный пиджак (шлем я не надевал), я не сломал ни одной кости, и голова тоже была цела. Но я получил жуткие ушибы, тело представляло из себя сплошной синяк. Когда приехала скорая, меня отвезли в больницу Санта-Моники, и поскольку я жаловался на боли в правой ступне, мне сделали рентген и обнаружили, что я сломал большой палец. Мотоцикл восстановлению не подлежал. Водитель эвакуатора, забиравший остатки мотоцикла, был удивлён, что я оказался жив, а не лежал в морге.

Я поблагодарил Бога за то, что остался живым. Вечером меня выписали, и я отправился на собрание, чтобы поблагодарить судьбу. Тем временем, Ли Энн полетела в Орегон, чтобы навестить больную бабушку, а мы с Клер решили съездить в Санта-Барбару, где я её немного побаловал. Я провёл Рождество с дорогой доченькой — и заодно дал отдохнуть побитому телу.

Через год, в феврале девяностого я вернулся к работе с Оззи. Шэрон осталась в Лондоне, а я на пару месяцев переехал в дом Оззи на лос-анджелесских холмах. Я составил ему компанию, пока он писал песни к новому альбому. Вскоре Шэрон попросила меня поработать с её новой группой London Quireboys, которые планировали американский (а затем и мировой) тур в середине марта и до конца года.