Давид Ортенберг - Июнь-декабрь сорок первого

Слышится цокот копыт, молниями сверкают обнаженные клинки - по Красной площади проходит конница. Пересекли площадь словно примчавшиеся из чапаевского фильма лихие пулеметные тачанки. После этого очень медленным кажется прохождение мотопехоты на грузовиках - ее совсем немного. За нею следуют батальоны московского ополчения; обмундированы они по-разному большинство все-таки в гражданской одежде.

На площади становится шумнее - показалась артиллерия - гаубицы, противотанковые пушки, зенитки. За ними с громыханием катятся какие-то далеко не современные системы. Я подтолкнул локтем знакомого генерала-артиллериста:

- Это - что же?..

Генерал объяснил: да, пушки не последнего выпуска. Те - на огневых позициях...

Загромыхали танки. Сперва легкие. За ними "тридцатьчетверки" и КВ. Танков не менее двухсот. Откуда они? Другой генерал - из автобронетанкового Управления - разъясняет: на фронт следовали через Москву две танковые бригады, их выгрузили на окружной дороге и завернули на Красную площадь.

А на взлетных полосах московских и подмосковных аэродромов дожидались команды 300 самолетов, готовых подняться в воздух и появиться над Красной площадью. Но снег шел все сильнее, туман становился гуще, и воздушный парад был отменен. Это никого не опечалило. Скверная, нелетная погода была в то утро очень кстати.

По окончании парада для большинства участников путь лежал не в казармы, не на отдых, а на фронт, совсем близкий к Москве. В отличие от мирных лет пехота маршировала с подсумками, полными боевых патронов, с малыми саперными лопатами, противогазами, вещевыми мешками за плечами. Танковые экипажи - с полным боекомплектом. Танки не спускались, как всегда, на Кремлевскую и Москворецкую набережные, а, спрямляя маршрут, повернули у Лобного места на Ильинку и через площадь Дзержинского направились к фронту тремя потоками - по Можайскому, Волоколамскому и Ленинградскому шоссе.

Неизгладимое впечатление произвели и этот парад и речь на нем Верховного главнокомандующего. Ободряла проведенная в этой речи параллель между первой и двадцать четвертой годовщиной Октября: 23 года назад страна находилась в еще более тяжелом положении, но выстояла. Выдержит советский народ и новое испытание.

Запомнились слова: "Пусть вдохновляет нас в этой войне мужественный образ наших великих предков - Александра Невского, Димитрия Донского, Кузьмы Минина, Димитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова!" Уже на обратном пути - с Красной площади в редакцию - прикинул, кто из писателей и историков сможет быстро откликнуться на этот призыв. В первую очередь следовало обратиться к Толстому, Сергееву-Ценскому, Петру Павленко.

И конечно же радовал оптимистический прогноз Верховного: "Еще несколько месяцев, еще полгода, может быть, годик, - и гитлеровская Германия должна лопнуть под тяжестью своих преступлений".

Но как это произойдет? Суждений и рассуждений на сей счет хватало.

Может быть, у Верховного главнокомандующего есть какой-то секрет, который знает только он один?!

Сразу после праздника пошли у нас передовые и статьи с такими заголовками: "Победа будет за нами", "Смерть немецким оккупантам!", "Свести к нулю превосходство немецких танков" и т. п. Так мы последовательно комментировали одно за другим положения, выдвинутые Сталиным в докладе на торжественном заседании Моссовета, и речь на параде. А что касается тех "нескольких месяцев", "полгода" и "годика", мы это... обошли, не развивали эту тему.

И, честно говоря, не потому, что нас терзали сомнения, а просто не знали, как объяснить...

12 ноября

Месяц с небольшим назад наши корреспонденты Габрилович и Коломейцев впервые побывали в танковой бригаде полковника М. Е. Катукова и рассказали читателям "Красной звезды", как самоотверженно действовали ее люди, обороняя подступы к Туле. За те бои еще 10 октября 30 танкистов были награждены орденами и медалями Советского Союза.

Теперь эта бригада так же напористо воюет на противоположном - правом крыле Западного фронта в составе 16-й армии, взаимодействуя с дивизией И. В. Панфилова и кавалерийским корпусом Л. М. Доватора. Мы решили посвятить ей целую полосу. В бригаду опять выехал Коломейцев. Вместе с ним туда же были командированы Бейленсон, Милецкий, Хирен, а также два фотокорреспондента.

Прибыли они в бригаду как раз накануне горячего дела. Командующий 16-й армией К. К. Рокоссовский, в состав которой теперь входила бригада, поставил перед Катуковым задачу: отбросить немцев из района Скирманова и Козлова, откуда противник угрожал перерезать шоссе Волоколамск - Москва. Танкисты энергично готовились к операции. Сам Катуков только-только вернулся с передовой, забот у него было по горло. Как будто танкистам было не до корреспондентов. Но, узнав, что "Красная звезда" решила посвятить бригаде целую полосу, не пожалели для них времени.

И вот полоса передо мной. Открывает ее очерк Милецкого и Хирена. Тепло написали они о самом Катукове, о его ближайших помощниках, о героизме танковых экипажей.

В бригаде ведется строгий учет уничтоженных каждым экипажем немецких танков и другой боевой техники противника. Корреспонденты составили что-то вроде таблицы, и ее мы напечатали в центре полосы под заголовком "Героические экипажи". Длинный список, большой счет. Открывает этот список экипаж лейтенанта Лавриненко: им истреблено 7 вражеских танков, более 10 мотоциклов, 2 противотанковых орудия со снарядами, до батальона пехоты, захвачена штабная машина с документами и ценным имуществом.

Начальник штаба бригады полковник П. Рябов рассказал в своей статье о боях на реке Оптухе, длившихся непрерывно 12 часов. Только в этих боях бригадой уничтожено 43 вражеских танка.

Выступил со статьей и сам Катуков. Поделился опытом ведения непрерывной разведки и взаимодействия танков с пехотой, рассказал о новых приемах использования огневой мощи танковых подразделений и особенно подробно - о танковых засадах.

На первую полосу мы заверстали его портрет. Там он с четырьмя полковничьими шпалами, хотя накануне - 11 ноября - в "Красной звезде" было уже опубликовано постановление Совнаркома о присвоении ему звания генерал-майора танковых войск. Он еще не успел сменить шпалы на генеральские звезды.

В газете много и других фотографий из бригады Катукова. Со второй полосы улыбается молодой красивый танкист в шлемофоне. Это старший сержант И. Любушкин. 10 октября ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Первый Герой в бригаде.

На третьей полосе фото лейтенанта Д. Лавриненко и его экипажа. Корреспонденты рассказали мне любопытную историю. Когда бригада своим ходом перебрасывалась с левого крыла фронта на правое, танк Лавриненко из-за каких-то неисправностей задержался в пути. К новому месту сосредоточения бригады ему пришлось следовать в одиночку. В Серпухове лейтенант решил побриться. Только уселся в кресло, прибегает гонец от военного коменданта города: танкистам срочно явиться в комендатуру. Там Лавриненко сказали: